они сами виноваты, не он.
— Прячешься?
Алиса вздрогнула. Уйдя в свои мысли, она не заметила, как открылась дверь в гостиную и на террасе появился Леон.
— Можно и так сказать, — она улыбнулась и пошутила: — Я там немного прокурору нагрубила, теперь боюсь выходить.
Леон улыбнулся в ответ, подошел ближе.
— Влад мне рассказал.
— Это ничего?
Он пожал плечами.
— Кто‑то давно должен был это сделать. Мне не позволяли гендерные предрассудки, негоже мужчине грубить женщине, Софи чересчур хорошо воспитана.
— Хорошо быть интернатовской, — хмыкнула Алиса. — Никто не ждет от тебя манер благородной девицы, можно грубить направо и налево.
Леон снова улыбнулся, ничего не ответил. Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга, а потом он сказал:
— Я рад, что ты осталась.
— Ничего не изменилось, — честно ответила Алиса, не став посвящать его во все свои размышления.
Леон поднял руку, поправил плед, съехавший с ее плеча. А Алиса вдруг поняла, что они стоят слишком близко друг к другу. Так близко, что даже в полутьме террасы она может разглядеть отблески пламени в его черных глазах, чувствует его дыхание на своем лице. Отступать не стала. Она была права, говоря, что не благородная девица, краснеть и падать в обморок от близости мужчины не будет. Если он захочет ее поцеловать, пощечину не даст.
С чего ему целовать тебя? Ты кем себя возомнила?
Алиса скользнула взглядом по его лицу, остановилась на губах. Он заметил. Наклонился чуть ближе, замерев в миллиметре от ее губ. Проверял? Давал шанс отступить? Алиса не собиралась.
Целовался он хорошо. Страстно и нежно одновременно. Не давил, но и не позволял ей перехватывать инициативу. То чуть прикусывал ее губу, то бережно проводил по ней языком, вызывая такой невероятный вихрь ощущений, что Алиса не могла ни о чем думать.
Она разжала пальцы, которыми сжимала плед, чтобы обнять его, но Леон не дал тому упасть на пол. Удержал сам, укутал в него Алису, не прерывая поцелуй, контролируя происходящее даже сейчас.
Отстранились друг от друга они только тогда, когда стихла музыка в гостиной и голоса гостей стали слышнее. И даже после этого Леон не выпустил ее из объятий, напротив, прижал к себе сильнее, согревая не только пледом, но и руками.
— Нас могут увидеть, — заметила Алиса, меньше всего на свете желая сейчас отходить от него.
— И что? — невнятно пробормотал Леон. — Ты не хочешь, чтобы кто‑то знал?
— Я думала, ты не захочешь.
— Почему?
— Ну… — Алиса запнулась, подбирая слова, но так и не смогла. — Кто ты, а кто я.
— И кто же я? — В его голосе не было ни капли усмешки. — Для одних — колдун, для других — шарлатан. Что из этого, на твой взгляд, звучит достойнее, чем честная девушка, пытающаяся заработать денег для своей семьи?
Алиса не ответила. Если так подумать, то он прав. Ей не в чем себя упрекнуть. И она никогда не позволяла никому считать себя выше нее. А тут вдруг почему‑то сама начала.
Она простояла бы так целую ночь, согреваясь в его объятиях, но Леон вскоре отступил, с сожалением констатировав:
— Надо возвращаться, кажется, пора резать торт.
Алиса сложила плед, оставила его на стуле, и они вместе вернулись в гостиную. Это не осталось незамеченным. На них смотрели и Раф с Софией, как раз болтавшие неподалеку, и Влад, и даже оскорбленная прокурорша. Однако никто ничего не сказал. Да и вообще, мало ли что они делали на террасе! Может, какие‑то важные дела обсуждали. В конце концов, Алиса его помощница.
Леона тут же куда‑то увели, а к Алисе подошел Влад.
— Я тебя искал, — шепотом сказал он. — Пойдем, кое‑что покажу.
Заинтригованная, Алиса пошла следом без лишних вопросов. Влад привел ее в библиотеку. Не ту, где они с Леоном провели последние дни, а общую, с камином, где Алиса читала книги по вечерам. Не говоря ни слова, Влад подошел к одному из стеллажей, вытащил тяжелую книгу с верхней полки, а затем достал что‑то, что лежало за ней. Алиса подошла ближе, взглянула на его раскрытую ладонь.
На ладони лежала длинная золотая цепочка с маленьким кулоном в форме капельки. Крохотный бриллиант переливался радужными цветами, давая понять, что настоящий.
Алиса шумно выдохнула.
— Кулон Мирославы? — тихо спросил Влад.
— Где ты его нашел?
— Там, — Влад указал на стеллаж. — Лежал за книгой. Я другую доставал, хотел кое‑что посмотреть. А он цепочкой за корешок зацепился, я и вытащил.
Алиса взяла кулон, поднесла к глазам. Это совершенно точно было вещицей Мирославы. Вот даже маленькая царапинка с обратной стороны. Она всегда тут была, кулон достался Мирославе уже с ней.
— Кто мог его туда положить? — шепотом спросила Алиса.
Влад пожал плечами.
— Кто угодно из домашних. Библиотека открыта для всех. Я даже охранника тут видел за книгой как‑то, что уж говорить об остальных. Похоже, кулон прятали в спешке, а потом то ли забыли, то ли не посчитали нужным перепрятывать.
Алиса огляделась по сторонам, нашла глазами небольшой пуфик. Подтянула к стеллажу, встала на него, чтобы иметь возможность не только дотянуться до верхней полки, но и видеть, что на ней лежит. Вытащила еще несколько книг и нашла искомое: в обычном целлофановом пакетике лежали простенькие сережки и деньги. Пересчитывать не стала, и так знала, сколько там: все, заработанное ею, и то, что Мирослава откладывала на отпуск.
Какого хрена?!
— Твою мать, — выдохнул Влад, хотя редко позволял себе крепкие выражения.
— Мою квартиру не ограбили, — все еще шепотом заключила Алиса. — Точнее, целью было не ограбление как таковое.
— Хотели напугать? — предположил Влад. — Или… Заставить помочь Леону? Это ведь очень вовремя произошло, да? Ты осталась без денег, а тут Антон со своим предложением. Он ведь сразу озвучил, что ты получишь хорошую сумму, причем быстро.
Алиса кивнула. Она думала о том же.
— Значит, Антон?
Влад задумчиво покачал головой.
— Антон очень заинтересован в том, чтобы с Леоном ничего не случилось. Мы все, конечно, тоже. Во‑первых, где еще найдешь такую работу, а во‑вторых, Леон нам дорог. Я его знаю всю жизнь, да и другие тоже относятся к нему не как к простому работодателю, я уверен. Но Антон все же переживает больше остальных. Не потому, что он личный врач Леона, а потому, что у него тут хорошо нагретое место. Леон ему не просто платит. Он дает ему защиту, а уж чем там Антон занимается в своей клинике, кого лечит, остается только догадываться. Но я не думаю, что вашу квартиру ограбил лично Антон. Для него это
