— Вообще-то этот Тарун может принять любую внешность, и силы у него не мерено. То, что он и вампиров себе почти подчинил, да и уже одного некроманта богом обещал сделать… — Рамана глянула на дрожащего некроманта-недоучку и спросила: — И что с ним теперь делать? Убить?
— Не надо! Я на всё согласен! Только не убивайте! — закричал Масин, пытаясь обнять ноги бронзоволосой, та брезгливо его оттолкнула, а Милисента, зловеще усмехнувшись, спросила:
— Так ради сохранения своей жизни, ты готов на всё? Ну что ж, так и поступим.
Милисента поманила скрывавшегося под пологом невидимости Ырмытыра:
— Иди сюда, дорогой, поможешь.
Орк подошёл, он понял, что задумала его невеста, и возражения это у него не вызвало. Он точно так же как и Милиента протянул руки к скорчившемуся на земле человеку, а девушка произнесла:
— Силой и властью данной мне, я лишаю тебя магической силы! Я лишаю тебя возможности ходить через межмировые переходы, как самому, так и в сопровождении кого-либо, мир тебя не отпустит!
Словно подтверждая слова Милисенты, в ясном небе сверкнула ветвистая молния и прогремел гром. Когда орк вернулся к гному, то увидел, что у того круглые от удивления глаза.
— Лишить мага его силы могут только боги, причём, старшие боги! — пошептал Торутранумиллиондор. — А вы с вашей женой…
— Она пока ещё невеста, хотя и дала согласие, — улыбнулся Ырмытыр.
— Но она… — продолжал шептать гном, при этом оглянувшись на наёмников, тоже прикрытых орком пологом невидимости, и которые смотрели на происходящее безо всякого удивления, видно, знали, с кем имеют дело.
— Да, старшая богиня. Богиня орков и хранительница нескольких миров, — подтвердил Ырмытыр, гном прошептал на пределе слышимости:
— Тогда вы…
— Приходится соответствовать, — пожал плечами орк.
Глава семнадцатая. Орочье сватовство и некоторые другие события
Ларнийский замок стоял в стороне от одноименного перевала, да и не было место официального обитания Раманы похоже на классическую твердыню владетеля, тем более на мощную приграничную цитадель. Три стоящие рядом скалы, изрытые ходами (выбитыми или, скорее, выплавленными в скальной породе) такого размера, что по ним мог свободно пройти дракон, вряд ли можно назвать замком. Около большого проёма, что мог служить как окном, так и дверью-выходом для дракона, стояли две девушки, чуть в стороне стояло существо, отдалённо напоминающее дракона, скорее, ящерицу, вставшую на задние ноги. Чёрные чешуйки этого существа были гораздо меньше, чем у дракона, эта большая ящерица держала поднос с чашечками дымящегося кофе.
— Госпожа, кофе остынет, — произнесло существо.
— Спасибо, Мунимба, — ответила очень красивая девушка с бронзовыми волосами.
— Госпожа? — демонстрируя удивление, подняла брови вторая девушка, обладательница пшеничных волос. Бронзоволосая немного сварливо ответила:
— Ну а кто? Чей это замок? Мой! Значит, я тут госпожа! Именно госпожа и никак иначе!
— А что Листик? Формально ты её вассал. Как она к этому отнеслась?
— Сказала, что это личное дело каждого драга, как меня называть, — усмехнулась бронзоволосая.
— Госпожа! Кофе остынет! — на этот раз это было произнесено с нажимом, можно сказать, даже с осуждением. Бронзоволосая чуть искоса посмотрела на свою собеседницу и взяла кофе, драг (именно представителем этой расы была Мунимба) удовлетворённо кивнула и подождала, пока свою чашечку возьмёт девушка с пшеничными волосами, после чего величественно удалилась.
— Видишь? — поинтересовалась бронзоволосая и некоторой обидой добавила: — У меня такое впечатление, что не я, а они хозяева замка. Если что-то по их мнению не так сделаю — дуются и обижаются!
— Рамана, вообще-то это твои драги? Они же были у тебя до переселения? — спросила девушка с пшеничными волосами, Рамана ответила:
— Да, но у меня в замке осталось всего несколько десятков. Остальные ушли — на Крионское болото. Остались, можно сказать, самые преданные. Листик-то всех освободила от заклинания подчинения…
— А эти остались и служат тебе по-прежнему верой и правдой, будто ничего не изменилось.
— Да как тебе сказать, служат, но при этом они лучше знают, что я должна делать и как себя вести! Вот и сейчас — в это время должна пить кофе! И если вовремя не выпью и оно остынет — обидятся! А как же — госпожа не делает того, что должна делать!
— Тяжело быть драконом-повелителем, — усмехнулась собеседница хозяйки замка, Рамана согласно кивнула:
— Именно так, Милисента, и никак иначе.
Обе собеседницы рассмеялись, затем Рамана спросила:
— Какой у тебя был план? Ты так и не поделилась.
— Разбойники помешали, — кивнула Милисента и добавила: — Теперь это не актуально, я хотела использовать ту ловушку, за которой наблюдает Усимт. Сделать вид, что попалась туда…
— Это опасно, — перебила Рамана, Милисента согласно кивнула:
— Опасно, но другого выхода я не видела. Искать очередной купол… Сама понимаешь, мы могли бы делать это очень долго, а куполостроитель набирает силу, время играет против нас. Поэтому я и считала, что риск оправдан. Но то, что произошло… Если бы мы просто убили Масина, то это не так бы заинтересовало куполостроителя, всякое бывает: его подручный нарвался на более сильного мага, а защитный амулет могли ведь забрать. Как? Ну, к примеру, выманить хитростью. Но лишить магической силы может только бог, старший бог, и не один, их должно быть несколько. А несколько старших богов — это уже сила и не малая. Вот тут наш куполостроитель должен задуматься — а не перешёл ли его подручный дорогу старшим богам? И теперь эти боги могут доставить массу неприятностей, — Милисента приподняла руку с амулетом, отобранным у бывшего студента-троечника, — ни один, даже очень сильный, маг не смог бы отобрать этот амулетик силой, да и младший бог такого сделать не смог бы. Эта вещица делает своего хозяина очень сильным волшебником…
— Постой, постой, — перебила Рамана, — но ты же сама сказала, что его можно забрать, тогда обладатель лишается силы, что даёт этот амулет, не так ли?
— Именно так, — кивнула Милисента, — но обладатель амулета может его снять сам и отдать добровольно, а почему он это сделает?.. Мало ли причин? Я же говорила — можно, например, хитростью выманить.
Рамана покачала головой, сомневаясь, что обладатель такого артефакта отдаст его добровольно. Милисента пожала плечами и не стала развивать свою мысль: почему добровольно можно лишиться такого ценного предмета. Обе девушки помолчали, глядя на раскачивающийся в вытянутой руке Милисенты магический артефакт невиданной силы, выглядевший сейчас безобидной безделушкой.
