Отец Оливера, Роберт Кромвель, ни в чем не походил на брата. Это был прежде всего пуританин, то есть он принадлежал к одному из течений в кальвинистской церкви — к числу поборников чистого кальвинизма. Пуритане заметили, что со второй половины XVI века, когда кальвинизм победоносно прошел по Западной Европе и в виде англиканства закрепился в Англии, в стране стали проявляться симптомы возврата к католицизму. Они осуждали элементы новой, англиканской пышности и выступали за чистоту в крайне буржуазном ее понимании. Они полагали, что ничего не следует тратить зря, в том числе на богослужение. Надо очень много молиться, петь псалмы, читать Библию — непосредственно общаться с Богом. И при этом наживать, экономить и копить деньги. Этим можно доказать свою избранность, отмеченность Богом.
Дядя Оливера, живший на широкую ногу, разорялся, а отец богател. Он был избран в Парламент, стал мировым судьей. В общем, сделал карьеру сельского помещика, сквайра.
Мать — Элизабет Стюарт. (Эта фамилия не указывает на родство с королевским домом.) Она была еще более ревностной пуританкой.
В семье было 10 детей, но два старших мальчика умерли в младенчестве, и Оливер, пятый ребенок по счету, рос в окружении сестер.
Дети бесконечно слушали рассказы из Библии и воспитывались в исключительном благочестии. Перед ними был пример родителей, которые много трудились, постоянно молились, все время думали о Боге и не отвлекались ни на что светское.
Когда Кромвель стал хозяином поместья, унаследованного от отца, соседи шутили, что дела у него идут хорошо, но могли бы идти еще лучше, если бы он по нескольку раз в день не отвлекал работников на разговоры о Боге и молитвы.
У самого Оливера была совершенно обычная биография. Образование он получил весьма скромное, учился в Хандингтонской начальной школе. Типичное провинциальное учебное заведение. Одна классная комната на всех учеников. И один учитель по всем предметам — Томас Бирд.
Он был крайне религиозен. Написал несколько религиозных произведений, в одном из которых утверждал, что Римский Папа и есть антихрист. Разыгрывал с учениками нравоучительные пьесы собственного сочинения, проповедовал в церкви. Говорил, что кругом царит грех и близок Страшный суд. Так что блестяще Оливер Кромвель знал только Библию. И хотя он науками не увлекался, однако неплохо освоил латынь.
В 1616 году Оливер поступил в Кембриджский университет, в самый пуританский его колледж. Будучи студентом, отличался страстью к охоте, игре в мяч. Говорят, что из него мог получиться неплохой футболист. (Термина «футбол» тогда еще не было, но игра в мяч уже очень напоминала будущий футбол.) Кстати, физическое развитие пуритане не осуждали.
В колледже Кромвель проучился всего один год. В связи со смертью отца ему пришлось срочно вернуться домой, в поместье: решать проблемы, связанные с наследованием имущества. Наверное, эти заботы и начали настраивать его если не на революционный, то на антиабсолютистский лад. Потому что во времена Карла I произвола со стороны чиновничества было очень много, как всегда бывает в эпохи, когда власть шатается.
Поздние Стюарты хотели править, как в Средние века, не замечая, что страна стала другой. Поэтому увеличивались подати и поборы. Если бы предусмотрительный Роберт Кромвель, умерший внезапно и довольно рано, не написал завещание на имя жены, а не на имя сына, возникли бы большие проблемы. Ведь Оливеру было 18, то есть он не достиг совершеннолетия — 21 года. Ему назначили бы королевского опекуна и за время опекунства ободрали бы поместье как липку. Но Элизабет походила по судам — и сумела защитить свое имение. Она отличалась твердостью характера. Сохранились ее портреты. Это крепкая сельская женщина, скуластая, с твердым подбородком и очень жесткими глазами. Оливер бесконечно почитал ее. В детстве мать называла его Нолли. Как удивительно не соотносится это нежное имя с воинственной фигурой беспощадного лорда-протектора!
Так в 18 лет Оливер превратился в строгого сельского джентльмена. Он лишь ненадолго съездил в Лондон, собираясь изучать право. Но вместо этого нашел себе там жену. В 1620 году он женился на Елизавете Борчир, дочери богатого лондонского купца-меховщика. У них родилось восемь детей. Оливер уверенно шел по стезе крепкого хозяина — опоры страны.
Как пишет М. А. Барг, во всей Англии трудно было найти более типичного сельского джентльмена, чем Кромвель. Только близко знавшие его люди догадывались, какие внутренние силы таились в этом человеке.
В 1628 году Кромвель, как хороший хозяин, которого уважали соседи, был избран членом Палаты общин от своей округи. Но и там он тихо сидел на задних скамейках и не высказывался. А Парламент уже кипел — зрело то, чему предстояло превратиться скоро в революцию и гражданскую войну.
Кромвель произнес в Палате общин одну, почти никем не замеченную речь. Она была посвящена защите прав пуритан.
Вскоре он получил наследство в городе Или, в графстве Кембридж. Там он тоже прекрасно повел свое хозяйство, еще больше разбогател. И снова был выдвинут в Парламент.
Он стал депутатом Палаты общин, знаменитого «Долгого Парламента», открывшегося в 1640 году и принявшего знаменитую «Великую ремонстрацию» — 204 пункта против абсолютизма. В 1642 году, в возрасте 43 лет, Кромвель предпринял свое первое революционное действие.
По решению Парламента, потребовавшего, чтобы каждый депутат наводил порядок в своем округе, Кромвель овладел замком в Кембридже, арестовал капитана королевского отряда графства. Потом он проявил и некоторую инициативу: на свои личные средства — около 500 фунтов стерлингов — организовал два отряда волонтеров, что-то вроде народной милиции. Эти первые отряды волонтеров, которые оказали сопротивление сторонникам короля, стали ядром будущей армии революции.
Начав набирать волонтеров и воевать, Кромвель ощутил, что это не менее, а может быть, даже более интересно, чем охота. И выяснилось, что у него есть особый талант. Он брал в свои отряды только убежденных, религиозно воодушевленных людей. В дальнейшем их назовут «железнобокие воины Кромвеля». Они шли в свои первые сражения, воодушевленные сэром Оливером, с пением псалмов, с фанатичной верой в пуританскую чистоту, в то, что они творят угодное Богу дело. Кромвель понял силу идейной веры. К 1643 году его заметили как полководца. Он предпринял очень умный маневр, отделяя восточную часть роялистских сил от западной. За эту операцию Парламент произвел его в чин полковника. А вскоре он стал и генералом. Кромвель оперативно и уверенно формировал подвластную Парламенту «Восточную армию».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
