— Пока она не контролирует себя — она опасна! — прорычал Райвен. — Утром Квартли перевернет весь Тарто, чтобы разыскать ее. Никто не станет причинять ей вред, всего лишь подержат взаперти и помогут обуздать ее силу.
— Взаперти? Как животное?
— Как человека, которому нужна помощь.
— Я не позволю им ее запереть!
— А у тебя будет выбор?
— У меня — да! А у тебя — не знаю! — прокричала Айрин и, обогнув его, быстрым шагом понеслась к дому.
— Айрин!
Она не оборачивалась на его крик. Айрин знала, что поступает правильно и сдаваться, а тем более сдавать свою сестру, не собиралась. Не в первый раз Айри приходилось расхлебывать то, что натворила Данфейт. Но, в отличие от памятных моментов их с сестрой обоюдного прошлого, в этот раз Айрин делала это не для кого-то или чего-то, а для себя самой. Отец, фамильная гордость, родственные узы и правильные поступки с точки зрения окружающих давно перестали для Айрин иметь значение. В момент, когда она оказалась прикованной к стальному столу перед лицом Пире Савис, вся мишура, которую отец, Мими и преподаватели Академии запихивали в нее на протяжении долгих лет, сгнила на помойке вместе с фальшивым идеализмом Айрин. Кому нужны правила и принципы, когда на кону стоит сама жизнь? Когда-то Айрин позволила Райвену убить Данфейт. Конечно, того требовали обстоятельства, но разве собственной совести есть дело до обстоятельств? Кто бы мог подумать, что Данфейт, в отличие от самой Айрин, не станет осуждать ее за этот поступок? Оставить Дани в беде сейчас было равносильно предательству. Разумно это или нет, но Айрин уже приняла решение. И, даже если Райвен с ней не согласен, она все равно поступит так, как считает нужным. Это — ее личный принцип.
— Айрин! Подожди, Айрин!!!
Райвен набегу схватил ее за руку и остановил. Айрин опустила глаза, в ожидании, когда же он начнет говорить. Но Райвен молчал, сжимая ее холодные пальцы в своей теплой ладони. Айрин приподняла голову и взглянула на его лицо. Кажется, он больше не злился на нее. Только очень пристально смотрел, пытаясь, наверное, прочесть ее мысли.
— Я не оставлю ее, — произнесла Айрин. — Если ты не желаешь в этом участвовать, я больше ни о чем просить тебя не стану.
— Я не слышал твоей просьбы, только факты, которыми ты сыпала мне в лицо.
Айрин задержала дыхание, но выдавить из себя слово «пожалуйста» не смогла. Что такого в этом проклятом слове? Что же в нем такого?
Он стоял всего в шаге от нее, но казалось, будто он слишком далеко и только сомкнутые пальцы на ее ладони свидетельствовали о том, что он все еще рядом. Айрин опустила глаза и взглянула на свои ноги. Сделать шаг значит осознанно попросить его о помощи. Сделать шаг, значит признать свою слабость, свой страх и потребность в нем. Айрин вздохнула и шагнула ему навстречу. Она протянула руку и сжала ткань его костюма, упираясь лбом в его грудь. Он обнял ее и прижал к себе, поглаживая по волосам. Почувствовав аромат, что источала его кожа, ощутив тепло его тела, к которому она давно питала слабость, Айрин по неизвестной причине не почувствовала себя слабой. Наоборот, она почувствовала себя сильной, более сильной, чем всего несколько минут назад.
— Пожалуйста, — прошептала она, — помоги мне.
Райвен вжался носом в ее макушку и закрыл глаза.
— Я помогу.
Она обвила его торс руками и потянулась к губам.
— Спасибо, — прошептала Айрин, закрывая свои глаза. — Спасибо тебе.
— Совсем стыд потеряли! — ругнулся какой-то прохожий и Райвен тут же оторвался от Айрин, натягивая на ее голову капюшон.
— Юга, мы же посреди улицы… — прошептала Айрин, кутаясь в свой плащ.
— Тарто это как-нибудь переживет, — заявил Райвен и, взяв ее за руку, потянул за собой в сторону дома.
* * *
Данфейт остановила воздушный мотоцикл, угнанный из городского гаража, и сняла с головы капюшон. Воды и провизии ей хватит на дня два, а дальше… Она не знала, что будет дальше. Спорить с Айрин было бесполезно. Сестра кричала на нее, призывая опомниться и перестать вести себя как ребенок. Но, дети не взрывают в приступах ярости все вокруг себя… Отделаться от Айрин оказалось довольно просто. Данфейт за свою жизнь много чего обещала ей. Так что еще одно неисполненное обязательство Айрин без труда переживет.
Данфейт пригубила воды из бутыли и достала из сумки навигатор, который ей подарила Айя несколько месяцев назад. Придется держаться подальше от населенных пунктов. Но, через два дня ей все равно придется пополнить запасы пищи и воды. Двигая пальцем по монитору, Данфейт размышляла о том, куда ей стоит поехать. Красная точка пробежала перед глазами и Данфейт остановила палец. Ерон. Данфейт была там однажды. Огромный мегаполис, погребенный Орайей в песках Сатриона. Единственный из разрушенных городов, в который мародеры и отшельники боялись соваться. Слишком печальная была у него слава. Наверняка, подземные хранилища с водой там все еще можно найти. А еда… Может, и еда там есть?
Данфейт спрятала навигатор в сумку и набросила капюшон на голову. Кто в здравом уме станет искать ее в Ероне? Что ж, теперь она знает, куда ей ехать.
* * *
Райвен открыл дверь и пригласил гостей войти в дом. Квартли кивнула и подала знак своим сопровождающим, что они могут приступать к обыску дома Советника.
— Доброе утро, Айрин, — поздоровалась Пастырь и прошла в гостиную, где в кресле сидела Айрин.
Райвен вошел следом за Квартли и занял место за спиной Айрин, опустив руки ей на плечи.
— Мы ждали Вас, госпожа Квартли, — выдавила из себя Айрин и улыбнулась.
Райвен сжал пальцы на ее плечах, призывая к спокойствию, но, это вряд ли могло помочь ей справится с собственным гневом.
— Итак, Вы знаете, где прячется Ваша сестра?
Квартли задала свой вопрос, глядя куда-то в сторону, и, не услышав ответ, повернулась к Айрин.
— Я повторю: Айрин, ты знаешь, где твоя сестра?
— Нет. Я не знаю, где моя сестра, — спокойным тоном ответила Айрин и отвернулась от Квартли.
— А ты, Райвен? Тебе есть, что мне сказать?
— Пока нечего.
— Думаю, что ты сейчас врешь своему Пастырю.
— Квартли, мы не на допросе и отвечаем на твои вопросы по доброй воле.
— Я могу это изменить, — ответила Квартли и присела на диван напротив Айрин. — Девочка опасна. И не просто для окружающих, а для себя самой в первую очередь. Ри утверждал, что кроме медиаторства она ни на что не способна. Теперь я вижу последствия мощного силового выброса и задаю себе один вопрос: Ри знал о ее потенциале или разглядеть талант под толстой «скорлупой» не смог даже он?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
