жуликами против оппозиционных лозунгов, охота за оппозиционными плакатами, осада и взятие гостиницы “Париж”, “штурм квартиры Смилги (на окнах развесили портреты оппозиционных вождей. –
С.В.)” и т. д. омрачило тот подъем, который был среди широких масс в отношении оппозиции. Они пишут, что вышло незначительное количество рабочих на демонстрацию, они пишут о том, что демонстрация прошла вяло, упадочно, что чувствовалось озлобление масс и т. д. и т. п.
Товарищи, нужно совершенно лишиться понимания событий, нужно превратиться в людей, которые занимаются лишь тем, что любуются собой в зеркале истории, в Иванов [родства] не помнящих, в людей, не знающих, что говорят и творят, нужно превратиться поистине во врагов пролетариата, чтобы не видеть, не желать видеть, нарочито не желать видеть того колоссального подъема широчайших масс пролетариата, который имел место 7 ноября, той колоссальной симпатии и доверия, которое было проявлено к партии и ее ЦК со стороны трудящихся Москвы.
Я думаю, что этих примеров вполне достаточно для того, чтобы понять, что троцкистская оппозиция, борясь с ленинской партией, нарушая партдисциплину, издеваясь над дисциплиной рабочего класса, пытается разоружить пролетариат в пользу буржуазии, в пользу империалистов. Троцкистская оппозиция, рвущая с партией диктатуры пролетариата, неизбежно скатывается к третьей силе, применяя методы борьбы последней против партии, советской власти и ее системы. Так оппозиция, рвущая с партией большевиков-ленинцев, становится знаменем и партией третьей силы, независимо от того, хотят или не хотят того вожди оппозиции. Таков итог к 10‐летию Октября бесславной борьбы троцкистской оппозиции с ленинизмом.
В свое время т. Ленин сказал: “Отрицание партийности и партийной дисциплины […] равносильно полному разоружению пролетариата в пользу буржуазии” (Ленин, “Детская болезнь «левизны» в коммунизме”). Троцкистская оппозиция, которая борется с ленинской партией, нарушает элементарную основу нашей партийной дисциплины, объективно объединяет контрреволюционные силы, натравливает их на нашу партию, оживляет их и на 10‐м году существования диктатуры пролетариата контрреволюция находит себе союзника в лице оппозиции. Я думаю, что та оппозиция, которая рвет с партией большевиков-ленинцев, которая становится вождем всех антисоветских группировок, перерастает на наших глазах в антисоветскую партию, в партию третьей силы. С такой партией, с партией третьей силы, у партии Ленина лишь одно дело – беспощадная борьба. Из этой борьбы партия, несомненно, выйдет победительницей, выйдет еще более закаленной, еще более сплоченной, еще более могучей, еще более единой на основах ленинизма.
В заключение от имени бойцов ОГПУ должен поблагодарить 7‐ю райпартконференцию за приветствие, которое вы нам вчера послали. (Аплодисменты. Читает приветствие. Голос: “Да здравствует стальная когорта и верный страж пролетарской диктатуры – ОГПУ. Ура!”)»[1193].
11 ноября 1927 г. ЦК и ЦКК, в строгом соответствии с буквой ленинской резолюции «О единстве…», исключили Л.Д. Троцкого и Г.Е. Зиновьева из ВКП(б). В «Материалах к дискуссии. Троцкий и Зиновьев – вне партии, да здравствуют Троцкий и Зиновьев» констатировалось: «Одиннадцатое ноября 1927 г. войдет в историю, в этот день сталинская фракция сделала решающий шаг для раскола партии: она исключила из нее Зиновьева и Троцкого. То, что многим казалось совершенно невероятным, стало фактом. Такова логика классовой борьбы, ворвавшейся из страны в партию, давление, которому уступают Сталин – Бухарин»[1194]. Одновременно Каменев, Смилга, Евдокимов, Раковский и Авдеев выводились из состава ЦК и еще пять оппозиционеров – из ЦКК. Всех их, за исключением уже исключенных Троцкого и Зиновьева, предупредили о том, что вопрос о «несовместимости их фракционной работы с пребыванием в рядах ВКП(б) будет поставлен на XV съезде партии»[1195]. Аналогичное предупреждение было вынесено в отношении Радека[1196].
Исключение Л.Д. Троцкого и Г.Е. Зиновьева из ВКП(б) никого не удивило – и меньше всего оппозиционеров. Сразу же после решения об исключении Зиновьева и Троцкого из ЦК ВКП(б) вожди Объединенной оппозиции напророчили: «Исключение тт. Зиновьева и Троцкого из ЦК является частью выполняемого тесной фракцией Сталина плана. План этот начал выполняться с Июльского Пленума ЦК [1926 г.] Завершением его явится исключение оппозиции из партии. Маневрируя, не стесняясь средствами, Сталин упорно идет к этой цели. […] Лишение оппозиции возможности изложить свои взгляды перед съездом – вот внутрипартийная “демократия” по Сталину»[1197]. Так и получилось.
Атмосфера в ВКП(б) была совершенно определенной. Г.Е. Зиновьев составил текст обращения «Ко всем членам партии», в котором призвал всех большевиков к единству на оппозиционной ниве, направленному против преступной сталинской политики:
«За две недели до XV съезда Сталин провел через покорную ему ЦКК исключение из партии тт. Зин[овьева] и Тр[оцкого]. С нарушением Устава опросом по телеграфу (!) Сталин провел исключение из ЦК и ЦКК тт. Каменева, Раковского, Евдокимова, Смилги, Бакаева, Авдеева, Лиздиня, Петерсон, Соловьева, Шкловского. Чтобы обмануть Партию, Сталин распространяет ложные сведения, будто оппозиция не захотела отказаться от нелегальных собраний и апелляции к беспартийным. На самом деле, в ответ на запрос Президиума ЦКК, тт. Троцкий и Зиновьев писали в письме от 11 ноября: (2 выдержки). К тысячам исключенных лучших рабочих-большевиков прибавлено теперь исключение еще ряда. Почему Сталину не терпится? Почему он не захотел подождать хотя бы до XV съезда, который ведь будет целиком в его руках?
Полнейшее политическое банкротство сталинской группы заставляет ее все больше и больше прибегать к самым отчаянным раскольническим шагам по линии организационной, заставляет Сталина [сердиться] и действовать сломя голову, нагромождая глупость на глупость и преступление на преступление.
Объявление об исключении всех вышеперечисленных товарищей наносит громадный удар советской власти и нашей партии. Мировая буржуазия, меньшевики, эсеры, кулаки, нэпманы, бюрократы будут ликовать. Вот где действительная помощь третьей силе!
“Что же дальше? – с тревогой поставит себе вопрос каждый рядовой партиец. – Значит, раскол неминуем? Значит, две партии вскоре станут фактом?” К этому стремится обанкротившаяся сталинская группа. Оппозиция же говорит со всею твердостью, как сказала и в своей платформе: никаких “двух партий”, единство ВКП(б) во что бы то ни стало и выправление классовой линии нашей партии во что бы то ни стало. Сталин завел партию в тупик. Большевики-ленинцы (оппозиция) выведут ее при помощи всего рабочего класса из этого тупика. Сталинская группа уже надорвалась, прибегая ко все более раскольническим мерам, она только разоблачает себя. Недалеко время, когда рабочее ядро партии найдет в себе силы призвать ее к порядку»[1198]. (Как тут не вспомнить известную цитату: «Оно никогда не настанет!»)
Какие же меры предлагала Объединенная оппозиция? – «Оппозиция будет бороться за возвращение в партию всех исключенных товарищей и вас призывает к тому же. Оппозиция будет бороться против сталинизма за ленинизм и вас призывает к тому же. Изучайте и распространяйте платформу оппозиции, требуйте ее напечатания и распространяйте контр-тезисы оппозиции, объясняйте всем членам партии правоту оппозиции! […] Не давайте себя запугать террором сталинцев»[1199]. Легко было написать, да реализовать до крайности затруднительно.
Из дальнейшего текста создается впечатление, что верхушка «троцкистско-зиновьевского оппозиционного блока» утратила чувство реальности, начисто забыв о том, что с
