Монах из часовни дома Морроу и стражник, держа лорда Веннита под руки, помогли ему покинуть тронный зал. Миана последовала за ними. На мгновение остановилась, обернулась и сказала:
— Не забывайте меня.
— Конечно, не забуду. — Я кивнул, продолжая стоять на одном колене. Если я захочу, я никогда не забуду такой счастливый день, как этот. Я улыбнулся Миане. — У меня есть где хранить память, красивое и надежное место.
На следующий день мы с Калам Дином обговорили все детали сделки и пришли к соглашению. На нем уже не было его замечательного рубина, но он пообещал включить его в приданое Мианы. Вечером этого же дня я узнал, как выталкивать из головы ненужные воспоминания и прятать их в медную шкатулку Лунтара. Все, что я помнил о Миане, — это ее имя, то, что я должен на ней жениться, и что в нужный день пятьсот всадников придут мне на помощь.
О том, как я провел оставшиеся дни в Замке Морроу и как я добрался до Высокогорья, я расскажу как-нибудь в другой раз. До отъезда, точнее, на следующий день после помолвки, я еще раз посетил комнату в винном подвале, на этот раз — испросив разрешения.
Мой дядя назвал ее «покоями ворчуна». С его слов, машина выполняла три функции. Во-первых, питала лампы накаливания, которыми освещалась самая старая часть замка. Во-вторых, закачивала морскую воду и превращала ее в чистую питьевую, наполнявшую фонтаны во дворах замка. И наконец, позволяла ворчуну, Фекслеру Брюзу, наслаждаться призрачной жизнью, которую он проводил за тем, что высмеивал наше невежество, ничтожность нашего существования и сокрушался о том, что оставил незавершенным в другой своей жизни.
— Уходи отсюда.
Фекслер появился в ту самую минуту, как я вошел в комнату, и приветствовал меня теми же словами, что и в первый раз.
— Щас, — и я ему ответил точно так же, как в первый раз.
— А, тот юноша, что задавал мне вопросы, — сказал он. — Знаешь, я тоже когда-то был молодым человеком, который задавал вопросы.
— Нет, это был не ты. Ты только эхо того человека. И ты никогда не был молодым, ты был — новым.
— И в чем же состоит твой вопрос? — сердито спросил Фекслер.
— Ты можешь прекратить свое существование? — спросил я.
— Никто не ищет своего конца, юноша.
— Ты думаешь, я ищу смерти? — спросил я.
— Все молодые люди немного влюблены в смерть.
— Я бы полюбил ее всем сердцем, если бы провел тысячу лет в этом подвале.
— Была попытка, — признался Фекслер.
— И что остановило? — спросил я.
— Ты одержим смертью, юноша.
— Ты не ответил на мой вопрос, — сказал я.
— Мне не позволено отвечать на этот вопрос.
— Мудрено! — я отступил назад и сел на нижнюю ступеньку. — Итак, что ты можешь сделать для меня?
— Я могу ответить на три вопроса.
— Как джин из лампы.
— Да, но только он исполнял желания. У тебя осталось два вопроса.
— Это было утверждение, а не вопрос! — возмутился я и закусил губу. — Ты можешь поклясться, что дашь честный ответ?
— Нет. У тебя осталось два вопроса.
Черт.
— Расскажи мне об огнестрельном оружии, — попросил я.
— Нет. У тебя остался один вопрос.
— Покажи мне, какая в этой комнате самая полезная и компактная магическая вещь, изобретенная Зодчими, — попросил я.
Фекслер пожал плечами и показал на нечто, что можно было бы назвать клапаном на почерневшей машине. Я подошел и принялся внимательно изучать клапан. Нет, не клапан. Нечто иное. Вдавленное кольцо.
— Трудно назвать компактным.
— Покрути его, — сказал Фекслер.
Я вытер кольцо рукавом. Серебряное кольцо около трех дюймов в диаметре поверх усеченного цилиндра. Неглубокий желобок по краю обеспечивал возможность движения. Я повернул. Кольцо оказалось таким тугим, что пришлось приложить немало усилий.
Ничего не произошло.
Я еще повернул. На этот раз кольцо поддалось легче. И еще. Так я повернул кольцо несколько раз, пока оно не оказалось у меня в руке.
— Красивое, — сказал я.
— Посмотри в кольцо, — сказал Фекслер.
В первую секунду я ничего не видел, но затем закружился голубой круг, заполненный белыми рисунками, замысловатыми, с четкими деталями. Он напомнил мне снежный шар Аларика.
— Чудесно. Что это? — спросил я.
— Твой мир. Так он выглядит, если смотреть на него с высоты двадцати тысяч миль над землей.
— Не дай Бог упасть с такой высоты. А что такое белое вращается?
— Погода формируется.
— Погода? — Казалось невероятным, что я могу смотреть на облака сверху, и не просто смотреть, а видеть полный цикл их образования. — Погода на какой день? На один из твоего далекого прошлого?
— Сегодняшний день.
— А это не нарисованная картинка?
— Ты видишь твой мир. Таким, какой он есть, — сказал Фекслер.
Я повернул кольцо и полетел — по крайней мере, такое у меня сложилось ощущение. Вначале вниз, потом налево, как орел летает. Конец завитка огромного облака закрыл обзор, а потом я далеко внизу увидел землю, поблескивавшая нить вилась по просторам зеленого и коричневого. Меня сильно качнуло, но я сумел удержаться на ногах.
— Я вижу реку! — Древний инстинкт включился. Сомнения заставили отнять кольцо от глаз, и видение исчезло. — Почему?
— Что «почему»? — спросил Фекслер.
Я крутил в руке кольцо.
— Остерегайся подарков, которые дарят призраки. Так говорят.
— Для тебя это темный лес, но в основе всего звук. — Фекслер нахмурился. — В тебе есть что-то, что меня интересует. Похоже, ты глубже, чем кажешься. Не каждый день сюда по ступенькам спускается поле битвы.
— Поле битвы?
— Ты — соединение двух противоположных форм энергии, юноша, одна сторона у тебя светлая, другая — темная. У этих энергий есть свои термины, но понятий «темный» и «светлый» сейчас вполне достаточно. Пройдет какое-то время, и эти энергии разорвут тебя на части. Вполне реально разорвут. Это экспоненциальный процесс, и конец будет неожиданный и бурный.
— И ты знаешь причину? — Я внимательно рассматривал кольцо.
— Это урок жизни, Йорг. То, во что ты вглядываешься, вглядывается в тебя. Кольцо сканировало твой мозг мгновенно и детально.
При этих словах я стиснул зубы. Кому понравится, что его измеряют и классифицируют.
— Но ты обнаружил это неожиданно, случайно, ты ведь не искал этого?
— Ты знаешь, что я искал. — Фекслер улыбнулся. — Возможно, ты ради меня взял в руки это кольцо.
Я достал свою медную шкатулку. Вдруг показалось, что она задрожала у меня в руках. Кольцо звякнуло, прилепившись к шкатулке, словно у меня в руках было два магнита. На мгновение тело Фекслера запульсировало ярче и интенсивнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
