Вдохнув теплый воздух рядом с горячим горном, Элим посмотрел на подготовленные материалы. Тут были практически все виды материалов которые только можно достать из подземелья: металлические слитки, кости, магические ядра и элементные кристаллы, даже растения. Всю эту гору Элим планировал превратить в артефакты: оружие, доспехи, бижутерию, которая сможет помочь ему и его людям в дальнейшем покорении подземелья.
Кровавик был металлом, подходящим для стихии огня и связанных с нею навыков. Не основная его стихия, но все же близкая ему, поэтому хорошо подойдет для его оружия, особенно когда ему удастся вновь соединить пламя и тьму, создав всепоглощающее пламя. Именно оно принесло ему славу когда-то очень давно. Пламя - это стихия, способная разрушить всё, поглотить, уничтожить; а тьма - это стихия, способная всё поглотить, вместе они создают невероятный по силе тандем. Элим многих с помощью него убил. Стоит этому пламени зацепиться за противника, как оно его уже не отпустит, используя его самого как топливо для себя, разгораясь ещё сильнее и так пока враг не умрет.
Стоя над металлическими слитками кроваво-красного цвета, Элим раздумывал оружие какой формы ему необходимо сделать. На первых этажах, где у противников не было ни нормального оружия, ни брони, мощные рубящие удары были идеальным решением. Дальше будет сложнее и ему нужно более совершенное оружие. С большей вариативностью использования, способное эффективно наносить не только рубящие удары, но и колющие, для пробития доспехов.
Подумав пару минут, он определился с формой своего нового оружия и принялся за работу. Нагрев металл до необходимой температуры, Элим начал придавать ему нужную форму. Его выбор пал на алебарду - оружие, сочетающее в себе элементы топора, копья и молота. Изготовить такое оружие достаточно трудно, но для человека, сумевшего запихнуть душу в оружие, это не составит особого труда. В процессе изготовления, Элим использовал масло из нескольких растений с огненными свойствами, для увеличения огненных свойств металла. Древко также было металлическим, только не гладким, а шероховатым, чтобы оружие не скользило в руках. Огранив огненные кристаллы, Элим добавил их в боевое навершие и с противоположного конца древка.
Дальше было самое сложное - использовать магические ядра, чтобы сделать этот кусок металла с кристаллами, помогающими преобразовывать ману в энергию огня, артефактом, способным создать заклинание. Первые артефакторы, не обладающие особенностью дающим способность создавать артефакты, появились лишь спустя несколько лет после появления магии. Это требовало отличных навыков управления маной и понимания сущности, людей, умеющих и то и другое среди ремесленников было мало.
Закрепить навык за предметом или придать ему особые свойства значило сделать его артефактом. Они были разных типов и рангов. С нынешними материалами Элим вряд ли сумел сделать нечто экстраординарное, но они будут на порядок выше первых артефактов, сделанных людьми на прошлом графике, по крайне мере, он точно будет уверен в их свойствах. Первые артефакты, по сути, были лотерейными билетами, так как люди не знали точного механизма их создания.
Первым делом Элим нанес на оружие гравировку, из тех самых знаков, являющихся ядром его Системы. Это как бы каркас, пока нерабочий, так как в нем нету связующего звена между обладателем артефакта и самим артефактом. Их существует великое множество, тот, что создавал Элим, должен использовать заклинание при посыле в него небольшого количество маны, активирующего заложенный внутри навык. Пока в оружии содержится достаточно маны, навык будет работать сам, когда она закончится, то будет использовать ману пользователя. Второй вариант создан на случай, если мана внутри артефакта иссякнет, но требуемый навык будет нужен. Способ не очень эффективный, зато в нужный момент навык может быть активирован в независимости от ситуации.
Создав каркас, Элим собирался его заполнить и для этого ему фактически нужно “запихнуть” ядро внутрь предмета, точнее не само ядро, а заключенную в него суть, позволяющую собирать ману внутри объекта. Даже для него это требовало предельной концентрации.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Усевшись прямо на грязный пол кузницы, держа в одной руке алебарду, а в другой ядро монстра с четвертого этажа, Собиратель Душ закрыл глаза. Сделав пару глубоких вдохов, чтобы настроиться, Элим приступил к делу: от его правой руки с ядром до левой руки с алебардой потянулись символы через всю спину и торс. Вокруг ядра начал появляться голубой туман, который тут же поглощался ладонью парня, а мгновением позже появлялся в другой ладони и впитывался уже алебардой. Ядро с каждой минутой становилось все тусклее, а свет, от начавших сиять символов, становился всё ярче. Через пару минут совсем потускневшее ядро треснуло, а мгновением позже обратилось в пыль. Элим спокойно взял следующее и повторил то же самое ещё три раза, посчитав это достаточным.
Символы на алебарде перестали сиять, но если присмотреться, можно было увидеть едва уловимое свечение, исходящее от символов.
Оглядев свою работу, Элим остался доволен. Осталось сделать только одну вещь.
Вселить в это оружие душу.
Глава 123
Переместить душу в оружие было в сотни раз сложнее, чем заложить в него заклинание. Душа – это не та вещь, с которой можно играться как тебе угодно, разрывая на части, а потом собирая обратно.
Нет, даже малейшее повреждение души чревато самыми серьёзными последствиям, вплоть до смертельного исхода.
Именно по этой причине процесс переноса души в оружие был практически невыполним. Он уже не помнил, сколько точно душ погибло в его экспериментах по попытке внедрения души в предмет, но число точно было минимум восьмизначным.
Элим потратил десятилетия на эту работу и, в конце концов, ему удалось изобрести метод, позволяющий перенести одну из поглощенных душ внутрь предмета. Все души, которые он собрал хранятся в отдельном, маленьком мирке, внутри него самого, Элим до сих пор не придумал ему нормальное название, но научился воссоздавать уменьшенные версии этого необычного пространства внутри предметов. Только в отличие от его собственного, духовные миры внутри предметов не столь динамичны и поместив туда душу, она не сможет выбраться без посторонней помощи, а в данном случае такую помощь во всем мире мог предоставить лишь Собиратель Душ.
Создав пространство для души, при непосредственном физическом контакте можно переместить туда одну из находящихся внутри его тела душ. Этот процесс не менее деликатный, чем создание духовного пространства, ведь при перемещении души нельзя позволить отколоться даже малейшему её кусочку. Созданная Элимом Система очень помогла ему в этом, впрочем, как и во всем остальном.
Элим уже определился с тем, кого поместит внутрь этого оружия. Для этой алебарды нет ничего более подходящего, чем существо с наклонностями к огненным способностям. Среди всех его душ, самым любимым среди таких был Редли – огненная саламандра, одна из самых первых полученных им душ. Одна из тех немногих, которой он уделял особое внимание: позволял просто так выходить наружу, сидеть у него на голове и, что куда важнее, “откармливал” её. Когда он был ещё юным Собирателем Душ и плохо контролировал свои способности, выяснил одну очень интересную деталь. Души внутри него могли становиться сильнее, поглощая другие души. Тогда он ещё плохо контролировал духовное пространство внутри, и души там могли ввязываться в бои между собой. Сейчас Элим им такого не позволял, но не пользоваться этой особенностью было бы глупо. Таким образом самые доверенные души постоянно будут с ним и их преданность с каждым днем будет всё выше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Редли был одним из таких его близких подчиненных среди душ, а может быть даже самым близким, поэтому долго выбирать не пришлось.
- Готов? – спросил Элим у саламандры.
