Читаем без скачивания Зверь из бездны - Алексей Корепанов

Стан мельком взглянул на меня и опустил глаза:

- Не обижайся, Лео, но, вероятно, это действительно так. Я привык верить фактам, а фактов пока нет. Есть только твои, чисто субъективные ощущения. Мы ведь с тобой "полы", а не кто-нибудь.

- А помнишь, что сказал Бохарт на острове, когда вы меня вытащили из пещеры? Он сказал, что у него в пещере тоже был какой-то заскок. Еще добавил про ночки бессонные... Припомни-ка, пожалуйста, Стан.

Стан сдвинул брови, вспоминая, потом неуверенно произнес:

- Ну да, было, кажется, что-то такое... И что отсюда следует?

- А знаешь, что он сказал, когда я вернулся из Преддверия? - с нажимом продолжал я. - Он сказал, что пора выметаться с острова; мол, чепуха всякая мерещиться начинает. И я знаю, какая именно чепуха! Он на мгновение увидел меня одновременно и со спины, и с лица, с реверса и аверса, так сказать. То есть действительно увидел какую-то чепуху. Давай спросим у него, Стан!

Стан с сомнением пожал плечами. Задумчиво покусал губы.

- Это уже кое-что, - наконец сказал он. - Кое-что, но не более. Бохарту действительно могло на миг что-то там почудиться, в темноте. На долю секунды.

- Тогда все мы друг другу только чудимся! - Я в сердцах отшвырнул тарелку. - Ты чудишься мне, я - тебе! Весь мир нам только чудится, а мы чудимся тому, кто читает книгу о нас!

- Не кипятись, Лео. - Стан примирительно поднял руки. - Посуда-то здесь при чем? Я же сказал, это кое-что. Возможно, Бохарт действительно подтвердит. Но понимаешь, этого слишком мало. Слишком зыбкое доказательство. Поставь себя на мое место и честно признайся: а ты бы поверил? Возможно, это и факт, но факт, который может быть истолкован по-разному, неоднозначно. Померещиться-то может всякое. Куст среди ночи нетрудно принять за человека...

- Ну да, или за зверя, - пробормотал я. Пример был расхожий.

- Или за зверя, - согласился мой напарник. - Говорил ведь Рональд: фронтир влияет. Почему бы и нет? Что мы знаем о влиянии фронтира на Серебристом Лебеде на психику? Тем более, находились-то мы совсем рядом с ним. Поэтому тебе обязательно надо к врачу, Лео. Сам сказал, что думаешь о близкой смерти. Разве это нормально? Разве было у тебя раньше такое?

- Это не я говорю, это Голос мне предсказал, - мрачно заметил я.

- Твой внутренний голос, - уточнил Стан.

Я нагнулся и поднял тарелку с пола. Я уже остыл и признал его абсолютную правоту. В конце концов, мы с ним действительно были "полами", а не кем-нибудь другим, и самым важным в работе считали неоспоримые доказательства. Не один шаткий факт, который и вправду можно истолковать по-разному, а доказательства. И желательно - побольше. Поболь...

Я так резко вскочил, что чуть не перевернул стол. Стан тоже поднялся с явным намерением схватить меня и обезвредить. Наверное, он подумал, что я начинаю впадать в буйство.

- Спокойно, Стан, я не собираюсь крушить мебель, - сказал я, направляясь к своей брошенной на кресло куртке. - Я просто хочу представить тебе еще одно доказательство. На этот раз вполне вещественное.

Стан, замерев, следил, как я вынимаю из внутреннего кармана куртки эманатор. Вид у него был хищный; ни дать ни взять зверь, почуявший добычу. Увидев в моих руках оружие, он подобрался, приготовившись или отпрыгнуть в сторону, или броситься на меня.

- Спокойно, - повторил я. - Я вполне вменяем. Эта боевая штуковина мое доказательство.

Он немного расслабился, но продолжал настороженно следить за мной. Я медленно, не делая резких движений, держа эманатор дулом к себе, подошел к столу и положил оружие прямо на посуду.

- Вот, посмотри на индикатор.

Стан мгновенно схватил эманатор и отошел от стола.

- Ну? - Он все еще не понимал.

- Взгляни на индикатор расхода зарядов. Все мы получили полностью заряженное оружие, так? Никто из нас не сделал на острове ни одного выстрела. А вот я стрелял. Там, в Преддверии. В того бешеного левиафана. Где я еще мог стрелять и какие еще тебе нужны доказательства?

Стан медленно опустился в кресло и уставился на эманатор, словно видел подобное оружие впервые в жизни.

- Ты, конечно, можешь сказать, что у меня был неполный заряд, продолжал я, наблюдая за ним. - Нo это нетрудно выяснить в управлении. Ты можешь сказать, что, когда мы прочесывали остров, на меня накатило и я открыл пальбу в ближайшей расселине. Но это, при желании, тоже можно проверить. Поискать на острове следы моей пальбы. И такая проверка представит все в истинном свете. И ты признаешь тогда мою правоту. Наконец, ты можешь прямо сейчас сказать мне: "Лео, ты прав".

Он долго-долго молчал и все крутил в руках эманатор. Потом поднял на меня глаза и тихо, почти с испугом, сказал:

- Это весомый аргумент, Лео. Это очень весомый аргумент... Я, конечно, проверю... но боюсь, что ты действительно прав... И что же нам теперь делать дальше? Я внезапно ощутил страшную усталость. Не физическую, нет. Устала моя душа. Слишком сильные удары довелось ей испытать. Откровение о том, с каким врагом мы столкнулись. Откровение о том, кто такая Славия. Ее гибель... Откровение о том, что Леонардо-Валентину Грегу вскоре суждено покинуть этот мир.

- Не знаю, что нам делать дальше, - сказал я притихшему Стану. Цепочка оборвалась навсегда, я в этом убежден, я даже не предполагаю, а просто знаю. Теперь нужно ожидать чего-то другого. Думаю, в первую очередь необходимо взяться за фронтир. Навалиться объединенными силами, это проблема не только Серебристого Лебедя. Завтра мертвая зона может появиться в любом другом мире. Идущая в наступление антижизнь... Кстати, название Диллин - тоже из книг или фильмов?

Стан пожал плечами:

- Теперь уже не знаю, что и сказать, Лео.

- Убедить мы, конечно, никого не сможем, - продолжал я. - Если даже ты с трудом поверил мне, то кто поверит нам? Сочтут ненормальными. Один эманатор - аргумент для тебя, ведь мы были вместе. Но не для других. Найдут десяток объяснений. Поэтому оставайся здесь, при Бохарте - пусть анализирует данные мониторинга, пусть добивается разрешения на прочесывание всего Лебедя. Присутствуй. А я возвращаюсь в Кремс. Возьму отпуск. Я действительно устал... и не могу заниматься бесполезным делом.

- Отдохни - и возьмемся за фронтир, - сказал Стан.

- Тут не только нам надо взяться. Тут нужны самые лучшие специалисты самых разных отраслей. Думаю, что эта сущность... Голос... все-таки сможет помочь. И не только он, должны быть и другие. Я чувствую... Возьмись, Стан, ну а я... - Я нашел в себе силы усмехнуться. - Видно будет. Он же предупредил, что у меня мало шансов...

- Мало - еще не значит, что их нет совсем, - тихо сказал Стан.

Тяжелой и усталой была моя душа. Я вдруг понял, что надеялся, втайне надеялся на то, что Стан в пух и прах разобьет мои доводы, и посещение Преддверия все-таки окажется не более чем причудливым созданием моей собственной психики. Нет, на деле вышло совсем не так.