Читаем без скачивания Предсказатель прошлого - Галактическая полиция (Кора Орват 3) - Кир Булычев

- Я несколько раз пыталась вам дозвониться, - сказала Кора, поздоровавшись с министром. - Но это нелегко сделать.

- Разумеется, - согласился министр, улыбнувшись, как умеют улыбаться большие начальственные лица, усталые от бесконечных трудов на благо государства. - Я был на совещании у премьера, затем готовился к срочной поездке. - Вы улетаете?

- Иначе зачем мне приезжать в аэропорт, - улыбнулся министр. - Но я вернусь послезавтра и надеюсь, что смогу еще с вами побеседовать и, если нужно, оказать вам помощь в поисках драконов.

- Господин церрион, - сказала Кора, поняв, что вот-вот лишится единственного покровителя, - я как раз и искала вас, чтобы сообщить, что драконы мною найдены. Я знаю, как они были украдены, кем они были украдены и где они находятся сейчас.

- Вот видите? - воскликнул переводчик. - Она сошла с ума!

- Я буду рад побеседовать с вами сразу по возвращении, - сказал министр. - К сожалению, сейчас мн& пора уходить. Мой самолет ждет. - Ваш самолет?

- Разумеется, не полечу же я на пассажирском самолете. - Молодой министр сокрушенно покачал головой, будто Кора сморозила оскорбительную глупость, но он остается выше этого.

- Мы с господином церрионом не можем лететь на обычном самолете! заявил переводчик.

- И, наверное, вы летите в Миандрию? - спросила Кора.

- Да. Об этом объявлено в последних известиях по радио, - сказал переводчик. - Это частный визит конфиденциального свойства.

- И профессор Ромиодор летит с вами? - спросила Кора.

Министр направился к выходу на летное поле. Переводчик за ним. Кора не отставала. Министр ускорил шаги. - Я спросила о профессоре! - Я не знаю никакого профессора, - откликнулся церрион. - Переводчик Меррони, разве профессор Ромиодор проходит по нашему ведомству?

- Первый раз слышу это имя! - воскликнул переводчик. Он пытался на ходу оттеснить Кору. Троица приблизилась к профессору. Тот увидел в первую очередь министра - по высокой форменной шляпе. И, видно, встревожился, что министр может его не заметить.

Профессор рванулся следом за министром, волоча тяжелый чемодан.

- Господин церрион! - звал он. - Господин церрион, оглянитесь!

Он почти настиг министра и переводчика, которые или не слышали его, или делали вид, что не слышат, когда узнал Кору.

В этот момент они все как раз прошли через дверь на летное поле и оказались вне глаз и ушей остальных обитателей аэропорта.

- Как? - спросил профессор, пораженный зрелищем Коры. - Вас нет! Вы... вы же в доме кормильца Аполидора. Я же вас видел!

- Вот именно! - жестко сказал министр. - Вы мне доложили, что женщина связана и безопасна. - Но я же видел!

- Почему вы ее не убрали, идиот? - Ну... ну это лишнее. Я не приучен... - Профессор был растерян и напуган.

- Говорите - вы не приучены убивать. А таскать каштаны из огня для вас другие приучены? Вступать в долю с порядочными людьми вы приучены! Надо было прирезать ее, пока связана, и тогда мы с вами спокойно бы улетели куда надо. И вернулись бы богатыми людьми. Вы же этого хотели?

- Мне нужны деньги для продолжения исследований. Вы же знаете, что не для похоти...

- Ясно. Мне они нужны для похоти? - Министр рассвирепел. Он неожиданно страшно и жестоко ударил профессора по лицу, и тот пошатнулся, прикрыв голову руками.

- Действуй! - приказал министр переводчику. Кора оставалась свидетелем - не более как свидетелем. Но она была настороже, потому что в отличие от профессора знала, что профессиональные политики обходятся без морали и жалости - иначе им нечего делать в политике.

- Видите ли, - обратился министр к Коре, - оказывается, ему деньги нужны на развитие науки, на бескорыстное знание... А мне? Мне они нужны для того, чтобы стать президентом и вытащить эту страну из нищеты и лицемерия! Мне нужны деньги, чтобы железной рукой вымести гниль и воровство из всех ее уголков!

- Понимаю, вам приходится идти на последнее воровство, чтобы покончить со всем воровством, - ответила Кора.

Министр осекся. Замечание Коры ему не понравилось. Политики обычно лишены чувства юмора, не говоря уж о чувствах иронии или сарказма.

Переводчик уже поволок тяжелый чемодан к летному полю.

Метрах в трехстах от них Кора увидела небольшой современный самолет, украшенный гербом правительства и личным гербом церриона средней руки.

- Остановите его! - сказала Кора министру. - Не надо улетать. Это ничего не изменит.

- Поздно! - усмехнулся министр. - Вы сделали большую ошибку, госпожа Орват! Вам не надо было спешить на аэродром. Сидели бы мирно на стуле, ждали, пока вас спасут. Потом бы дали показания на суде о преступлении драконокормильца - преступлении под влиянием душевных волнений. Аполидору дали бы не очень большой срок. Каждый судья понимает, что такое законы мести...

- Остановите его, или я сама буду вынуждена его остановить.

Профессор распрямился. Половина его лица представляла собой кровоточащую ссадину. Ну и рука у молодого министра!

- Зачем же меня бить? - спросил Ромиодор. -Я же все выполнил. Я все сделал, я подставил своего кузена, я даже сам привез драконов сюда... Зачем же бить?

- А затем, мой дорогой, - холодно сказал министр, - что никто не поверит в то, что один слабоумный служитель зоопарка уменьшил в сто раз драконов и притащил их к себе домой.

- Но мы же договорились, что он, использовав мое семейное доверие, украл у меня минимизатор... - растерянно сказал профессор, который все еще никак не мог понять, почему вместо благодарности он получает колотушки и угрозы.

- Да на тебя любой следователь надавит, и ты расколешься, - сказал молодой министр, и Кора поняла, что за спиной министра стоит темное, уличное детство, а может, и преступная юность. - Мы не можем рисковать.

Министр вытащил пистолет. Сделал он это как-то лениво, не спеша, так что со стороны наблюдатель вряд ли заметил бы что-то неладное, - да и сам пистолет был похож на авторучку. Невинная сцена...

Кора понимала: они убьют профессора. Но тогда они не оставят в живых и саму Кору...

Она не стала ждать, пока министр откроют стрельбу, она знала эти авторучки - они стоили бешеных денег. Они стреляли растворимыми в крови ампулами с ядом, который нельзя обнаружить ни одним анализом. У человека просто останавливается сердце...

Но у авторучки был один недостаток - ограниченный радиус стрельбы, кажется, до семи метров.

Кора схватила профессора и рванула его на себя и в сторону.

Толстое, вялое, нетренированное тело Ромиодора взлетело в воздух и, упав, покатилось к груде ящиков, забытых здесь, видно, лет пять назад. Министр выстрелил.

Кора рыбкой нырнула следом за профессором. Она не знала, сколько зарядов выпустил министр и сколько их еще осталось. Профессор забился у нее в руках. - Да не беги, убьет - зашипела на него Кора, затаскивая его в полумрак за ящики.