но и по делу тоже.
Дон решил, что в данном случае ему следует говорить на «настоящем» языке.
— Разве глаза могут оскорбить хвост, а отец — нанести оскорбление сыну? Сэр Исаак, чем я могу быть полезен? Что-то случилось?
— С чего бы мне начать? Может быть, с вашего Сайруса Боконона, который умер за свой народ, и, следовательно, умер счастливым, и который сделал и нас своим народом. Или, может быть, мне следует рассказать о странных и сложных обычаях твоего народа, который иногда — во всяком случае нам так кажется — делает странные вещи, словно ваша собственная челюсть начинает жевать вашу собственную ногу. Или, может быть, мне начать с тех событий, которые произошли с тех пор, как мы с тобой были в безвоздушном пространстве, разделяя там, образно выражаясь, один водоем?
Фипс заерзал от нетерпения.
— Разрешите, Сэр Исаак, я поведу эти переговоры. И не забывайте, что этот молодой человек и я принадлежим к одной расе. Мы не будем ходить вокруг да около, я изложу ему все дело буквально в двух словах. Дело вовсе не такое уж и сложное.
Сэр Исаак согласно кивнул своей массивной головой.
— Как желаете, друг мой.
Фипс повернулся к Дону.
— Молодой человек, может быть, вы и не знали этого, но дело в том, что, когда ваши родители вызвали вас к себе на Марс, вы сделались курьером, который должен был доставить нам послание.
Дон вскинул на него взгляд.
— Я знал об этом.
— Да? Ты знал об этом? Что ж, очень хорошо! В таком случае, давай сюда послание.
— Какое?
— Кольцо! Кольцо, конечно! Дай нам кольцо!
Глава 15
«Не судите о нем по виду…»
Евангелие от Иоанна, гл. 7, стих 24
— Минуточку, — сказал Дон, — вы что-то путаете. Я знаю, какое кольцо вы имеете в виду, но, полагаю, дело было не в нем, а в оберточной бумаге. Она попала к агентам ИБР.
Фипс удивился, затем рассмеялся.
— Так они ее забрали? Значит, они сделали ту же ошибку, что и ты. Главное — кольцо. Где же оно? Давай его.
— Наверное, вы все-таки ошибаетесь, — медленно ответил Дон. — Или, может быть, агенты ИБР подменили кольцо еще до того, как оно дошло до меня, ведь в кольце не может быть никакого послания. Оно было сделано из прозрачного пластика, возможно, из стайрина — и внутри ничего не было. Послание спрятать просто негде.
Фипс с нетерпением дернул плечом.
— Не нужно спорить со мной. Это как раз то самое кольцо, которое нам нужно; можешь быть уверен. Кроме того, агенты ИБР не подменяли кольца, мы это точно знаем.
— Как вы можете знать это?
— Знаем. Твоя задача состояла в том, чтобы доставить кольцо, вот и все, а есть в нем послание или нет, это уже наша забота.
У Дона начало крепнуть убеждение, что в детстве он поделом укусил Фипса за палец.
— Минуточку. Да, я должен был доставить кольцо. Именно это доктор Джефферсон… Вы знаете доктора Джефферсона?
— Я знаю его, хоть никогда и не встречался с ним.
— Именно этого он и хотел от меня. Он умер, во всяком случае мне сказали, что он умер. Так или иначе я не могу сейчас посоветоваться с ним, но он совершенно ясно сказал мне, кому я должен доставить кольцо. Моему отцу. А вовсе не вам.
Фипс ударил кулаком по подлокотнику кресла.
— Я тоже это знаю! Если бы все произошло, как было задумано, ты смог бы доставить кольцо своему отцу и у нас не было бы никаких неприятностей. Но эти горячие головы в Нью-Лондоне должны были непременно… ну ладно, не будем об этом. Поскольку произошло восстание, тебе пришлось остаться здесь, вместо того чтобы лететь на Марс. Я попытаюсь обрисовать тебе всю картину. Конечно, ты можешь доставить кольцо своему отцу, но тот же самый результат будет достигнут, если ты отдашь его мне. И твой отец, и я работаем ради одного дела.
Дон помешкал, прежде чем ответить, а затем сказал:
— Я, конечно, не хочу быть невежливым, но мне нужны доказательства.
Сэр Исаак извлек из своего водэра звук, напоминающий вежливое покашливание:
— Кгхм-м-м.
Они оба повернулись к нему.
— Кажется, мне следует вмешаться в ваш разговор. Я познакомился с Доном раньше, чем вы, дорогой Фипс…
— Ну и что же? Продолжайте.
Сэр Исаак повернул большую часть своих глаз к Дону.
— Мой дорогой Дональд, доверяете ли вы мне?
— Полагаю, что да, Сэр Исаак. Но мне кажется, что я все же должен получить доказательства. Это не мое кольцо.
— Да, у тебя есть основания для этого. В таком случае давай подумаем, что может послужить таким доказательством? Если бы я, например, предложил…
Тут Дон перебил его, чувствуя, что разговор выходит из-под контроля.
— Мне очень жаль, но мы напрасно затеяли этот спор. Понимаете, он совершенно беспредметен.
— Вот как? Почему?
— Все дело в том, что у меня нет кольца. Оно пропало.
Несколько минут царила полная тишина. Затем Фипс сказал:
— Думаю, что Мало в обмороке.
Всех охватило беспокойство. Устройство, внутри которого находился марсианин, было отправлено в его комнату, и это напряжение сохранялось до тех пор, пока не поступило сообщение, что марсианин плавает в своей постели и чувствует себя более или менее сносно.
Разговор возобновился. Фипс сверлил Дона глазами.
— Все из-за тебя. Твои слова разбили Мало сердце.
— Из-за меня? Я вас не понимаю.
— Он тоже был курьером и застрял здесь так же, как и ты. У него была вторая половина послания, а первую ты потерял. Таким образом, твои слова лишили его последнего шанса добраться домой, прежде чем сильная гравитация добьет его. Он очень плох, а тут еще эти сюрпризы.
— Но… — начал Дон.
— Дональд не виноват, — вмешался Сэр Исаак. — Молодых можно обвинять только после серьезного размышления, иначе взрослые потом будут жалеть об этом.
Фипс посмотрел на дракона, потом на Дона.
— Прошу извинить меня. Я устал, и у меня плохой характер. Что случилось — то случилось. Но все-таки важно знать, что именно произошло с кольцом. Есть ли хоть какая-нибудь возможность найти его?
Дон выглядел несчастным.
— Боюсь, что нет.
Он в нескольких словах объяснил, что кто-то пытался отобрать у него кольцо, а у него не было надежного места, где бы он мог его спрятать.
— Я не знал, что это кольцо представляет такую огромную ценность, но я хотел выполнить просьбу доктора Джефферсона. Может быть, я иногда бываю слишком упрям. И
