Растим подхватил Риана с другой стороны и испуганно спросил:
— Что нужно делать?
— Вскарабкаться на помост, — ответила Маскелль, осторожно ставя ногу на деревянный пол. — Только не задень Колесо!
— Я могу все сделать, — жизнерадостно сказала девушка.
— Я знаю, что ты можешь, но только не сейчас. — С помощью Растима и девушки Маскелль втащила Риана на помост и тяжело села, обхватив его. Растим скорчился с одного бока от них, девушка — с другого. Всем едва хватило места. — Следите, чтобы пальцы не высовывались, — выдохнула Маскелль.
Она чувствовала приближение чего-то необъятного: словно огромное сердце должно было вот-вот начать биться. Растим начал что-то говорить, но тут время остановилось, и бездну мироздания наполнила тишина. Потом безмолвие отхлынуло, и Растим выговорил:
— Когда же…
Сначала на них обрушились запахи: курений, теплой влажной земли. Потом долетел далекий рев толпы, а помещение, в котором они находились, неожиданно уменьшилось в размерах: Колесо от стен теперь отделяло всего несколько футов. Маскелль обнаружила, что смотрит на необыкновенно искусную резьбу: она изображала охотничью сцену, охотники на слонах преследовали между деревьями свирепого тигра. Маскелль и остальные находились в покоях канцлера Мирака в Небесном Чертоге.
— …начнется? — договорил Растим.
ГЛАВА 18
Риан никогда бы не подумал, что жаркий влажный воздух Дувалпура покажется ему таким живительным; теперь же он наслаждался им, как прохладным свежим ветерком.
Они расположились на постоялом дворе на окраине столицы, за городской стеной и окружающим город каналом. Риан сидел на полене около холодного очага, а Растим расстилал рядом циновку. Постоялый двор был почти пуст: остановившиеся здесь торговцы все отправились в город на празднество. Риану с Растимом была хорошо видна городская стена, увитая виноградом, листья которого закат окрасил в золото и багрянец, и высокие купола храмов, плывущие в вечернем тумане. Фургоны ариаденцев стояли под высокими пальмами, а актеры спали, приходя в. себя после неприятностей и преждевременного отъезда из города.
Никто ничего не знал о случившейся перемене, кроме тех, кто был в Марай и пережил ее. Когда Маскелль расспросила гвардейцев и слуг в Небесном Чертоге, стало ясно, что два дня, проведенные оказавшимися в храме в странном городе, для остальных пролетели как единый миг. К счастью, во дворце не оказалось никого из придворных достаточно высокого ранга, чтобы потребовать от Голоса Карающего объяснений того, что она делает в личных покоях канцлера Мирака.
Маскелль приказала подать лодку к дворцовой пристани, так что они смогли вернуться в Марай. Добравшись туда, Маскелль распорядилась, чтобы ариаденцы отправлялись в дом для гостей, собирали пожитки, а потом всей труппой выбирались за пределы города. Все это произошло еще утром, и с тех пор Риан ее не видел.
Актеры — и те, кто был в Марай, и те, кто оставался за пределами храма, — были растеряны, но у Растима с Рианом не было времени для объяснений; Риан и сам не вполне понимал, что же все-таки произошло. Оказалось нелегко представить себе, как могло случиться, что всего несколько часов назад они были заточены в чужом городе и на кону стояла судьба целых миров, а теперь они сидят на постоялом дворе и ждут возвращения Маскелль.
Растим, который, должно быть, думал о том же, сказал:
— Трудно поверить, что все это не приснилось.
— Ну, некоторые доказательства у нас все же имеются, — лукаво ответил Риан.
Они оба посмотрели на девушку.
«Нужно придумать ей имя», — подумал Риан. Девушка бродила под деревьями, разглядывая цветы и папоротники, птиц и насекомых. Когда сумерки стали сгущаться, она вернулась туда, где сидели Риан с Растимом. Риан сначала решил, что девушка любуется лодками и баржами, плывущими по каналу, но она испуганно прижалась к нему.
— Что случилось? — спросил он. Девушка показала на расцвеченное яркими красками заката небо.
— Все так и должно происходить?
Риан посмотрел на Растима, но актер только недоуменно пожал плечами.
— Что должно происходить?
Девушка снова показала на небо:
— Вот это. Чтобы свет угасал.
Риан понял, что она имеет в виду, и улыбнулся.
— Наступает ночь. Так и должно быть. — Карающий дал своей дочери многие знания, которые, как ему казалось, помогут ей выжить, но, по-видимому, забыл упомянуть о некоторых важных фактах.
— А-а… Ну, тогда все в порядке. — Девушка приободрилась и уселась рядом с Рианом, прислонившись к его колену.
Растим неожиданно вскочил на ноги.
— Вон она!
Риан поднял глаза и увидел, что по каналу приближается барка Посланника Небес; белые полотнища навеса колебал легкий ветерок.
— Кто это? — взволнованно спросила девушка.
— Посланник Небес, — ответил Риан, поднимаясь на ноги. Теперь он уже видел, что рядом со стариком сидит Маскелль, и почувствовал облегчение.
— Неприятности? — тревожно спросил Растим.
— Не думаю. — В барке не было больше никого, кроме молодых лодочников с шестами. Посланник Небес даже не взял с собой своего обычного помощника. Подождите здесь.
Риан спустился по склону к пристани у постоялого двора как раз в тот момент, когда барка причалила. Растим выполнил распоряжение «подождите здесь», но девушка последовала за Рианом и теперь радостно прыгала на берегу. Риан, подняв брови, посмотрел на нее, и девушка объяснила:
— Отец сказал, что я должна оставаться с тобой, когда Маскелль нет рядом.
— Ах вот как! — Риан шумно выдохнул воздух. Похоже, Карающий предусмотрел любое развитие событий.
Один из лодочников выпрыгнул на берег, чтобы привязать барку; Риан помог Маскелль вынести на пристань Посланника Небес.
— О, до чего же хорошо, — сказал старый жрец, вдыхая свежий воздух, снова быть живым!
Когда Риан в последний раз видел Посланника Небес, тот был мертв. Поверить в то, что все они выжили, оказалось и впрямь нелегко.
— Это она и есть? — спросил Посланник Небес, глядя на девушку.
— Именно, — ответила Маскелль. Посланник Небес оперся на руку девушки и позволил ей отвести себя на постоялый двор.
Риан задержал Маскелль на пристани и спросил:
— Что ты им сказала?
Маскелль вздохнула и откинула косички за спину.
— Что Карающий был изувечен перемещением миров, ему нужно время, чтобы залечить раны, и до того времени его Голоса не будет.
— Они поверили?
Маскелль еле заметно пожала плечами и грустно улыбнулась.
— У них не было выбора. К тому же большая часть того, что я рассказала, — правда. Когда Голоса использовали Колесо для того, — медленно продолжала она, — чтобы закрыть Аспианский пролив и заставить Саккару исчезнуть, они ранили Карающего. Все остальные Предки — духи, которые когда-то жили на земле как люди, но Карающий был всем миром — так же, как миром является Колесо. Часть его ушла вместе с городами Саккары. Карающему пришлось долго ждать, прежде чем он смог переродиться, и он устал и сделался слегка безумен. Он послал мне ложное видение и велел уничтожить Райфа, чтобы меня отправили в изгнание. Тогда все события, которые Карающий видел в будущем, заняли бы свое место.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
