К. Х. Мамацов //Кавказ. 1897. № 235
Впрочем, он мог быть кроток и нежен, как ребенок, и вообще в его характере преобладало задумчивое, часто грустное настроение.
Фр. Боденштадт 1. С. 321
Екатерина Александровна (Сушкова) выражалась о Лермонтове: «Лермонтов всегда расчетливый и загадочный».
М. И. Семевский.С. 234
Вообще в холостой компании Лермонтов особенно оживлялся и любил рассказы, прерывая очень часто самый серьезный разговор какой-нибудь шуткой, а нередко и нецензурными анекдотами, о которых я не буду говорить, хотя они были остроумны и смешны донельзя.
А. В. Мещерский.С. 89
...Он спешил куда-то, как спешил всегда, во всю свою короткую жизнь.
М. Е. Меликов.С. 649
Познакомился я с Лермонтовым, который прочел прекрасную новую пьесу, человек без сомнения с большим талантом, но мне морально не понравился, что-то нерадушное, московское…
Е. А. Баратынский— жене.
Начало 1840 г.
Цит. по: Герштейн Э. Л. С. 326
Как известно, Лермонтов постоянно искал новой деятельности и никогда не отдавался весь тому высокому поэтическому творчеству, которое обессмертило его имя и которое, казалось, должно было поглотить его всецело. Постоянно меняя занятия, он со свойственной ему страстностью, с полным увлечением отдавался новому делу.
А. А. Бильдерлинг. Лермонтовский музей в Петербурге и в Николаевском кавалерийском училище // Русская старина. 1883. № 12. С. 735
Помню, что, когда впервые встретился я с Мишей Лермонтовым, его занимала лепка из красного воска: он вылепил, например, охотника с собакой и сцены сражений. Кроме того, маленький Лермонтов составил театр из марионеток, в котором принимал участие и я с Мещериновыми; пьесы для этих представлений сочинял сам. Из наук Лермонтов с особенным рвением занимался русской словесностью и историей. Вообще он имел способности весьма хорошие, но с любовью он относился только к этим двум предметам.
Н. С. Мартынов 2. С. 588—589
Он славно знает по-немецки и Гете почти всего наизусть дует. Байрона режет тоже в подлиннике.
В. Г. Белинский — В. П. Боткину.
16 апреля 1840 г.
Лермонтов хорошо говорил по-малороссийски и неподражаемо умел рассказывать малороссийские анекдоты. Им, например, был пущен известный анекдот (который я после слышал и от других) о том хохле, который ехал один по непомерно широкой почтовой малороссийской дороге саженей во сто ширины. По обыкновению, хохол заснул на своем возе глубоким сном, волы его выбились из колеи и, наконец, осью зацепили за поверстный столб, отчего остановились. От толчка хохол вдруг проснулся, спросонья осмотрелся, увидал поверстный столб, плюнул и, слезая со своего воза, сказал: «Що за бисова тиснота, не можно и возом разминуться».
А. В. Мещерский.С. 87
По словам А. И. Арнольди, М. Ю. Лермонтов писал картины гораздо быстрее, чем стихи; нередко он брался за палитру, сам еще не зная, что явится на полотне, и потом, пустив густой клуб табачного дыма, принимался за кисть, и в какой-нибудь час времени картина была готова.
Русский художественный листок. 1862. № 7. С. 27
Саникадзе говорит, между прочим, что Лермонтов умел играть на флейте и забавлялся этой игрой изредка...
П. К. Мартьянов 3. С. 208
Михаил Юрьевич раздал нам по клочку бумаги и предложил написать по порядку все буквы и обозначить их цифрами; потом из этих цифр по соответствующим буквам составить какой-либо вопрос; приняв от нас эти вопросы, он уходил в особую комнату и спустя некоторое время выносил каждому ответ; и все ответы до того были удачны, что приводили нас в изумление. Любопытство наше и желание разгадать его секрет было сильно возбуждено, и, должно быть по этому поводу он изложил нам целую теорию в довольно длинной речи, из которой, к сожалению, в моей памяти остались только вступительные слова, а именно, что между буквами и цифрами есть какая-то таинственная связь; потом упоминал что-то о высшей математике. Вообще же речь его имела характер мистический; говорил он очень увлекательно, серьезно; но подмечено было, что серьезность его речи как-то плохо гармонировала с коварной улыбкой, сверкавшей на его губах и в глазах...
А. Чарыков.С. 815
В другой раз была серьезная беседа об интенсивном хозяйстве, о котором в настоящее время так много пишут в журналах и о чем тогда уже заботились. Лермонтов, который питал полное недоверие и обнаруживал даже некоторое пренебрежение к сельскому хозяйству, называя его ковырянием земли, сказал нам при этом, что он сам недавно был в своем маленьком имении в Малороссии, откуда не получалось никакого дохода. Его долготерпение, наконец, истощилось, и он поехал туда, чтобы лично убедиться в причине бездоходности имения. «Приезжаю, — говорит Лермонтов, — в деревню, призываю к себе хохла-приказчика, спрашиваю, отчего нет никакого дохода». Он говорит, что урожай был плохой, что пшеницу червь попортил, а гречиху солнце спалило. «Ну, — я спрашиваю, — а скотина что?» «Скотина, — говорит приказчик, — ничего, благополучно». «Ну, — я спрашиваю, — куда же молоко девали?» «На масло били, — отвечает он». «А масло куда девали?» «Соль, — говорит, — куповали». «А соль куда девали?» «Масло солили». «Ну, а масло куда девали?» «Продавали». «Ну, а деньги где?» «Соль куповали!» И так далее, и так далее. «Не истинный ли это прототип всех наших русских хозяйств?» — сказал Лермонтов и прибавил: «Вот вам при этих условиях не угодно ли завести интенсивное хозяйство!..»
А. В. Мещерский.С. 86—87
Изо всей жизни Лермонтова, взятой с внешней точки зрения, только начало и конец заключают в себе нечто благоприятное поэтическому развитию его таланта. Дитятей он живет в деревне с старым домом и запущенным садом, смерть нашла его между величавых гор Кавказа, посреди обильной, уму и сердцу говорящей деятельности.
А. В. Дружинин.С. 632
Для полного уяснения дела мне требуется сделать маленькое отступление: представить личность Лермонтова так, как я понимал его, со всеми недостатками, а равно и с добрыми качествами, которые он имел. Не стану говорить об его уме: эта сторона его личности вне вопроса; все одинаково сознают, что он был очень умен, а многие видят в нем даже гениального человека. Как писатель он действительно весьма высоко стоит, и, если вспомнить, как он был еще молод, и если сообразить, что талант его не успел еще прийти к полному развитию и как мало окружающая его обстановка способствовала к серьезным занятиям, то становится едва понятным, как он мог достигнуть тех блестящих результатов при столь малом труде и в таких ранних годах.
Н. С. Мартынов 1. С. 195
Он не имел ни начитанности Пушкина, ни резкого проницательного его ума, ни его глубокого взгляда, ни чувствительной, всеобъемлющей души его. Его характер не был еще совершенно сформирован, и, беспрестанно увлеченный обществом молодых людей, он характером был моложе, чем следовало по летам. Он еще любил шумную, разгульную жизнь, волочиться за дамами, подраться на саблях, заставить о себе говорить, подтрунить, подшутить и жаждал более славы светской, остряка, чем славы поэта. Эта молодость убила его.
Н. М. Смирнов.С. 240
Да он в образовании-то подальше Пушкина, и его не надует не только какой-нибудь идиот, осел и глупец Катенин, в котором Пушкин видел великого критика и по совету которого выбросил 8-ю главу «Онегина», но и наш брат.
В. Г. Белинский — В. П. Боткину.
16 апреля 1840 г.
Боже мой, как он ниже меня по своим понятиям, и как я бесконечно ниже его в моем перед ним превосходстве. Каждое его слово — он сам, вся его натура, во всей глубине и целости своей. Я с ним робок, — меня давят такие целостные, полные натуры, я перед ним благоговею и смиряюсь в сознании своего ничтожества.
В. Г. Белинский — В. П. Боткину.
16—21 апреля 1840 г.
Критика, отнюдь, не была единодушна в признании его таланта. Казалось, не хотели сразу же после смерти Пушкина возвести на его трон преемника; и находили, что Лермонтов слишком своевольно и настойчиво плывет против течения и ведет себя как враждебно настроенный иностранец в своем отечестве, которому он всем обязан. Упрек в отсутствии у него истинной любви к своей Родине и побудил его написать глубоко прочувствованное стихотворение «Родина»...
Фр. Боденштадт 2. С. 301
