сбившийся со счёта, скрипнул зубами и вернулся к верхней строке таблицы прибыли. Снова послышались причитания Веце и граф понял, что работать в таком шуме просто невозможно.
У него хронический недосып, переработки и постоянное головокружение. В таком состоянии собрать мысли в кучу уже само по себе подвиг. А громкий и резкий голос пацана лишь вызывает головную боль.
С этим надо что-то делать.
— Маниэр, как его якобы названный отец, я разрешаю тебе воспитывать этого бездельника так, как посчитаешь нужным. Не будь с ним слишком мягка. — подло улыбнулся вампир, с удовольствием наблюдая, как улыбка сползла с лица полукровки.
— Я протестую! — Веце бодро вскочил на ноги и отскочил подальше от вампирши, явно намеревавшейся заставить его работать прямо сейчас. Ужас какой, работать!
Он же не его господин — не больной переселенец, который спит и видит, как будет работать, работать или, представьте себе, работать!
Веце не понимал, зачем графу изучать эльфийский, гномий и драконий. Не понимал, почему хозяин так старается сделать земли графства лучше — разве это не пустая трата времени? И уж тем более не понимал, как переселенцу удаётся полностью посвящать себя делу, игнорируя собственные желания и потребности.
— У тебя нет права голоса. — обрадовал граф Веце. Мелкий скривился, скорчился и прижал руки к сердцу, готовясь выдать гневную тираду.
— Да вы сговорились! Два сапога-пара! Одного поля ягоды! — плевался полукровка, рассерженно смотря то на господина, то на Маниэр. Эти двое его в могилу сведут!
— Маниэр, разве мы сговаривались? — удивлённо приподнял брови граф и хитро улыбнулся. Девушка расцвела в ответной улыбке.
— Ах, конечно же нет! — заотрицала она, не сводя глаз с попаданца. Красивый, зараза. Но она ему это, конечно же, никогда не скажет.
— Милуетесь, голубки? — но полукровку никто не слушал, вампир молча швырнул в Веце палку колбасы и тот сразу заткнулся, тихонько ушёл в другую комнату, пока господин не передумал и не отнял еду.
Не то чтобы хозяин так хоть раз поступал, но, как говорится, лучше лишний раз перестраховаться. Некоторая еда вкуснее, если есть её в одиночестве.
Вампиры продолжили работу. После обеда девушка снова покинула замок: необходимо было доставить копию договора Ивану Грозному, проверить, что за проблемы возникли в ресторане и предоставить старейшинам отчёт о деятельности графа и текущих проблемах на землях. Из-за участившихся появлений монстров Вальдернеские начали выставлять по всей территории дежурных магов.
Степан тем временем тихо метался. Что, если то дурное предчувствие надуманное, вдруг он ошибся и всё будет в порядке?
Да с чего он вообще взял, что у него есть шанс?
Может, она не заглядывается на него, а просто шпионит так?
И заводить отношения со своим почти врагом — сомнительная перспектива.
Веце, впрочем, как и всегда, на душевные терзания господина было глубоко плевать — еда и крыша над головой есть, не бьют, значит, всё-всё прекрасно. Денег бы, конечно, побольше, ну а так-то жизнь хороша. Прошлый хозяин любил слуг попинать, когда злился или грустил, поэтому переселенец с грустной рожей как существо, нуждающееся в утешении или подбадривании, не воспринимался.
Полукровка вообще был личностью крайне циничной, эдакий классический сторонник утилитаризма, который хотел бы получать блага, но вот становиться жертвой подобного подхода не собирался.
Ну да, Веце эгоист, но разве это плохо?
Будь у него другой склад ума, до своих дней бы он не дожил.
Родись он аристократом, то его бы внешность сыграла ему на руку, но какой прок кормушке от смазливой мордашки? Вот и Веце находил такую красоту слишком обременительной — жалко, жалко, такой хорошенький, а ни денег, ни статуса это не даёт. Только привлекает ненужное внимание.
Он был запоминающимся, почти благородным, как сказал бы сам пацан. Помесь вампира, тёмного эльфа и кого-то ещё: серая кожа, белые волосы и ядовито-зелёные глаза. Ну и, конечно, нахальная улыбка.
Внешность довольно запоминающаяся, не правда ли?
Вообще, Веце был довольно скромным и неприхотливым, как бы среди вампиров и не повыделываешься, чуть что — сразу розги или голодовка.
А вот граф Кифен не бил: так, изредка отвесит почти шутливые подзатыльники и всё. Или работать заставит.
— Скажи Веце, а какие у вампиров стандарты красоты? — голос Степана вырвал полукровку из глубоких размышлений о своём бытие до и после появления переселенца.
— Что? — растерянно выдал пацан, не совсем уверенный, что всё правильно расслышал.
Не мог же граф такого спросить? Или мог?
— Что считается красивым у вампиров? Ну, во внешности. — попаданец замялся, чувствуя себя идиотом.
— Клыки конечно. — без раздумий ответил полукровка. Степан разочарованно провёл языком по своим, только-только начавшим отрастать. — И цвет глаз. Тут, конечно, понятно, что дело не именно в цвете, верно? Привлекает магический потенциал, от него зависит насыщенность оттенка красного. Иногда, кстати, встречаются вампиры с жёлтыми или фиолетовыми глазами, они нечистокровные, поэтому у них по цвету радужки магический потенциал не определишь и им сложнее обзавестись семьёй.
Граф тихонько достал из пространственного хранилища кинжал и вгляделся в отражение на лезвии. Достаточно ли его глаза красные?
Спрашивать совета у Веце ещё и по этому поводу слишком неловко. Поганец обязательно обсмеёт Степана.
Поэтому попаданец решил не ломать голову и действовать как обычный землянин: работать с тем, что есть. Клыки ему за день не отрастить, с магией тоже особо ничего не сделаешь, но вот постричься можно.
Стрижка, увы, закончилась полным провалом: Степан попытался подрезать порядком отросшие волосы более-менее ровно, но вышло отвратительно криво. Когда верный Веце вызвался помочь, то испортил всё окончательно.
Граф с ужасом смотрелся в зеркало. Чёлки не было. Совсем. То тут, то там клоками торчали волосы, где-то же были срезаны под корень.
Спасать что-то на голове попаданца уже слишком поздно.
О да, он поразит Маниэр с первого взгляда! Поразит до нервной икоты!
— Господин, куда вы? — донеслось вслед Степану. Веце непонимающе смотрел, как граф стрелой вылетел из кабинета и кинулся в лабораторию, почти лихорадочно начав перерывать книги.
— Спасать свою репутацию. — ответил вампир, пробурчав едва слышное “нашёл” себе под
