Читаем без скачивания Наследники. Покорители Стихий - KateRon

— …настаивает на немедленном опровержении репортажа, сделанного нашим специальным корреспондентом мистером Криви десять минут назад. Радиостанция Колдо-Ньюс уважает Министерство магии, но не является его официальным рупором, коим в последнее время с рвением, достойным лучшего применения, выступает "Ежедневный Пророк", поэтому мы оставляем за собой право иметь собственную точку зрения на происходящее. И никакого опровержения репортажу, сделанному очевидцем непосредственно с места событий, не последует. Однако, первая заповедь журналиста — объективность, поэтому Колдо-Ньюс предоставляет эфирное время Третьему Помощнику Министра магии мистеру Персивалю Уизли. Его выступление пройдёт без купюр и комментариев. Итак, слово Помощнику Министра…

Гарри, Рон и Гермиона обменялись насторожёнными взглядами — что же собирается сказать Перси, известный преданностью лично Министру магии? Как поведёт себя Помощник Министра после поступка самого Корнелиуса Фаджа, признавшего неверность собственной позиции и урон, нанесённый ею магическому сообществу… Сквозь потрескивание отчётливо пробился решительный голос, говоривший уверено и гладко с аккуратно дозированным возмущением:

— В такой сложный момент, который мы переживаем в настоящее время, необходимо сплочение и единство взглядов, необходимо единение всех волшебников перед лицом сил Зла, пытающихся нас поработить. И особенно возмутительно выглядят инсинуации и провокации, разыгрываемые отдельными личностями, чьё стремление к власти затмевает здравый смысл и заботу о ближних, и отдельными средствами информации, поддерживающими этих опасных личностей. Я говорю о дирекции школы Хогвартс и о магической радиостанции Колдо-Ньюс. Сообщение о появлении дементоров в колдовской деревне Хогсмид иначе, как наглым враньём, и назвать невозможно, а заявление о действиях Пожирателей смерти является грязной клеветой на эту уважаемую общественную организацию! Отдел Добровольных Обществ нашего Министерства некоторое время назад зарегистрировал общество Пожирателей Смерти — элитный клуб, собрание уважаемых людей, имеющих вес в магическом сообществе. Они не имеют ничего общего с давней грязной историей Тёмного Лорда, они ставят своей целью борьбу с возвращающимся злом, борьбу с Сами-Знаете-Кем. Эти благородные, достойные члены общества, во главе которых стоит уважаемый представитель древнего рода истинных колдунов — Люций Малфой, считают своей главной задачей воспитание подрастающего поколения в духе патриотизма и почитания наших древних магических традиций. Они тратят огромные средства и вкладывают душу, чтобы отвратить молодое поколение от грозящих им искушений и соблазнов, увлечь молодых людей спортом и тренировкой колдовских способностей, преподать им основы истинных магических знаний и освящённых временем традиций. И я спрашиваю вас: так кому выгодно дискредитировать организацию, способную открыть нам новые горизонты и привести нас в истинно цивилизованное общество?! Кому выгодно сочинять страшные сказки про Пожирателей Смерти, нападающих на детей?! Кому выгодно разыгрывать грязные спектакли, в которых всё срежессировано от начала и до конца?! Всё это может быть на руку только грязным маггловским наймитам, жаждущим захватить власть в магическом сообществе, сделать его открытым маггловскому вторжению и порабощению и, в конечном счёте, уничтожить всех волшебников, кроме тех, кто готов пойти в услужение к магглам. Дорогие мои сограждане, я призываю вас не верить Дамблдору и его шайке, а так же продажным информационным агентствам, вроде Колдо-Ньюс! Слушайте голос своего разума и здравого смысла, и тогда все беды нам удастся преодолеть вместе, очистив наш мир от предателей и от скверны!

Магическое радио умолкло, захлебнувшись то ли помехами, то ли чудовищной ложью говорившего.

— Вот это да! — громко на весь зал выговорил кто-то, издевательски присвистнув. — Вот это лихо!

— Ай да Перси… — с перекошенным лицом выплюнул Рон, — ай да умник!

— Как же такое возможно? — Гарри не мог до конца осознать, просто не мог понять, как человек, знающий одно, может с искренним воодушевлением говорить совсем иное. — Да как у него только язык поворачивается?! Ведь он-то знает Дамблдора, знает своих родителей…

— Не забывай, как раз своих родителей Персиваль Уизли знать не желает, — вынимая у Гарри из пальцев завязанную в несколько узлов салфетку, жёстко напомнила Гермиона, — и призывает всех держаться подальше от Дамблдора.

— Значит, он верит тому, что говорит?! — у Гарри всё никак в голове не укладывалось, что можно так складно извращать факты.

— Совсем не обязательно, — пожала плечами Гермиона, невесело усмехнувшись, — ты мало смотрел маггловский телевизор — там таких специалистов пруд пруди. Они не верят тому, что говорят, они верят только в то, за что им платят.

— Эй, Поттер, слышал теперь, кто истинный борец со злом? — донёсся насмешливый голос Малфоя, сияющего в окружении своих телохранителей, как новенький галеон в запачканной пятерне. — И только попробуй оболгать кого-то из благородных Пожирателей, тебя привлекут к ответственности за клевету! — Гарри в молчаливом бешенстве рванулся к Малфою, Рон ухватил его поперёк груди. И тут взволнованный и потрясённый гул Большого Зала заглушили раскаты такого знакомого голоса, вещавшего неторопливо и спокойно:

— Друзья мои, не толпитесь в дверях, расходитесь по своим гостиным. Паника и возмущение не помогут оценить события в их истинном свете. Я верю вам, знаю вас — вы сможете понять и разобраться. Пусть каждый сделает выводы и примет решение — главное, чтобы выводы и решения оказались именно своими, а не подсказанным чьими-то голосами. Как бы мы не расходились во взглядах, это не должно нам помешать дружно жить под одной крышей, учиться, расти и заботиться о близких — ведь это и есть самое важное на свете, — закончил свою краткую речь Директор, говоривший, видимо, из кабинета, поскольку за завтраком он так и не появился.

Люций Малфой, вольготно развалившись в глубоком кресле, пристально смотрел в огонь камина и слушал Магическую волну. В кабинете царил красноватый сумрак, обязанный мягкими полутонами неяркому зимнему утру за окном и живому пламени, мерцающему за каминной решёткой. Человек в кресле сидел абсолютно неподвижно, только пляшущие отблески огня расцвечивали его белёсые волосы и бледное лицо тёплыми розовато-золотистыми оттенками. Но за высоким чистым лбом без единой морщинки, безупречным, как у античной статуи, с бешеной скоростью неслись мысли: человек вслушивался, взвешивал, оценивал, продумывал возможные перспективы и последствия, прибрасывал схемы различных вариантов.

"…так-так… значит, Колдо-Ньюс симпатизирует Дамблдору… Стоит внедрить к ним своего человечка… или дешевле просто прикрыть? Надо будет поинтересоваться, когда истекает срок их лицензии на вещание… А уизливский умник неплох… Складно излагает… Далеко пойдёт… Кажется, это первое удачное вложение денег за последнее время…" — Люций вспомнил как на прошлой неделе наведывался к Третьему Помощнику Министра Магии. Юный Персиваль встретил потомка древнего рода Малфоев с таким высокомерием, словно являлся не одним из многочисленных отпрысков нищего семейства Уизли, а чуть ли ни правнуком самого Мерлина. Беседа оказалась краткой, Помощник Министра то и дело напоминал о том, что всё его время принадлежит обществу и на беседы ему трудно выкраивать даже пару свободных минут. А когда Люций протянул пухлый конверт — оплату за краткое интервью и за резолюцию, предписывающую зарегистрировать Пожирателей Смерти в качестве общественной организации, — мистер Персиваль Уизли вцепился в него крепкими веснушчатыми пальцами с идеально ухоженными ногтями и, склонив голову набок, сообщил, что соглашается принять данное пожертвование на нужды Министерства исключительно из уважения к древнему роду Малфоев да благодаря своему деятельному характеру, который не позволяет равнодушно взирать на бедственное финансовое положение Министерства магии.

"…да, этот точно далеко пойдёт! Надо его прикормить получше, привязать покрепче… Когда брать от меня деньги войдёт в привычку, замажу его в какой-нибудь аморалке — взятки, разврат — что-нибудь банальное… Не сомневаюсь, этот Уизли верно сориентируется и сделает правильные выводы… Зато работать с ним не в пример легче, чем с придурком Петтигрю — можно будет и впоследствии делать неплохие дела…" — мысли Малфоя с брезгливых воспоминаний о Питере перепрыгнули к Френсису Паркинсону и его миссии в Хогсмиде, а потом метнулись к главному предмету сегодняшнего дня, источнику небывалого волнения и напряжённого ожидания — осуществится ли задуманное, станет ли это тёмное декабрьское утро последним для ненавистного магглолюбца и старого маразматика, дудящего деткам в уши глупые сказочки. Люций вскочил на ноги, словно подброшенный невидимой пружиной. Он заставлял себя не думать об этом всю долгую бессонную ночь, но к утру его силы уже истощились… Он почти никогда не волновался — даже на первом свидании, даже на выпускных экзаменах. Только общение с лордом Волдемортом могло ненадолго вывести Малфоя-старшего из равновесия, но сейчас его била лихорадочная дрожь — всё рассчитано и продумано, всё должно получиться… Скорее бы, скорей!