1. Социалистическое соревнование просветительных учреждений должно проводиться добровольно, а не по приказу, иначе оно теряет свой социалистический характер.
2. Каждый вызов должен быть детально обсужден всеми участниками соревнования. Если это касается школы, то в обсуждении должны принимать участие все учащие, все учащиеся, совет содействия школе, общество «Друг детей», представители секций Советов, может быть, представители других школ, уже вступивших в соревнование, могущие поделиться своим практическим опытом. Необходимо, чтобы в процессе соревнования велся бюллетень соревнования. Если соревнование ведется избой-читальней, важно, чтобы постановление принимал не только избач, но весь актив избы-читальни, надо, чтобы обсуждение ставилось на широких открытых собраниях, чтобы и тут присутствовали представители сельсовета.
Культурные секции сельсовета должны стать центром, куда будут стекаться сведения о соревновании просветительных учреждений. Благодаря этому весь опыт примет общественный характер и может быть наилучшим образом обобществлен.
3. Надо, чтобы соревнование носило архиконкретный характер: указывались бы сроки, точно формулировались бы те достижения, которые должны сравниваться.
4. Необходимо, чтобы работа носила коллективный характер, в нее втягивалось как можно больше народу, чтобы работа распределялась между всеми работниками, чтобы внутри учреждения шел непрерывный учет работы участников соревнования. Необходимо, чтобы всякая инициатива в процессе работы обсуждалась и фиксировалась.
5. Необходимо, чтобы начатые конкурсы доводились до конца и чтобы оценка носила широкий общественный характер, чтобы она проходила непременно при участии секции Совета, представителей населения.
6. Органы народного образования должны помогать развертыванию инициативы, давая со своей стороны оценку опыта, стараясь увлечь на путь соревнования все просветительные учреждения, но не давая никаких предписаний. Отделы народного образования должны, обобществляя опыт, помочь отлиться движению в желательное русло. Но в то же время органы народного образования должны на опыте социалистического соревнования научиться более живому и правильному учету работы просветительных учреждений, научиться при учете опираться на общественность.
Правильно поставленное социалистическое, соревнование поможет широкой постановке педагогической пропаганды среди населения, поможет лучше развить свою работу секциям Советов, поднимет активность работников просвещения, крепче спаяет педагогов с учащимися, крепче спаяет коллективы учащихся, приблизит просветительные учреждения к населению и поможет им гораздо шире и глубже развернуть свою работу.
1929 г.
РАБОЧИЙ КЛАСС И СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ПЕРЕУСТРОЙСТВО ДЕРЕВНИ
(РЕЧЬ НА РАСШИРЕННОМ ЗАСЕДАНИИ КОМИССИИ ВЦСПС ПО РАБОТЕ В ДЕРЕВНЕ)
Вопрос о том, что наша культработа в деревне должна идти по следам реконструкции сельского хозяйства, в частности по следам тракторных станций, — этот вопрос с каждым днем Главполитпросвету становится очевиднее и очевиднее.
О роли рабочего класса в революционизировании деревни говорить не приходится. Но если мы возьмем хозяйственную сторону дела, то в настоящее время часто бывает так, что рабочий в хозяйстве деревни не играет той роли, какую многие предполагают. Многие думают, что рабочий в деревне идет впереди в хозяйственном отношении, а на деле это не так. Об этом писалось и в целом ряде статей в «Правде» (в прошлом году это отмечалось, например, в отношении рабочих Коломенского завода), и ряд товарищей подтверждает это. Сам рабочий, работая на заводе, на нем и сосредоточивает все свое внимание. В деревню рабочий приезжает отдохнуть, он нанимает обычно батрака и т. д. Конечно, это не везде одинаково. Но надо прямо сказать, что в деревне, где господствует мелкое индивидуальное хозяйство, рабочий не был тем толкачом, каким некоторые его представляют. Но вот сейчас вместо разрозненного мелкого хозяйства по целому ряду районов создаются крупные коллективные хозяйства, и тут роль рабочих чрезвычайно велика.
Возьмем вопрос о коммунах. У нас есть коммуны, которые возникли еще в 1920–1921 гг. Прошли годы, и никто не обращал на них внимания. Но начиная с прошлого года коммуны стали привлекать общее внимание — и что же оказывается? Обыкновенно в коммунах, которые продержались с 1920 г., крупную организующую роль играли рабочие в качестве ли председателей, или заместителей председателей: сплошь и рядом рабочий, машинист, металлист, был главным инициатором коммуны, и он, оказывается, сыграл в организации коммуны крупную роль.
Нельзя отожествлять термины «колхоз» и «коммуна». Коммуна — это организация вполне определенная, более высокая, а колхоз пока нечто довольно расплывчатое. Именем «колхоза» обозначаются организации очень разного типа. Правда, сейчас замечается такое явление, что от низшей формы колхозного движения переходят к более высокой. Но это длительный процесс. Так вот, если мы возьмем коммуну как таковую, мы должны сказать, что здесь рабочие сыграли положительную роль. И в тех крупных хозяйствах, которые теперь создаются на новых местах, в том колхозном движении, которое имеется сейчас, рабочие играют крупную роль.
Мне пришлось недавно быть на Северном Кавказе и видеть совхоз «Гигант». Что больше всего поражало в этом «Гиганте» — это то, что директор громадного совхоза — ленинградский рабочий с Выборгской стороны, великолепный организатор. И в активе, который там подобран, есть рабочий Сталинградского завода и другие. Если вы посмотрите на этот совхоз, он резко отличается от старых совхозов, которые организовались на месте старых имений. Там — бывшие владения всяких князей и крупных помещиков. Все это сказывается на батрачестве, получается известное недоверие. Многие вопросы, которые трудно разрешить в старом совхозе, разрешаются легко в новом. Например, возьмем вопрос об отдельных тарелках — в старом совхозе этот вопрос не разрешен: «Тащат, — говорят, — тарелки, едят из общих мисок»; а в «Гиганте» этот вопрос разрешается очень просто — никто ничего не тащит: дух другой. Взаимоотношения между рабочим и директором совершенно другие, не похожи на отношения в старых совхозах. И тут чувствуешь, какую громадную роль может играть рабочий в стройке совхозов на новых основах.
Сейчас в деревне больше всего пошел спрос на организатора. К колхозному движению громадное стремление. Даже кулаки и то согласны, да их не берут в колхозы. Но весь вопрос в том, что не хватает организаторов. На Средней Волге, например, приходилось спрашивать партийцев, как у них идет колхозное движение. «Да у нас, говорят, все хотят в колхоз». Но — «даешь организатора!»
Деревня этих организаторов не очень выделяет. И тут, конечно, будет очень велика роль рабочих-организаторов, у которых организаторские таланты вырабатываются на работе в заводе, на предприятии. Это одна сторона дела, рисующая, как меняющееся хозяйство, переходящее на крупные рельсы, приближается к заводу и к индустрии.
Точно также возьмем шефство три-четыре года тому назад: очень трудно было что-нибудь организовать. Выходила как-то просто «подачка» деревне. Деревня смотрела на шефа как на дающего. Придет подшефный, оденет лапти похуже и смотрит, как получить от рабочего некоторую сумму материальных благ, а настоящей смычки не получается! Агитпроп очень много возился с шефскими обществами, и все это как-то натыкалось на большие трудности, которые создает психология мелкого собственника. Сейчас смычка идет на другой почве. Когда едет рабочая бригада и помогает чинить машины, организовать хозяйство, — уже совершенно другой взгляд на нее. Смотрят уж не как на даятеля всяких благ, а смотрят как на товарищей по работе, которые оказывают им серьезную поддержку своим трудом, и умением.
Вопрос о культуре. Так же как все нуждаются в хлебе, так масса стремится к культуре. На любом съезде Советов вы можете наблюдать, как прямо с низов прет эта страшная тяга к знанию. Мы, политпросветчики, и вы, культотдельщики профсоюзов, знаем, как сейчас напирают с низов относительно всякой культработы. Между тем, если посмотреть, как эта работа поставлена, надо сказать — очень плохо. Вот я смотрела работу на Северном Кавказе и должна сказать, что культработа страшно слаба. Возьмем какой-нибудь Дом крестьянина: там открыты столовые, спальни, но даже ключей от комнат, где ведется культработа, никак не могут найти; в этих комнатах поэтический беспорядок: колосья, модели машин, тракторов и т. п. — все смешано… Настоящей культ-просветработы, настоящего культурного строительства, которого требует масса, которого она жаждет, нет, и, я думаю, не будет до тех пор, пока наше культурное строительство не будет идти следом за перестройкой хозяйства.
