— Эту девочку зовут Диана, она здесь новенькая. Мне пришлось дать ей одну жемчужину, без нее она могла переродиться.
— Ты просто взял и отдал жемчужину первой встреченной девочке?
— Да.
— Она твоя любовница?
— Нет, она просто ребенок.
— Для Улья уже достаточно взрослая.
— Но не для меня.
— И не для меня. Никогда не понимал любителей подобного. Если ты такой положительный и не имеешь на Диану виды, тогда зачем так поступил?
— Это было выгодное вложение, к тому же я не нарушил приказ.
— Поясни.
— Рэм приказал доставить жемчуг лично тебе в руки. Он не говорил, можно ли его при этом тратить на мои нужды. Дорога непростая, Диана дважды спасала мне жизнь. Один раз заметила засаду твари, а в другой постарался твой дружок — Бирон. Для него это тоже слишком большое искушение, вот и не удержался.
— То есть ты хочешь сказать, что с выгодой инвестировал мою жемчужину?
— Иначе я бы погиб и не принес не одной. Четыре — гораздо лучше, чем ноль. Выгода очевидна. Так что да — недурственная инвестиция.
Кваз перевел взгляд на Диану, потом на Карата, хлопнул по столешнице и омерзительно рассмеялся — выдал что-то среднее между непрекращающимся хрюканьем и громким урчанием. Даже не понять, веселится он, или это истерика гибрида человека и мертвяка, или невообразимый коктейль из того и другого.
— Карат, ты кем раньше был? Адвокатом по самым безнадежным делам?
— Я много кем был, но адвокатом ни разу.
— Не верю.
— Ну так спросите у своего мистера Смита.
— Может что-то другое? Тоже юридическое?
— Нет.
— Тем удивительнее. Ты только что рассказал нам, что скормил товар, который не купишь ни за какие деньги, первой встречной девчонке и парой слов убедил, что по-другому поступить не получалось. Да у тебя врожденный талант черное выставлять белым. Знаешь, мне все время намекают, что надо заняться своей внешностью. Кое-что улучшить. И речь идет вовсе не о бритье или модной прическе. Ну ты, наверное, глядя на меня, понимаешь в чем тут загвоздка.
— Понимаю.
— Посмотри на эти руки. Они не человеческие. И они огромные. Они могут производить то, что не получается у других ксеров. Это важно для Полиса, и это понимали те, из-за кого я потерял ребенка. По их мнению, это большой соблазн. Вдруг я и правда захочу вернуть прежний облик? Всего одна белая жемчужина, и я красавчик. Только вот руки при этом станут обычными, то есть мало на что годными. В прежней ладони не спрятать тридцатимиллиметровый снаряд, а в этой запросто. Сколько ксеров умеют делать обычные патроны? Да таких не счесть. А Карбида знают все, он сам себе снарядный завод, на нем держится Полис. Один белый шарик, и Полис останется без уникального ксера. Понимаешь?
— То есть Бирон думал не о себе?
— Не волнуйся за него, о себе он думает в первую очередь. И то, что Полис останется без снарядов и без торгующих ими караванов, это удар и по городу, и по таким как Бирон. Они хотят, чтобы я всегда оставался уродом, боятся допускать меня к белому жемчугу, это из-за них мой Кирилл остался без лекарства. В чем-то они умны, но жадность — первая подруга глупости. Все дело в том, что внешность меня не напрягает. Вообще не напрягает. Я ведь или сижу здесь безвылазно, или под охраной бронегруппы выбираюсь ради профилактики трясучки. То есть не шляюсь сам по себе по кластерам. И потому меня не может подстрелить невнимательный рейдер, приняв за зараженного, а ведь это основная причина смертности квазов. Людей с оружием ко мне даже близко не подпускали до этого дня. Никто не называет меня уродом, самые красивые женщины готовы дарить мне свою любовь и делать вид, что без ума от моей распрекрасной внешности. Я дико силен во всех смыслах, ты даже близко не представляешь, какая мощь во мне накоплена. А раз мне не мешает маска урода, так зачем ее снимать таким дорогостоящим способом? И к тому же во вред Полису — месту, в которое я вложил столько сил. Диана, этот человек тебя не обижал?
— Вовсе нет, он очень хороший. Это он меня спас. То есть спасал.
— Смит кивнул целых три раза, значит, ты говоришь правду. Вижу, тебя беспокоит неоднозначная ситуация с той жемчужиной. Ну так вот, можешь о ней забыть, я полностью поддерживаю решение Карата, он и правда сделал выгодное вложение, не говоря уже о том, что спасти ребенка — святое дело.
— Я не ребенок.
— Это всего лишь твое мнение, и оно в корне неправильное. Ты помогала Карату, значит, и городу. Благодаря тебе сюда попали эти жемчужины. То есть действия Карата оправданы. Но я не хочу разрулить этот вопрос именно так. Хочу немного по-другому. Ты согласна?
— На что? Что вы от меня хотите?
— Давай будем считать, что я подарил тебе ту жемчужину? Она ведь предназначалась мне, я сам решаю, что с ней делать. Это все упростит, вопрос с пятой жемчужиной отпадет сам собой. К тому же я мэр, могу своим указом и остальные жемчужины раздать, это в моей власти. Не все с этим согласятся, но жемчуг теперь у меня, так что пусть идут все лесом.
— Я сделаю так, как скажет Карат.
— Послушная девочка, это тоже хорошо. А Карат согласен, его можно не спрашивать, ты уж поверь. Итак, я подарил тебе то, что принадлежало мне, а ты приняла мой подарок. В таком случае попрошу о крохотной встречной услуге.
— Какой?
— Мне тут добрые люди нашептали, что ты нимфа. Причем нимфа не из рядовых. Пятерых, включая Бирона, мгновенно взяла под полный контроль, они до сих пор сами не свои, улыбаются будто слюнявые идиоты. Я о тех, которые выжили. Трудно в такое поверить, ты ведь новенькая, но может все так и есть. Знаешь, у меня масса даров Улья, в том числе и такой, который спасает от магии нимф. Попробуй подчинить меня, хочу испытать твою силу.
— Это плохая идея, — напрягся Смит.
— Заткнись! — с неожиданной злобой рявкнул кваз и попытался ласково продолжить: — Дианочка, ну что тебе стоит?
Девочка, испуганно дернувшись после крика, покачала головой:
— Я не могу. Я не знаю, как это получилось. Само собой вышло. Не умею включать.
— Она не врет, — не стал молчать Смит. — У нее спонтанная активация умения. На стресс сработала, такое не редкость, тем более жемчуг она приняла до активации, а это особый случай.
— Вот как? Гм… А ведь вы та еще парочка — друг друга стоите. Как мне стало известно, Карат принял жемчуг до раскрытия дара. И с тобой получилось такая же история, причем твоя жемчужина не из простых, а белая. Интересно, что из вас в итоге получится, но это уже не мое дело. Итак, с жемчугом мы разобрались. Карат был честен до конца, теперь надо с ним разобраться. Его преданность Полису меня впечатлила, за такое полагается награждать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
