Дайен, вырвавшись наконец из рук центуриона, бросился к кругу. Маркус, не понимая, что происходит и как вести себя в этой ситуации, не остановил юношу, а просто последовал за ним. Ясно было одно: его начальник — Командующий — сам не свой.
— Милорд!
На поле вышел капитан Нада. Он направился туда, где, покрытые грязью, потом и кровью, стояли в странных позах участники поединка. Войдя в круг, капитан помедлил, с презрительным видом отряхивая со штанин прилипшие комочки искусственной земли. Подобно шуту, появляющемуся перед последней сценой трагедии, он разрядил напряжение в публике. Нервный, сдавленный смех волной прокатился по рядам зрителей. Лицо капитана вспыхнуло. Со злобным выражением он оглянулся на зрителей, но было видно, что виновником нанесенной ему обиды капитан считает Командующего. С нескрываемым отвращением он посмотрел на мужчину и женщину, стоявших на коленях в центре круга.
— Милорд, мы получили сообщение с аванпоста Б-545 на планете Шелтон-1. Их атакуют. Нападающий неизвестен. Военный корабль «Диана» патрулирует поблизости. Я отдал приказ «Юпитеру» отправиться на подкрепление…
— Отмените приказ, — голос Сагана от напряжения и переутомления звучал отрывисто и резко. Освободившись из рук Мейгри, он устало поднялся во весь рост. Обведя взглядом окружающих, он заметил блестящие доспехи Маркуса.
— Центурион, отведите леди в лазарет.
Этих слов было достаточно, чтобы Мейгри пришла в себя.
— Нет, — едва слышно сказала она, ослабевшей рукой давая Маркусу знак не приближаться. — Мне уже лучше. Со мной все в порядке. Только… позвольте мне минуту отдохнуть.
Командующий уже торопливо покидал поле. Зрители, затаив дыхание и напрягая слух, наблюдали за происходящим.
Нада в раздражении последовал за Саганом.
— Милорд, я протестую…
— Повторяю, отмените приказ «Юпитеру», Нада. Их помощь бессмысленна.
— Не могу согласиться, что помощь аванпосту, против которого ведется атака, бессмысленна, милорд. Мы не получили пока дополнительных донесений с Шелтона-1…
Саган круто обернулся. Капитан Нада, чуть не налетев на него, боязливо попятился.
— И не получите, капитан. Никогда. Аванпост больше не существует. Я предвидел это. С ним все кончено… для людей.
— Что?..
— Коразианцы, Нада. Они проникли в галактику. — Саган продолжил свой путь. Его центурионы спешили к нему, проявляя готовность быть полезными. Он на ходу отдавал распоряжения. — Объявите боевую тревогу по всему флоту, предупредите президента. Я воспользуюсь прямой связью. Где Экс? Послать за адмиралом и передать ему, чтобы он ждал меня на командном пункте. Передайте приказ о боевой тревоге на Шелтон-2 и Шелтон-3, но не удивляйтесь, если они не ответят.
Мейгри, забытая в этой неожиданно драматичной ситуации, откинула светлые волосы с лица. Глаза ее были устремлены на Командующего. Она выглядела изможденной. И Дайен, стоявший перед ней на коленях, услышал, как Мейгри вздохнула и закрыла глаза, словно преодолевая усталость не столько тела, сколько души.
— Итак, мы продолжаем, — пробормотала она.
Часть вторая
ГДЕ ВСЕ ЖИВОЕ УМИРАЕТ
А я пущусь в полет, за берега
Бесформенного мрака, чтобы всех
Освободить…
Джон Мильтон, «Потерянный рай»
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Я желаю иметь дело только с
быстроходным кораблем, так как намерен
плыть опасным путем…
Джон Пол Джоунс
Дерек Саган стоял в комнате штаба боевых действий на борту «Феникса». Перед ним на большом экране появился президент Роубс, сидевший за овальным столом совершенно один, в белом вязаном джемпере, манжеты и вырез которого были отделаны яркими красными и синими полосами. Белый цвет подчеркивал загар на его лице, который в свою очередь оттенял седину на висках. В таком виде президент очень эффектно смотрелся, появляясь на экране в программе новостей. Можно было легко догадаться, что именно этим приятным делом он и занимался, когда его прервал Саган, вышедший на срочную связь.
Президент подался вперед, отодвинув локтем в сторону серебряный кувшин с водой, стоявший перед ним на столе и создававший атмосферу домашнего уюта, в которой президенту нравилось появляться перед глазами миллиардов граждан Республики. Командующий, взглянув на кувшин, увидел в нем отражение человека, присутствовавшего в комнате, но не попадавшего в объектив камеры. Роубс не смотрел на этого человека и, положив руки на стол, сжал пальцы, что означало предельное внимание, с которым он готов выслушать Сагана. Лицо при этом выражало глубокую озабоченность.
Дерек Саган быстро надавил несколько кнопок на контрольной панели пульта видеосвязи. Лицо Роубса исчезло, и во весь экран появилось изображение кувшина.
— Вам, гражданин генерал, разумеется, известна новость об атаке?
— Да, господин президент.
На стенке кувшина различалось только бесформенное красное пятно, и он еще укрупнил изображение. Красное пятно. У Сагана кровь застыла в жилах.
— Это возмутительно, — говорил тем временем президент. — Я, конечно, сообщу Конгрессу, соберу срочное заседание. Не сомневаюсь, что мы объявим войну коразианцам.
— Да, господин президент.
Теперь отражение человека в кувшине сделалось почти четким. Саган не ошибся. Пурпурное одеяние, черная отделка, зигзаг черной молнии на груди. Это же он! Саган был ошарашен.
Его объявили погибшим! Что же он здесь делает? А, конечно! Роубс. Роубс, который, вероятно, держал этот секрет под своим контролем с самого начала. Такое предположение объясняет многое.
— Гражданин генерал Саган! Связь не прервалась?
— Извините, господин президент. — Мысли Сагана вернулись к разговору. Изображение серебряного кувшина исчезло, и на экране снова появился Питер Роубс. — Я… Мне принесли дополнительные сообщения о вражеских действиях.
— Понимаю ваш интерес, гражданин генерал, но, может быть, вы уделите мне побольше внимания?
— Да, господин президент, — сквозь зубы процедил Саган.
— Вероятнее всего, коразианцы придерживаются обычного плана действий и используют планеты Шелтон-1, 2 и 3 в качестве своих баз, откуда нанесут удар по галактике. Вы согласны, гражданин генерал?
Саган был согласен.
— Что ж, — продолжал президент, — наше счастье, что враг выбрал малозначительные и удаленные системы…
— На планетах Шелтона находятся семь миллионов людей, господин президент.
