—Если за нами наблюдают, то обратят внимание кого надо на что надо. Все. Если есть какие-то реальные доказательства – я готов их рассмотреть, а предчувствия в документы не положишь.
Ерыш вынужденно отступил.
—Нет у меня доказательств. Но это предчувствия в прошлом не раз мне жизнь спасало. Как бы нам всем пожалеть не пришлось. Лирен, это же твоя группа, ты можешь своей властью поменять им задание.
—С чего я буду так делать? Эту Герраю давно уже следует поставить на место.
—Твоя ненависть совсем тебе разум застила, если не понимаешь, что дело идет не о том, чтобы кого-то на место поставить. Не отзовешь группу?
—Нет.
—Делайте как хотите, — раздраженно махнул он рукой. — Но никто не сможет мне запретить сообщить о реальном положении дел Геррае. И я буду ее отговаривать от этого дела.
—Ерыш!
—Не передумаю, господин декан.
—Запретить не могу. — Он немного помолчал. — Совещание окончено. И вызовите ко мне Герраю. Я сам с ней поговорю.
—И почему ты все-таки согласилась?
Вариэн оседлал стул, стоявший посредине комнаты, положил руки на спинку и опустил на них подбородок, наблюдая за Ленайрой, проверяющей вещи в своих сундуках и откладывающей на кровать то, что возьмет с собой.
—В каком смысле почему?
—Если я правильно понял, то от этой поездки ты вполне могла отказаться. Где это видано, чтобы вчерашний первокурсник отправлялся на выпускное задание.
—Могла бы.
—И почему?
—Упустить шанс поставить клизму дядюшке? Ты за кого меня принимаешь?
—Поставить что? Дядюшке?
—Ну он же дядя императора? Значит дядюшка. А клизма… неважно. Неприятная штука – поверь.
—Верю. Но все-таки?
—Вариэн, как думаешь, что случится, если я откажусь?
—Гм… Думаешь что-то серьезное произойдет с группой?
—Книг начитался? Злодейские злодеи злодейски умерщвляют отважных героев, расследующих их злодейские дела. Нет, Вариэн, в жизни все проще. Скорее всего там для них подготовлена какая-то ловушка.
—Убьют? — совсем растерялся Вариэн.
—Тьфу ты. Вот ты великолепно понимаешь людей, не дурак, а элементарных вещей понять не можешь. Если группа исчезнет… да даже несчастный случай, допустим, то это все равно будут расследовать. Все-таки неординарное событие.
—Тогда что?
—Допустим ты совершаешь определенные преступные действия и у тебя высокое положение – так просто не достать. Точнее покровитель. И к тебе направляют вчерашних выпускников расследовать твои дела. Что ты сделаешь, чтобы они тебя не тронули?
—Эм… скрою их.
—А если это трудно сделать?
—Убивать их, как я понимаю, не стоит?
—Привлечешь внимание к себе. И покровитель не поможет.
—Тогда… тогда… постараюсь замарать их в своих делах, чтобы и дернуться не могли.
—Вот, можешь же когда захочешь. А судя по той настойчивости, с которой требуют отправить именно группу вчерашних выпускников на расследование, зачем-то им это нужно. И если бы декан не получил известие, что командир гарнизона той крепости имеет покровителя в лице, — Ленайра многозначительно подняла глаза к потолку, — то ушла бы эта группа, совершенно не приспособленная к столкновению с такими высокопоставленными персонами. Они бы растерялись, стали бы излишне осторожничать, перепроверять все, не торопиться с донесениями. Подозреваю, что именно это и требовалось неизвестным некто, кто дергает за нити интриги. А вот что должно было случиться дальше – вопрос. Может и влетели бы следователи наши в контрабанду, а может и похитрее что. Но вот знаешь… если есть возможность подгадить нашему любимому дядюшке, то я этой возможностью воспользуюсь.
—Это может оказаться опасным.
—Вариэн, ты вообще зачем на боевой факультет шел? Не ошибся? Тебя не предупредили, что работа боевого мага опасна? Уходи, пока не поздно.
—Ладно-ладно, уяснил, понял, раскаиваюсь. Просто ты не выпускник даже.
—Ну так я и на передовую лезть не собираюсь. Моя задача скромнее – всего лишь своим присутствием прикрыть группу от высокопоставленных гадов.
—Ну дай-то боги…
—Вот скажи, ты выпроводил мою соседку из комнаты, заставил меня поставить максимальную защиту от подслушивания чтобы обсуждать со мной будущую поездку? Ты понимаешь, какие слухи могут по академии пойти?
—А тебя это не волнует? — улыбнулся он.
—Наоборот, повеселюсь. А то скучно как-то живется. Всего лишь попытки подставить, ловушки, общая враждебность, зависть.
—Ты не в духе, — констатировал Вариэн.
—Короче.
—Понял. Я по поводу наследника. Я заметил, что ты отправляла какую-то посылку… Ты же говорила, что нужно сузить список подозреваемых до пяти, а у нас их восемь…
—Я на пятерых и отправила.
—Что-то обнаружила?
—Нет. Бросила жребий. Написала имена на бумажках, разложила на столе и крутанула ручку.
—Ты сейчас серьезно? — опешил Вариэн.
—Абсолютно. — Ленайра вздохнула, вытащила тетрадь и достала из нее пять бумажек с именами, разложила. — Понимаешь… дело в том, что из этих пяти я процентов на пятьдесят уверена в том, что наследник вот он. — Девушка накрыла рукой одну из бумажек. — И попросила его проверить в первую очередь. Если я права, то проверять остальных смысла уже и не будет. Потому-то остальные четверо идут уже за компанию и как их выбирать – было уже совершенно все равно. Ну а если я окажусь неправа по всем пяти, то останутся всего трое.
—А почему он? — Вариэн по-всякому изгибал шею, пытаясь прочитать имя выбранного. — И почему просто не доложить?
—Потому что все мои подозрения такие же, как у тебя. Ощущения, интуиция. Мой… жених такое называет женской логикой. А ее к делу, увы, не приложишь. К тому же этот человек единственный, кто заговорил со мной первым и по собственному почину в ситуации, когда это от него не требовалось.
Вариэн подумал.
—Прости, это все? Только поэтому?
—Это интуиция. А есть еще ощущения. Понимаешь, когда я с ним разговаривала, то что-то мне показалось в его отношении странным. Никак не могла сообразить, а вот когда увидела его в твоем списке, сообразила. Понимаешь, все в этой школе, кто относился ко мне враждебно, относились так именно ко мне. Ледяной Принцессе, если хочешь. Кто-то не переваривал эту мою маску, кто-то завидовал положению, кто-то богатству, кто-то воспринимал мое поступление в школу как прихоть богатой девочки. В любом случае это было отношение ко мне, как к личности. А вот при разговоре с ним… позже я сообразила, что его враждебность была не столько ко мне, как к человеку, сколько как к представителю Древнего Рода.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
