class="p1">Когда он начал протирать мою шею влажной тряпкой, я сжалась. Его прикосновения были шершавыми, но не грубыми.
— Сиди смирно, — тихо сказал он, будто успокаивая.
Я попыталась не замечать, как он протирал моё тело, от плеч до спины, от рук до ног. Когда он дотронулся до оголённой кожи, я почувствовала, как моё тело предательски напрягается.
— Расслабься, — бросил он. Закончив меня чистить, он достал мазь и начал растирать мою кожу.
Его руки уверенно втирали лекарство в мои уставшие мышцы. Каждое движение было одновременно мучительно болезненным и удивительно приятным. Я невольно заёрзала, пытаясь скрыть смущение.
— Ты слишком напряжена, — пробормотал он, продолжая.
— Я справляюсь, — ответила я, стараясь говорить твёрдо.
Когда он закончил, он укутал меня в одеяло и вышел, оставив меня в одиночестве. Я едва успела перевести дыхание, как он вернулся с миской еды.
— Ешь, — сказал он, приближая еду ближе к губам.
— Я могу сама, — попробовала я взять ложку, но мои ладони, намазанные мазью, не позволяли это сделать.
— Конечно, можешь, — усмехнулся он, но продолжил кормить меня сам. — Давай, открывай ротик. Я недовольно фыркнула, от чего в глазах Эдмунда заискрился огонек. — Хватит так выпячивать губы, теперь ты точно похожа на маленького ребенка. — Он хмыкнул, вытирая уголок моего рта и облизывая палец.
— Неправда! — попыталась я возразить, сильнее кутаясь в одеяло. Почему все что он делал, выглядело так горячо?
Каждая ложка, которую он подносил к моим губам, наполняла меня не только едой, но и ощущением полной беззащитности.
Когда я закончила, он убрал миску и сел рядом.
— Завтра будет легче, — сказал он, глядя в мои глаза и гладя меня по щеке. Хотелось потереться об неё, я улыбнулась вспомнив Рори
Я не была уверена, что все правда будет хорошо. Но в этот момент его голос, его прикосновения и тепло его взгляда делали путь впереди менее пугающим.
Глава 129
Но, сон никак не шёл. Каждая мышца моего тела, ноющая и словно налитая свинцом, только добавляла бессонных минут. Лагерь давно погрузился в тишину, лишь изредка слышались ржание лошадей и треск углей в костре.
Я обернулась, взглянув на Эдмунда. Его широкая спина, расслабленная на первый взгляд, дышала напряжением. Он лежал на боку, и, кажется, спал. Лицо выглядело хмурым.
Мой взгляд скользнул по его сильным плечам, которые скрывала простая льняная рубашка, свободно спадающая вниз. Его волосы, слегка растрёпанные после долгого пути, мягко отражали мерцающий свет факелов. Внутри что-то кольнуло — я хотела прикоснуться к нему, почувствовать его тепло.
Не сдержавшись, я осторожно протянула руку и коснулась его плеча, проводя пальцем вдоль всей руки. Моя ладонь тут же ощутила прохладную грубость кожи, когда я дошла до его пальцев.
Эдмунд нахмурился и резко отвернулся.
— Что?.. — прошептала я, растерянно глядя на его движение.
Мне стало не по себе. Его реакция была столь непривычной, будто моё прикосновение ему неприятно. Но ведь, он сам касался меня до сих пор!
Неужели я зашла слишком далеко? Мысль пронзила меня, как острый клинок. Я уговорила его взять меня с собой, настояла, что справлюсь. И теперь… Теперь я чувствовала себя чужой.
— Эдмунд… — тихо позвала я, надеясь на ответ.
— Розалия, прошу тебя, спи, — его голос прозвучал твёрдо, почти отрывисто.
Я нахмурилась. Обида и растерянность защипали внутри, словно раскалённые угли.
— Ты злишься на меня? — спросила я, аккуратно проведя пальцами по его голове, легонько играя с волосами.
Он напрягся всем телом, словно мои прикосновения были для него пыткой, и резко отпрянул, словно обжёгся.
— Розалия, хватит меня трогать, — его голос сорвался на глухой рык. — Ты можешь просто спать?!
— Но почему ты так реагируешь? — прошептала я, не в силах понять. — Я только хочу прикоснуться к тебе, это меня успокаивает.
Он тяжело вздохнул, почти болезненно.
— А меня это, дьяволы дери, ничерта не успокаивает!
Я отпрянула, ошеломлённая его тоном.
— Эдмунд…
— Ты даже не представляешь, — продолжил он, не давая мне вставить ни слова, — как я хочу тебя до смерти. Как мне хочется иметь тебя, пока ты не потеряешь сознание от удовольствия. Но в твоём состоянии, — он резко развернулся ко мне, и его глаза, полные огня, встретились с моими, — я тебя просто сломаю.
Слова, которые он произнёс, словно громом ударили в мои уши. Я почувствовала, как лицо заливает жар, кровь приливает к щекам. Я была пунцовой от смущения, не в силах даже взглянуть на него.
— Если ты не хочешь, чтобы я ушёл спать наружу, — его голос стал тише, но не менее напряжённым, — то перестань ко мне прикасаться.
Его взгляд смягчился, но страсть в нём по-прежнему горела, как пламя, от которого я не могла отвести глаз.
— Я уже с трудом контролирую себя эти ночи, — он провёл рукой по своим волосам, едва не вырывая их в порыве эмоций. — Не заставляй меня терять остатки контроля.
Я не могла ответить. Внутри бушевала буря: стыд, смущение, обида… и что-то ещё, что я боялась назвать. Я съёжилась, стараясь стать как можно меньше. Укуталась в одеяло, закрывшись с головой, чтобы не видеть его, не слышать.
Эдмунд тяжело выдохнул, отворачиваясь и отходя к противоположному углу палатки. Его напряжённая фигура почти слилась с тьмой.
Сердце бешено колотилось. Моё дыхание стало неровным, а в голове крутились его слова.
Я хочу иметь тебя до смерти…
Ночь окутала нас густым покрывалом. Тишина разрывалась только треском факелов за пределами палатки. Спустя какое-то время, в который раз поправляя одеяло, я, наконец, уснула, чувствуя на себе его взгляд, даже не глядя.
Глава 130
Собрав волосы в крепкую косу и умывшись, я вышла из палатки, чувствуя себя немного лучше, чем вчера. Сиджар, как всегда, был рядом, с готовностью протягивая мне кусок черного хлеба и немного сушеного мяса.
— Миледи, прошу прощения, что вам приходится есть такую еду. У нас ничего лучше нет, — он говорил это с таким видом, будто предлагал мне камни, а не вполне сносный завтрак.
Я энергично покачала головой в знак протеста.
— Сиджар, что ты! — воскликнула я. — Это еда мне подходит. Не волнуйся об этом.
Он мягко улыбнулся, а я принялась за свой завтрак, стараясь показать, что вполне довольна. Тем более, еда после двух дней в пути начинала казаться куда вкуснее, чем я могла себе представить.
Покончив с трапезой, я направилась к Дирату. Гладя его мягкую шерсть, я думала о том, какой путь ещё предстоит. Остальные уже начали собираться: воины чистили оружие, проверяли снаряжение
