расправив крылья. Он прорычал:
— Ведьма!
Драконы закричали и прыгнули ко мне, решив прикрыть меня, но потом тоже закрыли глаза и упали.
Страх и ярость захлестнули меня, и я забыла обо всем. Я закричала, борясь.
— Пэган. Пайр.
— Расслабься, — сказала Ноэль. — Они спят. А я останусь с ними, когда ты уйдешь, и прослежу, чтобы они не подожгли все королевство в попытке найти и спасти тебя… пока что.
Расслабиться? Расслабиться? Я боролся изо всех сил, отдавая все, что у меня было.
«Помоги драконам, — умоляла я Леонору. Сейчас у меня не было гордости. — Пожалуйста. Возьми контроль надо мной и помоги драконам».
Ее смех пронесся у меня в голове.
— Зачем? Ведь это я все организовала.
— Что ты делаешь, ведьма? — зарычал Саксон. На его лбу запульсировала вена.
Офелия медленно обошла нас.
— Я выполняю свою работу, и спасибо, что вы ее так облегчили. Король заплатил мне солидную сумму за двойную доставку. Эшли отправится в его темницу, а ты — в колизей.
В темницу?
— Что он собирается делать в колизее? — если он причинит вред Саксону…
— Я убью тебя за это, Офелия, — прорычал Саксон. — Твой труп пойдет на корм червям, а твои кости станут моим трофеем.
Улыбка ведьмы только расширилась.
— Во-первых, я не позволю ни одному червю прикоснуться к моему телу. Во-вторых, у меня есть карта, позволяющая мне сбежать из любой тюрьмы, помнишь, Сакс? Ты мне ничего не сделаешь. — она похлопала его по щекам, когда они побледнели. — Но не волнуйся. Я не буду преувеличивать свою победу больше, чем немного. — она повернулась ко мне. — Ты первая.
— Офелия… — прорычал Саксон.
— Пора завязывать с этим мероприятием. — она сжала мою руку. — Мне жаль, что мне не жаль.
Я посмотрела на птицоида, который покорил мое сердце. Он все еще смотрел на меня, казалось, вся любовь вселенной светилась в его глазах.
— Эшли, я… — лес исчез, прервав его.
Вокруг меня появилась тусклая, промозглая комната. Неееет. Что говорил Саксон? «Я найду тебя? Я буду любить тебя вечно?»
«Я умру за тебя?»
Вскрикнув, я развернулась, готовая к бою. Но ведьма уже выполнила свою угрозу. Офелия уже заперла меня, перенеся в камеру подземелья. Я стояла за стеной из прутьев, остальные стены были сделаны из грязи и камня, как и пол. Единственным предметом мебели была раскладушка с тонкой простыней.
— Привет, Эшли. — снаружи камеры мой отец, прихрамывая, вышел из тени. Он тяжело опирался на трость. По бокам от него стояли Офелия и Майло. Позади Майло… у меня отпала челюсть. Там стояла Диор, глядя себе под ноги.
Леонора все смеялась и смеялась, как в тот день, когда меня сбросили с неба.
Диор тоже была заодно с моим отцом? Моя грудь… словно открытая рана, каждый вдох обжигал, как будто я вдыхала пламя. Не обращая внимания на остальных, я закричала:
— Отец? Ты так ненавидишь меня, что запрешь, как обычного преступника?
— Ваше. Величество, — произнес он, подняв подбородок.
Майло положил руку ему на плечо и легонько похлопал по нему, а затем ухмыльнулся мне. Его самодовольное выражение лица говорило: «Победа за мной».
— Через несколько часов взойдет солнце, и будет объявлен проигравший в танце. Сразу после этого начнется финальная битва. Спасибо, что выполнила свою работу и отвлекла птицоида, пока мы передвигали шахматные фигуры по военной доске.
У меня перехватило дыхание.
— Как давно ты знаешь правду о Саксоне?
— Еще с самого начала, благодаря моему оракулу. — он кашлянул в руку, разбрызгивая капли крови. — Он умрет сегодня, вместе со своими друзьями Ротом и Эверли. Наконец-то я исцелюсь, колдунья больше не сможет выкачивать из меня силу.
— Тебя отравил Майло. Я в этом уверена. Он хочет править этим королевством вместе с Леонорой.
Майло издал укоризненный звук и закатил глаза.
— А кто такая эта Леонора, о которой ты говоришь?
Неужели никто не рассказал отцу о фантоме?
— Оракул уверяет, что в моей болезни виновато великое зло, — сказал отец, — и нет зла страшнее Злой Королевы.
О, я могу назвать более великих. Мой отец, например. Майло. Ноэль и Офелия. Рейвен и Темпест. ЛЕОНОРА.
— Почему меня заперли? — спросила я, стараясь не паниковать.
— Потому что я не могу доверять тебе, — просто сказал он.
«Мне?»
— Что ты планируешь сделать с Саксоном?
— Я заключил сделку с его матерью. Я устрою так, что его провозгласят сильнейшим в стране, а взамен Темпест убьет его при свидетелях, доказав свое право править птицоидами.
Преданный собственной семьей.
— Это зависит от того, выживет ли он в бою, конечно. — Майло широко улыбнулся. — Ты не сможешь предотвратить это, Эшли. Нужно перестать бороться с неизбежным.
Слова, которые он произносил, несомненно, имели большое значение.
Мой отец хмуро посмотрел на мага.
— Саксон победит. Это мой приказ, а ты проиграешь, как тебе и было сказано, будь благодарен за то, что я пощадил твою жизнь. Затем Темпест убьет своего брата и поведет армию птицоидов против Рота и Эверли, которые планируют устроить засаду на праздничном балу.
— Думаешь, другие бойцы проиграют без боя? — я заставила себя рассмеяться, хотя мне хотелось только плакать. — Ты еще больший дурак, чем я думала.
Майло сердито на меня посмотрел.
— Думаешь, моя магия допустит любой конец, кроме того, к которому я стремлюсь?
Его самодовольство только усилилось.
— К которому я стремлюсь, — поправил отец.
— А как же Диор? — я указала на сводную сестру. — Что насчет ее брака?
Он отмахнулся от моих слов.
— Диор выйдет замуж за того, кого я выберу… когда придет время. Она еще слишком молода.
Диор вздрогнула, но осталась стойко стоять.
— То есть она должна оставаться рядом с тобой, чтобы продолжать делать золото? — спросила я.
Он сузил глаза и сказал Офелии:
— Иди, готовься к празднику. Нам еще многое предстоит сделать. Но сначала отправь меня в мою комнату.
Ведьма взмахнула рукой, и он исчез.
Мой подбородок задрожал. Ведьма осталась позади Диор.
— Диор, — умоляла я. Она не сдвинулась с места, лишь переминалась с одной ноги на другую. — Пожалуйста. Если он поступает так со мной, своей дочерью из плоти и крови, то однажды может поступить и с тобой.
Она подняла взгляд, лишь на мгновение, на ее глазах выступили слезы.
— Мы не обязаны делать то, что нам говорят, — поспешно сказала я. — Мы достаточно сильны, чтобы выбирать свой собственный путь. Мы можем выйти замуж за того, кого любим, а не за того, кто нам велит. Можем жить в своих самых смелых мечтах. Диор. Пожалуйста. Мы часть одного пророчества. Мы… — точно. Пророчество. — Ты можешь стать моей крестной феей
