Хотя часто пишут, что значение Фомы не в его оригинальности, не в открытии новых истин, а в систематизации богословского учения, едва ли можно полностью принять это мнение. По духу и складу своего мышления Аквинат был подлинным философом.
Как показали дальнейшие события, многие его суждения отличались поразительной глубиной (По крайней мере, его понимание природы божественного и спустя семь веков, в свете многих позднейших научных открытий, совсем не кажется наивным.)
Даже признание в XIV в. за доктриной Аквината статуса официальной философии Западной церкви не похоронило и не омертвило ее. И по сей день томизм (так называют философско-богословскую систему Фомы) продолжает волновать и будоражить творческую мысль.
Сила томизма заключается в строго рациональном подходе к богословию. Ни одного из своих положений Фома не берет на веру и, прежде всего, подвергает исследованию вопрос о самом существовании Бога. Природа Божества совершенно иная, чем природа сотворенного им материального мира. Поэтому обнаружить присутствие Бога во Вселенной можно лишь через Его следствия и через исходящие из этих следствий доказательства (как об этом писал еще апостол Павел: «Невидимое Его (Бога)… чрез рассматривание творений видимо»). Фома сформулировал пять доказательств существования Бога:
1 Доказательство через движение. Не подлежит сомнению и подтверждается чувствами, что в мире нечто движется. Но все движущееся движется чем-то иным, а то иное, в свою очередь, движется чем-то другим и т. д. Эта цепь последовательной передачи движения не может продолжаться до бесконечности. Поэтому необходимо признать, что существует нечто, что движет все остальное, Само оставаясь неподвижным. Этот Перводвигатель и есть Бог.
2. Доказательство через производящую причину. Ни одна из вещей не производит сама себя, но каждая имеет причину своего возникновения. Поэтому всегда можно расположить причины по порядку, так что какая-то причина является причиной другой, та — последующей. Эта цепь также не может быть бесконечной. В конце концов мы должны прийти к производящей Первопричине, которая и есть Бог.
3. Доказательство через необходимость. В природе существуют единичные вещи, которые возникают и уничтожаются, могут существовать, либо не существовать. Они не являются чем-то необходимым и, следовательно, их существование носит случайный характер. Для своего возникновения они требуют наличия необходимой причины, существование которой вытекает из самой ее сущности. Поэтому необходимо допустить Нечто существующее само по себе и не имеющее внешней причины своей необходимости. Это Первое Необходимое и есть Бог.
4. Доказательство от степени совершенства. В вещах проявляются различные степени совершенства (например, истина, благородство, добро, красота). Но о различных степенях совершенства можно говорить лишь по сравнению с чем-то наиболее совершенным. Следовательно, должно существовать Нечто самое истинное, самое благородное, самое доброе или самое красивое, то есть самое благое, приобщаясь к которому становится благим все существующее. Это Благо по определению и есть Бог.
5. Доказательство через целевую причину. Очевидно, что во Вселенной имеет место общая упорядоченность. Но невозможно допустить, чтобы противоречивые и не связанные между собой случайные вещи всегда или почти всегда приходили к согласию и примирению в рамках одного порядка, не будучи направляемы к определенной цели чем-то внешним. Следовательно, есть Некто, чьим провидением управляется мир и направляется к единой цели все существующее. Это и есть Бог.
Из доказательства бытия Бога можно сделать некоторые выводы о Его природе.
Прежде всего Фома заключает, что Бог (как Перводвигатель, Первопричина, Первое Необходимое, Первоблаго и пр.) абсолютно прост. Действительно, все составное зависит от совокупности своих частей, в отсутствии хотя бы одной из них, его бытие невозможно. Следовательно, Самое Первое не должно быть делимым и, как Самое Простое, должно определяться через что-то одно. Многие богословы до Фомы, давая определение Бога, обозначали Его как Единое. Но Фома писал: невозможно дать лучшего определения Богу, чем то, которое Он Сам дает Себе в Книге Исхода.
Как известно, на вопрос Моисея (когда тот спрашивает, каково Его имя) Бог отвечает: «Я есть Сущий». То есть Он есть Сущее по определению, То, Что в высшей степени есть и не нуждается в какой-либо причине для Своего бытия, так как в Самом Себе имеет Свое существование. Исходя из этого определения, можно сказать, что существование Бога и Сам Бог понятия тождественные, и этим Бог отличается от всего остального, которое существует в чем-то, за счет чего-то и благодаря чему- то.
Далее, Бог абсолютно совершенен. Действительно, говоря о совершенстве любой вещи, мы имеем в виду, что она совершенна в той мере, в какой она есть тот или иной вид совершенства, а это совершенство мы представляем как абсолютное.
Например, нечто белое может и не быть совершенно белым. Но если бы существовала белизна сама по себе, чье бытие состояло бы именно в том, чтобы быть белой, то в ней, очевидно, присутствовало бы все совершенство белизны. То же самое справедливо и в отношении бытия. Бог есть чистое бытие, не имеющее никакого изъяна. Значит, Бог не испытывает нужды ни в чем, обладает всеми совершенствами, то есть абсолютно совершенен.
Но быть совершенным — значит не испытывать недостатка ни в каком благе.
Следовательно, утверждение, что Бог совершенен, равнозначно утверждению о том, что Он есть Благо. Но это не значит, что, говоря о благости Бога, мы добавляем к Его простому бытию какое-то качество. Быть для Фомы означает только одно — быть благим. Благо и бытие тождественны друг другу. («Очевидно, — говорит Фома, — каждая вещь блага постольку, поскольку она существует».) А поскольку Бог, как указано выше, есть само Существование, то, следовательно, Он есть и сама Благость. Это положение остается справедливым в отношении всех остальных совершенств, которые могут быть приписаны Богу. Фома пишет: «В самом деле, поскольку всякая вещь блага постольку, поскольку она совершенна, а совершенная благость Божия есть само божественное бытие, то для Бога одно и то же — быть и жить, и быть премудрым, и быть блаженным, и, вообще говоря, быть всем тем, что по видимости заключает в себе совершенное благо».
Но полагать Бога в качестве абсолютного совершенства и абсолютного блага — значит отрицать какую бы то ни было Его ограниченность. Следовательно, Бог есть Бесконечность. Вместе с тем Бог не может быть телом, так как всякое тело имеет протяженность и потому делимо, но Бог неделим. Бог не может быть материальным. (Все материальное несет в себе элемент случайности или возможности: например, данное железо может иметь форму топора, рельса или решетки. Но Бог не может быть тем, другим или третьим; Он всегда есть То, Что Он есть.) Наконец, Бог не может иметь формы (хотя бы потому, что бесконечное не может обладать формой). Он бесформенен, хотя является формой всех форм. И Он неподвижен, хотя, как Перводвигатель, есть источник всякого движения. В силу того что Бог абсолютно неподвижен, Он неизменен, а в силу неизменности — вечен. В существовании Бога нет никакого «прежде» и никакого «после». Он есть Вечность как таковая.
Если Бог бесконечен, то невозможно помыслить ничего реально существующего, в чем бы Он не присутствовал. Все остальное существует только в силу божественного бытия — подобно тому, как солнечный свет существует благодаря солнцу. Пока оно светит, царит день. Когда же солнце заходит, наступает ночь. Так и акт божественного бытия: если он хоть на мгновение прервется, все, что раньше существовало благодаря Ему, обратится в небытие. «Необходимо, чтобы Бог пребывал во всех вещах, причем пребывал в их внутренней глубине», — писал Фома. (Из всего сказанного следует, что конечный материальный мир как бы погружен в беспредельный океан божественного бытия, который охватывает и пронизывает его в каждой мельчайшей частице.)
В силу соприсутствия Бога во всем можно утверждать, что Он в высшей степени обладает всеми свойствами своих творений. Поэтому все совершенства, какие мы можем приписать творениям Бога, мы можем по аналогии, в абсолютном значении приписать и Ему Самому. Среди них, прежде всего, ум и воля, ибо ими отмечен человек — совершеннейшее из земных творений. Однако эти свойства присущи Богу не как качества его простой сущности, а как таковые, то есть Он есть Ум и Воля по определению. Действительно, из того, что Бог есть само бытие, следует, что ум Бога сливается с самим Его существованием. Следовательно, Он обладает совершенным знанием Самого Себя, но знает также и все, что есть вне Его. Ибо все, что вне Бога, есть Его следствие; то есть все сущее однозначно и изначально содержится в божественном уме.
