Читаем без скачивания Колумбы иных миров - Юлия Федотова

Роскошь и нищета на Сандарре переплетались так тесно, что социальное положение его обитателей определялось не материальным достатком, а исключительно тем, какое положение занимает глава семейства в команде корабля. «Золото — оно везде золото», — любил повторять Орвуд. Но на пиратском острове оно имело иную цену. Здесь никого не удивлял вид оборванного, сопливого младенца, сидящего под протекающим, расшатанным навесом на подстилке из куска драгоценной парчи и хлебающего пустой рыбный суп из золотой чаши серебряной ложкой ювелирной работы. Равно как и вид почтенного, всеми уважаемого капитана, спящего под открытым небом на простой рогожке, потому что проиграл в кости все, что имел, до последней нитки, — что-что, а такая возможность на Сандарре предоставлялась желающим на каждом шагу. Игорные и питейные заведения, а также бордели стояли открытыми целые сутки и не знали недостатка в посетителях. Понятия «мораль» в пиратском логове но существовало вовсе. Даже слава беззаконного и безнравственного Альтеция меркла по сравнению с Сандарром.

— Бабушка, — со слезами в голосе хныкала Меридит вечером, — ну зачем тебе все это нужно?! Ну почему ты не желаешь жить, как все нормальные дисы? Теперь в Сехале такие хорошие войны! И у орков скоро кончится срок клятвы, тогда они непременно нападут на Аполидий! Воюй — не хочу. И почет тебе, и уважение, и деньги! Ну что ты забыла в этом безумном борделе? Только род наш позоришь!..

Стемнело. Шхуна стояла на якоре в канале между второй и третьей стеной. Своим жильем «на суше» Гунилла не обзавелась, из тех соображений, что «дисам, еще способным держать в руках меч, но уже не имеющим малолетних детей, не к чему обрастать лишним барахлом». На судне было пусто — команда разбрелась по домам или притонам. Рагнар тоже хотел «пойти побродить», но Аолен с Орвудом его остановили. Первый произнес душеспасительную речь о рыцарской чести и достоинстве, второй припомнил историю с Ирракшаной. Раздосадованный оттонец демонстративно улегся спать на полу капитанской каюты, остальные последовали его примеру, чтобы не мешать семейной беседе дис.

А им было о чем поговорить. Меридит всегда была крайне невысокого мнения о пиратах. Увиденное на Сандарре его многократно ухудшило. Теперь юная диса была полна решимости наставить престарелую родственницу на путь истинный. Но та не поддавалась. Отговаривалась старыми пиратскими банальностями о крысах, бегущих с корабля. А насчет родового позора Меридит вообще стоило бы помалкивать.

— Мы ведь не «род пиратки Гуниллы», а «род ненормальной Меридит, что не пошла в Вальхаллу»! — мстительно напомнила вредная старуха. — После твоей выходки с Одином наше положение уже ничто не может усугубить. Эх, мало тебя мать в детстве драла!

Разговор окончился ничем. Разобиженные друг на дружку, дамы улеглись спать прямо на холодной сырой палубе, под пьяные вопли пиратов и визг распутных девок, доносящиеся с высоты стен. Но тем, кто рожден для войны, не пристало обращать внимание на подобные мелочи.

23 марта.

Прогуливаемся по острову (если это вообще остров, а не искусственное сооружение). Бабушка Гунилла обещала подбросить нас до Эрда, но придется подождать несколько дней, пока у команды не закончится отдых.

Сандарр — очень своеобразное место. Гулять здесь приходится разве только не боевым клином. Понятно, что мы, как чужаки, привлекаем внимание местных. Но часто оно совсем не такое, как хотелось бы. Дамам нашим приходится нелегко, нам с Эдуардом и Улль-Брианом тоже — тут полно извращенцев. Интересно, почему они совершенно не беспокоят Аолена? Что такое есть в нем, чего нет в нас? С Балдуром, Орвудом и особенно Рагнаром все понятно. Они имеют внушительный, солидный вид, не оставляющий выродкам никакой надежды. Нам с Эдуардом в этом плане не повезло. Но ведь у Аолена такое же телосложение, что и у нас, а внешность куда красивее. Но к нам цепляются, а его игнорируют! Нет, я вовсе не желаю ему дурного, просто хочу понять, что именно мы делаем не так. Может, нам не хватает врожденного эльфийского благородства? Или эльфийской же репутации? На этот вопрос мы вряд ли получим ответ.

Зато на другой — почему Сандарр не попал под воздействие камня Ло? — уже нашли! Оказывается, здесь не существует магии! Вообще! Однажды нам случилось побывать во внутреннем Аполидии — там не было магии. Астрал выглядел черным и пустым, в нем виднелись только те нити, что я притащил с собой. Но здесь, на острове, все иначе… Тут нет ни астрала, ни моих нитей. И я здесь — не демон, а обычный, нормальный спригган. Какое блаженство! Уж не переселиться ли мне сюда навсегда? Морской разбой — вполне подходяще занятие для фьординга…

Аолен считает, и Балдур с ним согласен, что все постройки на острове воздвигнуты специально для разрушения магии. Интересно, кому это понадобилось и зачем? Впрочем, я могу их понять.

Но первым это свойство заметил не целитель Аолен, и не колдун Балдур, и уж конечно не я, а вовсе Орвуд. Он обратил внимание на то, как много на улицах женщин с проваленными носами, и удивился, почему они запустили болезнь до такой разрушительной стадии. Большинство из этих женщин вовсе не выглядят нищими, у них много золотых украшений и богатая одежда. Уж могли бы найти полсотни монет для оплаты хорошего мага!

Балдура с Аоленом тема увлекла. Аолен сказал, что не умеет исцелять сифилис (а вылечить его, как известно, можно только магией, по крайней мере, в нашем мире). Балдур решил его научить. Очень кстати на нашем пути попалась женщина в декольте, с яркими красными язвами на шее. Она валялась пьяная поперек дороги и спала. Наши лекари подкрались к ней, Балдур стал показывать свои приемы, но они не действовали. Тогда он, почуяв неладное, попросил меня заглянуть в астрал. Но заглядывать оказалось некуда!

Самое главное, местные обитатели, похоже, не догадываются об уникальном свойстве своего острова. Они носят амулеты, вычерчивают на дверях домов все положенные охранные символы, ходят в лавки магического товара и заведения практикующих магов и колдунов. Получается, все они — и торговцы, и маги с колдунами — шарлатаны? Интересно, сознательно они идут на обман или непредумышленно? Наверное, кто как. В любом случае о нашем открытии мы решили никому не рассказывать, даже бабке Гунилле. Зачем ломать привычный уклад чужой жизни, тем более в наше неспокойное время? Так считаем все мы, кроме Аолена. Он говорит, если вывести здешних мошенников на чистую воду, бедные женщины отправятся на континент к настоящим целителям и смогут наконец избавиться от дурной болезни. Возможно, он прав, но в данный момент лично я затрудняюсь определить, что хуже, сифилис или Братство истинных богов.