= Хего Дамаск.
Ученик Дарт Сидиус = Кос Палпатин.
Глава 33
Тёрки по джедайски
Слушаю: Ольга Рождественская — Песня Красной шапочки.
В глубинах Храма. Мейс Винду
Заставив себя на некоторое время отстраниться от высветившихся имен и подавив легкое внутреннее разочарование от последовавшего за активацией голопроектора молчания падавана, сообщившего им предполагаемые личины Ситов и явно не собиравшегося пока что-то пояснять и откровенно ждавшего их реакции, Винду воззвал к Силе и уставился на юношу.
Тщательно успокаивая дрожание нитей своей Силы он легчайшими и точными движениями в ней коснулся юноши, стараясь не обеспокоить падавана.
Тот поднял взгляд на Мейса и тихо спросил:
— Я ощущаю, что Вы что-то делаете в Силе по отношению ко мне. Верю, что ничего плохого… это Ваша знаменитая техника «Уязвимой точки»?
Винду дёрнул щекой, стараясь не терять концентрацию, сбитую необычайно точным и странно-осведомлённым предположением юноши и продолжил аккуратно вглядываться в частично скрытую за ментальным шитом ауру того.
— Поднять завесу свою не желаешь, падаван? Понимать по возрасту должен, что сказанное вызывает внимание к тебе дополнительное. — внёс лепту в деликатное интеллектуально-Силовое воздействие на источник множества потрясающих сведений сам Гранд-Магистр.
Ученик Риду хмыкнул и неожиданно согласился:
— Ну да, на Вашем месте… не факт, что был бы столь терпелив. Полгода моих метаний вынесли, волю особо не ограничивали, ждали, доступ в Архивы дали…
— Значит, обоюдно устраивают нас места, собой занимаемые, так? Верно это? — уточнил Йода.
— Выходит, что так — ответил падаван. И тут же застолбил за собой право и дальше также вести себя. — хочется, чтобы не менялся порядок сложившийся.
— Больше возможностей, больше ответственности — поспешил на всякий случай слегка ограничить разогнавшегося ученика Мейс.
Тот лишь кивнул, признавая (хотя бы на словах) правоту коруна.
И открылся в Силе. Полностью.
* * *
Слегка сощурившись от пробивавшегося в реальность из Силы свечения ауры возможного Избранного, Магистр Винду стал изучать переплетения нитей Силы «в» и «вокруг» юноши.
Мощнейшее сияние Светлой стороны было очерчено чёрной кромкой. Результат соприкосновения и неоднократного использования мощи Тьмы. В черноте пробегали багровые, но тусклые проблески почти задавленного волей Одарённого желания мести. К удивлению Винду, он не нашёл именно это чувство опасным и преобладающим. Возможно, Свет в юноше был слишком ярок, чтобы проблески превратились во всепожирающее пламя падения во Тьму. Ещё несколько тёмных нитей, похожих на тоску по чему-то, сворачивались в глубине светлой ауры в клубок. Они переплетались с серыми, указывавшими на какой-то план, которому следовал одарённый. Вот оно! Он тоскует по чему-то и готов на многое ради этого.
Оторвавшись от разглядывания ауры Анд-Рея, Мейс перевёл взгляд на Гранд-Мастера, с невозмутимым видом разглядывавшего наставницу падавана и, похоже, отдававшего ему нить беседы.
Значит, Учитель учителей ждёт вынесения им своего мнения.
Ученик шевельнулся и бросил на Винду вопрошающий взгляд, сопроводив его неуверенной просьбой:
— Мне будет… позволено узнать, что Вы, Магистр Винду, увидели во мне?
Поняв, что Йода однозначно оставил ведение диалога ему, Винду вынес на всеобщее рассмотрение вердикт-вопрос:
— Ты чего то сильно жаждешь, вплоть до готовности лгать, изворачиваться и идти напролом, преследуя какую-то неизвестную мне цель. Тоска… она сильна в тебе. Я вижу конфликт в тебе. Твои желания, твои привязанности к кому-то или чему-то — твоя слабость, твоя точка уязвимости.
— Наверное, так. — моментом отозвался Анд-Рей. На взгляд Винду, слишком быстро и формально.
Тут падаван откровенно не сдержался и выдал яростное отрицание-вопрос:
— С другой стороны, какая тут уязвимость? Чего жалеть о том, что ушло без возврата!? Да, хочу на Землю, хочу увидеть мать и отца! Только их 25 тысяч лет уж как нет в живых… так что слова о опасности привязанности явно опоздали, многоуважаемый Магистр Винду! Они давно в Силе. Моя память об них… только память. — Он вздохнул. — Никогда. Никак…
— Привязанности твои, юноша, останутся с тобой. Сожаление о несбывшемся может в равнодушие к окружающим вырасти. И в переломный момент подтолкнуть тебя на неверный путь.
Падаван встряхнул головой и, видимо, решившись, неожиданно сменил тему беседы, не став спорить, несмотря на явно имевшиеся у него возражения и личные соображения и попробовал подвести черту в очевидно не самой приятной ему теме.
— Благодарю Вас за то, что поделились Вашими выводами о моей… изнанке.
Тут своё слово решила вставить наставница падавана. Очевидно, имевшая какие-то свои соображения о падаване и также решившая вернуться к сегодняшним заботам.
— Андрей, ты знаешь, я кое о чём догадываюсь, в отношении твоих знаний, но… хотелось бы, чтобы ты хоть как-то сам пояснил то, что сообщал нам ранее и, особенно то, что сегодня.
Её ученик как-то странно скривился и с сомнением протянул:
— Дело ведь в доказательствах громких заявлений? У меня, как Вы понимаете, нет мидихлориановых анализов… вышеназванных личностей, доказывающих, что они могущественные Одарённые. Конечно, бремя доказательства лежит на постулирующем что-то. Да, это так. Но проблема в том, что у Ордена намного больше возможностей проверить то, что я Вам приволок. Не одним способом, так десятком других. Соблюдая максимальную предосторожность.
Мейс Винду слегка поморщился от оборотов в речи явно не особо робеющего перед их авторитетом падавана.
На помощь своему ученику вновь поспешила очевидно поддерживающая (странно, если бы было иначе!) его наставница.
— Андрей, ты просто изложи нам… источники того, на основании чего выстроено твоё недавно прозвучавшее… утверждение. Напомнить тебе пословицу из твоей родной речи, переведённую на Основной? Сказав — Аурек, говори — Беш. Из тебя за время нашего знакомства выпало немало обмолвок. У меня хорошая коллекция их собрана — о «сказочном герое Йоде», твой рассказ о следопыте Ордена Равновесия Ланори Брок, о «другом Избранном», о джедаях и их световых мечах в Ваших книгах, об… «твари из Мау»… о переводе «Пути Джедая», существовавшем у вас, на Земле тогда, когда оригинал не был создан, о… устройстве Мортиса и несколько прочих твоих словах.
Мейс Винду вник в сказанное и не смог удержаться, чтобы не вмешаться:
— Рыцарь Риду Тирс, Вы сказали — перевод был раньше оригинала? Я правильно понял Вас?
— Да, абсолютно так, исходя из слов моего падавана.
Твилечка перевела взгляд с магистра на падавана и постаралась, судя по её улыбке, одобряя и поддерживая, направить того в правильном направлении:
— Давай уж, Андрей. Время настало. Я верю тебе. Магистры предельно внимательно и доброжелательно отнесутся к сказанному тобой. Ты… веришь мне?
Падаван, снова спрятавшийся за ментальным щитом, продемонстрировал свои чувства иначе — очевидно погрустнев, как-то видимо сжавшись, кое-как выдавив кивком согласие
