Читаем без скачивания Новая Переменная - Канира

чтобы я не отходил далеко, он отвлёк меня от увлекательной игры под названием «убей побольше предателей родного клана», которые не пришли на помощь.

— Почему?! — Его крик не был неожиданным, и я всё ждал, когда он дойдёт до точки отчаяния.

— Что «почему», мой дорогой Хирузен? — Разрубив очередного Хьюгу, который пытался проткнуть меня своими ручками-танто, я взмахнул оружием и убрал кровь с клинка. Кровь поглотила всё для Хирузена, и его страхи вылезли наружу.

— Почему ты это делаешь?! Зачем ты разрушил Коноху?! Зачем?!…

— Зачем, говоришь? А кто предал мой клан, а? Не ты ли в те времена, когда моему клану нужна была помощь, не предоставил её? Не ты ли предал заветы Хаширамы и союзный договор с моим кланом, оставив на заклание, словно какую-то жертву, двум деревням целый клан, чтобы сохранить своих людей?

— Но что мне нужно было делать? У меня не было выбора…

— Верно, Хирузен, выбора у тебя не было. Но что потом? После того как клан и мою деревню разрушили, выжившие ведь были… Я это точно знаю, как и ты. И где же они сейчас?! Не в застенках ли катакомб глубоко под землёй в разных деревнях живут мои соклановцы, словно дойные быки и свиньи? А достопочтенный Хокаге?! Я один, а у тебя власть, но что-то я не вижу, чтобы ты что-то делал!

Я отлично понимал, что Хирузен тут ни при чём и дело не в Конохе, но весь этот разговор был не для него, а для другого моего слушателя. Фугаку должен понять, что клан никто не поможет, и Хокаге даже пальцем не пошевелит, чтобы спасти положение. Если он не спас Узумаки, то с чего ему спасать Учих, верно?

Щёлкнув пальцами, я развеял иллюзию, и мы оказались там же, где и начали.

Сарутоби, перемогаясь и удивлённо озираясь, взглянул вокруг и удивился, как он оказался в таком положении. Попасть в гендзюцу, имея такой опыт, как у него, было делом удивительным. Фугаку, как я заметил, прикрыв свои глаза, чтобы скрыть эмоции, переваривал всё, что услышал.

— Что?.. — Он последний раз взглянул на меня, а точнее на мой клон, который исчез дымом. Время, которое мне было нужно, было дано. Клон справился отлично.

* * *

Какие важные места есть в Конохе? — задал я вопрос Фугаку во время поисков, и тот спокойно рассказал всё, что знал, не понимая, зачем мне это. Всё же, хоть я и выглядел грозно, имея большой рост, никому в голову не придёт, что я в здравом уме попытаюсь ограбить всю Коноху в одиночку. Помнится, какой-то белобрысый парень в первых сериях пытался с помощью обмана Наруто украсть свиток Хокаге. Мне же такие хитрые игры были не нужны.

Резиденция Хокаге — туда мне нужно было в первую очередь, чтобы найти свиток, в котором написаны техники, оставленные предыдущими Хокаге. Кто бы мне его показал? А я и не спрашивал разрешения. Будем считать, что братишки отдали…

Больница тоже была интересна. Целебные техники за прошедшие десятилетия должны были сильно продвинуться, ведь война — двигатель прогресса, и новые способы убийств развиваются так же, как и методы спасения. Мой второй пункт назначения. Думаю, старику такой подарок пригодится.

Академия ниндзя, где учатся молодые шиноби. Уверен в её полезности. Пока было время, почему бы не перешерстить свитки и книги в академии? Историю полезно учить, чтобы следующие поколения не ошибались, особенно интересны события прошлых войн…

Различные архивы, которые были разбросаны по Конохе и забыты многими молодыми шиноби из-за ненадобности. Зачем-то они стояли и обслуживались, но использовались как склады.

И, конечно же, Корень. Войти на их территорию заставило меня вспотеть, но проникнуть получилось. Интересно, что ждёт меня в этих мрачных лабиринтах? Пункт какой-то там — найти интересные данные экспериментов. Возможно, старик заинтересуется тем, что я найду здесь. Всё же он любит всё новое и неизведанное.

И, конечно, различные места, в которых я должен был побывать ради любопытства. Хоть мне и было под семьдесят, чувство интереса внутри меня не угасло. Так что, когда я вкушал вкусный обед в недавно открывшемся заведении под названием «Рамен Ичираку», заметил красные волосы, которые стремительно бежали в сторону Учих. Оу-оу, какие люди!

Оставив деньги, которые за десятилетия не изменились, я побежал следом, преследуя блондинку и красноволосую фурию, что обжигала всех проходящих своей якки. Ух, знакомое чувство. Помнится, одно создание так же било, только посильнее и более явно.

О, вспомнил, Минато говорил, что меня ищет эта девочка. Конечно-конечно. Как я мог забыть? С этими поисками проклятого камня я забыл, что нужно поговорить с родственницей. Единственная в Конохе, кому по-настоящему можно было доверять, хоть и с оговорками.

— Кушина Узумаки! — крикнул я. Она резко обернулась, как и блондинка. Хм-м, знакомое личико. — Я Оками Узумаки, хочешь поговорить?

Глаза Кушины сверкнули опасным блеском, а блондинка устало выдохнула. Чего это она?

* * *

— Так ты говоришь, что твой отец — Узумаки, успел спастись, а мать — Учиха, что сбежала из клана?

Этот вопрос задавала Цунаде Сенджу, «Легендарная неудачница».

— Всё верно. — Я важно кивнул, глотнув чая. Мы переместились с оживлённой улицы в беседку в парке и уже минут пять разговаривали. Кушина завалила меня вопросами, и было видно, как она расстроилась, узнав, что я — единственный выживший из клана. Отец по легенде умер, передав мне свои знания и пожелав, чтобы его сынок стал шиноби Конохи. Вот я и прибыл, а в Роуране оказался непонятно как, ведь до этого мы были неподалёку. Я играл в амнезию, на что Цунаде заявила, что может помочь, но я отказался.

— Но как это возможно? Это звучит слишком фантастически… — Цунаде на мою быстро созданную легенду не верила, но что-то доказать обратное тоже не смогла.

— И что теперь?.. — Кушина, глядя на стол, тихо проговорила.

— Не знаю, Кушина-чан. Я тут осмотрелся, и мне всё нравится, но, возможно, уйду увидеть мир… Пока до конца не понимаю, нравится мне деревня или нет. Если хочешь, мы могли бы ещё раз встретиться и обсудить Узушио…

— Понятно. — Видя, как загрустила Кушина, я раздумывал, стоит ли давать надежду этому милому созданию. Всё-таки здесь Узушио разрушен, и вся эта деревня — лишь одна тюрьма для этой девушки без родных и близких. Мнением джинчуурики здесь мало интересовались, что