- А у меня есть выбор? – Я не могла не спросить. И пусть я давно приняла решение, где хочу остаться, но если у меня нет права выбора, то я хотела бы сначала проститься с Лексинаром и теми, кто мне стал дорог.
- Выбор есть всегда. – Мягко произнесла Справедливость. А в ее глазах на краткий миг мелькнул лукавый блеск. Или мне показалось…
- Тогда я выбираю остаться здесь, на Идеоне. Вместе с ним. – Решительно ответила я, отрезая себе все пути назад. Богиня кивнула, принимая мой выбор, и сотворила в руке нечто, похожее на миниатюрное солнце.
- Держи. Я обещала тебе свой Дар за то, что вам обоим пришлось пережить из-за вмешательства Богов. – Я приняла сияющий шар, заключив его в свои ладони. – Это Аласфэль. На вашем языке – «свет во тьме». Ты сделала свой выбор, а значит, твое решение не подкреплено влиянием Даров сестер. Мое присутствие подавляет любое влияние извне. Поэтому можешь больше не сомневаться в том, что это твой личный выбор или твои истинные чувства, а не навязанные Игры Богов. – Она двусмысленно улыбнулась, показав, что знает, о чем я думала. – Когда будешь готова, используй его. Проглоти Аласфэль и ты поймешь, что делать дальше. Всегда верь в себя и свои силы, дитя. Прощай.
Справедливость исчезла, испарившись в воздухе, оставляя меня переваривать услышанное.
Я держала в руках Аласфэль, не понимая, к чему я должна быть готова. Зачем он мне? А еще брало зло от того, что Боги всегда говорят загадками. Почему нельзя сказать напрямую? Вот откуда я могу понять, что делать с этим Аласфэлем? Ну, проглочу я его и что? Что от этого изменится?
Вздохнув, обернулась к Лексинару. Смотреть на него было тяжело. Он напоминал безвольную куклу с безразличным взглядом. Не было ни эмоций, ничего. Абсолютная и кромешная пустота в виде Тьмы. Сердце вновь сжалось от тоски и боли. Я должна хотя бы попытаться что-то сделать. Хоть что-нибудь.
Сжав в одной руке Аласфэль, я подошла к Дракону и прикоснулась к его щеке свободной рукой, погладив ее.
- И ты меня прости, Лекс… Прости за то, что не успела спасти. – В носу запершило и я судорожно вздохнула, чтобы не заплакать. Сейчас я должна быть сильной. И найти способ спасти своего ширэнна. Из любой ситуации есть выход. Главное, не сдаваться.
Дракон, а сейчас это был именно человекоподобный Дракон, а не наоборот, смотрел куда-то вдаль ничего не выражающим взглядом. На мое прикосновение никак не отреагировал. Убивать его не тянет, и то хорошо. Я почему-то думала, что его «запрограммировали» на определенные задачи, когда впустили в него Тьму. Но оказалось, что без хозяина, Тьма просто существует, никак не влияя на носителя.
- Лексинар? – Попробовала позвать Дракона. И у меня получилось! Я сама не поверила своим глазам, сказала просто так, без особой надежды, но Дракон откликнулся. Пусть и своеобразным способом – повернув в мою сторону голову и опустив на меня взгляд. Надежда ярким лучом зажглась в душе. – Ты меня понимаешь? Знаешь кто я?
А вот на это не было никакой реакции. Руки сами собой потянулись к нему, заключая в объятия. Уткнувшись ему в грудь, всхлипнула.
- Я знаю, что это бесполезно, но я все равно попробую. – Прошептала, заглядывая ему в глаза.
Отойдя на шаг, положила обе руки на грудь Дракона, не выпуская Аласфэль из рук. Закрыв глаза, сосредоточилась на магии исцеления. Внутренний взор раскрылся, и я увидела Лексинара изнутри. И от увиденного пришлось закусить щеку до крови. В нем не было ничего, кроме Тьмы. Сплошная чернота.
Обычно внутренний взор показывал разного цвета потоки, которые словно кровеносная система, струились вдоль тела. А здесь ничего. Как можно что-то вылечить, если там ничего нет? Это как пытаться вылечить мертвую ткань.
Но я не могла не попытаться. Мягко направила зеленые потоки в Лексинара, равномерно вливая магию исцеления. Но Тьма лишь поглощала её, как черная дыра. От отчаяния, усилила поток, который по ширине стал напоминать небольшую речку. Но всё оказалось бесполезно.
Меня начало потряхивать от магического истощения, ведь я до этого исцелила неизвестного мне мага, а сейчас вылила чуть больше половины оставшегося резерва. Зеленые нити во мне тускло поблескивали, напоминая севший экран телефона.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Руки, которые во время исцеления сжались в кулак от усердия, разжались и повисли плетьми вдоль тела. Я прикрыла глаза. Хотелось плакать от бессилия. Хотелось что-то сделать, но больше не было ни идей, ни сил. Мне оставалось только дожидаться Таурека с его отрядом и попросить нас отнести во Дворец, потому что пути назад я не знала.
Не знаю, как шла временная линия в местах пребывания Богов и на Идеоне, но судя по моим внутренним подсчетам, Таурек давно должен был прилететь, а его всё не было. Это могло означать только одно – время для Богов текло несколько иначе. Мы могли как перенестись в тот же момент времени, когда пропали с поляны, так и появиться намного позже.
Не выдержав, присела на густую зеленую траву, скрестив по-турецки ноги. Тело «загудело», а внутренняя дрожь усилилась от мышечного расслабления. Удивительно, но Лексинар, увидев, что я сделала, повторил за мной, усевшись напротив. Я криво улыбнулась, не зная радоваться мне или плакать. Я совсем запуталась в своих эмоциях. Похоже, это стресс и накатывающая истерика. Немудрено, ведь я измотана и морально и физически.
Умом, как врач, я понимала, что мертвого и заранее обреченного не спасти. Но сердце упрямо твердило пытаться, не сдаваться. Я не могла его отпустить. Не могла и бросить, просто уйдя обратно в свой мир. То, что сказал Война, давило тяжким грузом. Он прав, это я виновата в том, что случилось. И даже, если бы я не любила Лексинара настолько, что выбрала его, а не Землю, где была моя семья, я бы все равно осталась, потому что это сплошь и полностью моя вина. Да, мы были лишь пешками в играх Богов, но Лекса заразила именно я. Своими руками.
Съедая себя чувством вины, опустила голову вниз, и снова наткнулась взглядом на миниатюрное солнце в своих руках. Погодите-ка! Богиня ведь сказала проглотить Аласфэль! И тогда, по ее словам, я пойму, что делать… Вроде как. Все равно мне нечего больше терять. Вряд ли Таурек или Илена знают что-то, так как они не смогли исцелить Тайвина от Тьмы. Бесполезно ждать, что кто-то сможет нас спасти.
И, более не медля, я проглотила Аласфэль.
На вкус он был как карамельная конфета. Поднявшись резко на ноги, я не придумала ничего лучше, как поцеловать Лексинара. Обняв его за шею, притянула к себе и прикоснулась к его губам своими. И вдруг Лексинар оживился.
Я распахнула глаза от неожиданности, но Дракон притянул меня к себе, и, не дав опомниться, углубил поцелуй, прижимая как можно ближе. Не удержав равновесия, мы вдвоем упали на траву, на краткий миг оторвавшись друг от друга. Я взглянула на Лекса и увидела зеленый проблеск среди Тьмы в его глазах. И тут мне в голову пришла безумная идея.
Аласфэль – миниатюрное солнце. Свет во тьме. Что если… Что если оно поглотит Тьму?
Сердце в груди предвкушающе заколотилось. Осталось только понять, как использовать Дар Богини. Дыхание участилось, когда от того, что я провела по волосам Дракона, любимый изумрудный цвет начал всё больше проявляться, а взгляд Лексинара становился всё более осознанным. Давай же! Пожалуйста!
Но этого было недостаточно, как только физический контакт прерывался, Тьма возвращалась на место. Думай, Элисса, думай!
Когда я проглотила Аласфэль, он стал частью меня, а значит… Я взглянула на свои руки. Брачный узор светился золотом, переливаясь на солнце огненными искрами. То же самое творилось и с Узором Лексинара, который остался виден только на лице из-за покрывших тело Дракона роговых наростов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Набрав в грудь побольше воздуха, взяла Лекса за руки и закрыла глаза. Перед внутренним взором открылась интересная картина. С моей магией творилось что-то невероятное. Золотое свечение Аласфэля вторило целительской магии, то сливаясь в одно, то разделяясь на два потока. Думаю, что теперь я смогу исцелить Лексинара, ведь сейчас я – свет во тьме для него.
