— Нет. Мы пойдем сейчас. — уверенно ответила Джу. — Чем быстрее, тем лучше.
Краем глаза я заметил, как она стрельнула глазами в мою сторону. Гоблин больше не возражал и все начали собираться к последнему рывку.
Пока на меня натягивали одежду, накачивали зельем и чарами, я хмуро размышлял о том, что последнее "обследование" моего астрального тела не показало волшебнице ничего хорошего. Интересно, сколько у меня времени? Семь часов? Пять?
А может всего три?..
Врыки неслись сквозь ночь, подобно двум молниям разрезая воздух и растаптывая любые преграды. Будь эти свинки еще больше — они бы и на деревья не обращали внимания. Седла как такого для орочьих скакунов не существовало. С одной стороны, его сложно было бы расположить на их обширной волосатой спине, а с другой, оркам оно было совершенно не нужно.
И вот из-за этого, я сейчас уныло трясусь, стараясь зацепиться негнущимися пальцами за щетину врыка. Тело меня все так же не слушается, весь эффект от зелья и заклинаний — мое более или менее чистое сознание до самого конца. Если бы не Оркхай, рука которого надежно держит меня за пояс, я уже давно свалился бы на землю.
Мы покинули место стоянки четыре часа назад и сорвавшиеся в галоп вепри беспрерывно неслись вперед, стараясь обогнать яд и проклятие, пожирающие меня изнутри. Эти волосатые чудовища оказались адски выносливыми и, по словам орка, могли нестись на подобной скорости десять, а-то и всех пятнадцать часов к ряду. Честно говоря, мне трудно даже представить мигрирующее стадо врыков.
Наверное, это поистине завораживающее зрелище…
Время от времени Хек придерживал несущегося впереди врыка, чтобы Джу могла оценить мое состояние. Из-за ночной темени, мне было не рассмотреть ее лица, но после каждой такой проверки гоблин еще сильнее подгонял вепря. Это говорило о многом, но расстраиваться уже не было смысла — я вышел на финишную прямую, тут либо мы успеем, и меня вылечат, либо нет.
Так или иначе, я был благодарен Джу и Хеку за возможность провести последние часы жизни в сознании, пусть даже с ноющей в груди болью.
Поездка выматывала меня, но я в конец заскучал, поэтому, не оборачиваясь, обратился к Оркхаю:
— Никто так и не сказал, что это за шаман.
Зеленокожий в ответ громко засопел и выдал гортанный звук, приказывая врыку набрать скорость. Мало того, что эти животные были выносливыми, так еще и умными — орк и гоблин могли и вовсе не держать в руках поводья, управляя ими одним голосом.
— Луг Шагра Гук — почтенный брат Духов всех направлений и Несущий Топор Ургаша последних триста циклов. Он лучший шаман всего леса, а может и всех орков. — глухо раздался над ухом голос орка.
Я задумчиво хмыкнул. Помнится мне, кто-то говорил, что даже самый жалкий шаман не полезет в Орочий лес и сможет всегда занять тепленькое местечко в одной из гур. И это логично — маги, они штучный товар, значит и шаманы тоже. Тем более странно слышать о сильнейшем шамане орков, который живет посреди леса.
— Шаманы у вас в почете. — решил прощупать почву я.
Мне показалось, Оркхай презрительно хмыкнул.
— Я знаю, к чему ты ведешь, маг-жа. Ты, наверное, думаешь, что делает такой могущественный шаман посреди Орочего Леса, вместо того, чтобы по праву занимать свое место у Пламени Вождей?
— Как-то так.
— Так все думают. Колдуны и чародеи полагают, что он изгнан, ибо ходит рука об руку с Духами Бездны, братья считают, что старик просто спятил на старости лет, а шаманы гур зеленеют от ярости и лупят всех вопрошающих посохами, даже не думая отвечать…
— А что думаешь ты?
— Ха. Луг — могущественный шаман и несмотря ни на что, почитаем в Долине Ярости. Я своими глазами видел, как он призывал бешенство Ургаша на сорокатысячную рать Грарх в войне с ханствами гноллей одиннадцать лет назад. Воины рвали гноллей голыми руками, иногда забывая, что уже несколько минут как мертвы. Это была хорошая война и хорошая битва. И вот, что я тебе скажу — он странный старик, но не сумасшедший и не бакор. Я не знаю, что заставило его покинуть не только Грарх, но и Великую Степь, но у него, несомненно, были свои причины и не нам о них судить.
Хороший ответ. Оркхай всегда так делает — вроде бы и отвечает на твой вопрос прямо, выкладывая все факты, но, по сути, скрывает самое главное. Свое личное мнение.
— Ты думаешь, он согласится помочь? — стараясь говорить как можно более небрежно, спросил я.
Оркхай на несколько минут замолчал, обдумывая ответ, и когда я уже едва не опустился в глубины отчаяния, заговорил:
— Он покинул Грарх и Долину Ярости десять лет назад, после войны с Хур-Хар. С того времени я не видел его. Говорят, что, поселившись в лесу, почтенный Луг начал брать учеников и говорить с Духами Ургаша, возвращая здоровье неизлечимо больным, но…
— Но?
— Так же говорят, что он не желает иметь дел с сынами Ургаша. — хмуро заключил зеленокожий, подстегивая врыка криком.
— Сынами Ургаша?.. Орками, что ли? Стой, ты хочешь сказать, что самый могущественный орк-шаман не хочет иметь дела с орками? — сглотнув горькую слюну, удивленно спросил я.
— Да. — односложно ответил Оркхай.
Я на некоторое время замолчал, обдумывая полученную информацию и стараясь игнорировать нарастающую по всему телу боль, после чего осторожно заговорил:
— Но ты ведь орк.
— Да. А ты — неизлечимо больной и умираешь. Шансы один к одному. — причмокнув губами, ответил Оркхай. — Тем более, он никогда не выдаст нас чародеям и колдунам. Это лучше чем ничего.
Я решил не комментировать это заявление, хмуро подумав, что Джу должно быть была в отчаянии, когда соглашалась на подобное. Призрачная надежда на выздоровление медленно таяла, словно мираж и теперь ничто не мешало мне пофилософствовать о смерти. Жаль, что после этого крайне неприятного происшествия пострадают посторонние — Джу, которая останется с моим трупом на руках посреди Орочего леса и Хек, связанный со мной кровавым договором.
Наверно, пришло время платить за свою сверхъестественную удачу.
Над головой что-то неприятно взвыло, перекрикивая свист ветра и глубокое дыхание врыка. Звук показался мне очень знакомым, пусть и искаженным расстоянием, и уже задирая голову, я понял, что сейчас увижу…
— А чтоб тебя… — в сердцах ругнулся я.
На фоне звездного неба, над самыми верхушками деревьев летел огромный ящер. Его перепончатые крылья и длинный, сплюснутый с боков хвост непрерывно двигались, а оскаленная в зловещей ухмылке морда следила за нами. Выверн оказался еще больше, чем я предполагал — не могу представить, как такая тварь поместилась в той конюшне! А о том, как ее удалось туда затащить, не переломав все вокруг, лучше даже не думать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
