Читаем без скачивания Одиночество мага (Том 2) - Ник Перумов

Наверное, в этом и впрямь был смысл – скорлупа яйца была очень, очень прочной, и дракончик не мог родиться самостоятельно – мать должна была помочь ему разбить скорлупу.

Заклятье? Но с погоней на плечах, когда инквизиторы и свалившаяся ему на голову тётушка Клара только и ждут, когда он пустит в ход чародейство… особенно Клара. Как, откуда и почему она взялась здесь – уму непостижимо, но…

В яйце запищали, жалко, сдавленно.

Фесс закусил губу.

И в следующий миг послал заклятье.

По мраморной скорлупе побежали трещины. Отвалился первый кусок, и вот немного погодя изумлённому некроманту предстал маленький жемчужно-серебристый, очень красивый, изящный, словно статуэтка, дракончик, точнее – дракон-девочка. Маленькая драконица. Затрепетали развернувшиеся крылышки, пока ещё слабые, не способные поднять в воздух даже это лёгкое тельце. Дракончик пискнула и прижалась к оторопевшему некроманту. А в сознании мага вдруг чётко и ясно прозвучал детский, тоненький-тоненький голосочек:

– Ты… будешь… со мной?..

Она с трудом выговаривала слова, эта новорождённая драконица, дитя хозяйки Кристалла Козьих Гор, куда некромант, увы, успел слишком поздно.

– Ты будешь со мной?… – уже чуть требовательнее повторил голосок драконицы в сознании Фесса. Телепатия, похоже, была присуща этим магическим существам с самого рождения.

Куда ж было деваться от требовательного взгляда этих только что раскрывшихся, глубоких глаз, совершенно не похожих на глаза человеческих новорождённых? Дракончик ждала. Протянулась умильно-тонкая лапка, не толще, чем у котёнка, потеребила некроманта за полу плаща.

Разумеется, первой мыслью у Фесса было – надо дойти до Пика Судеб и оставить дитя погибшей драконицы Сфайрату. Кто лучше хранителя Кристалла позаботится о сироте? А пока что…

– Есть хочу, – пропищала дракончик. Фесс осторожно прижал к себе трепещущее существо. Раскрыл сумку, вытащил немудрёный дорожный припас, недоумевая, что же он станет делать, если драконице это не придётся по вкусу.

Однако новорождённая отличалась, похоже, отличным аппетитом и некапризностью. Она съела всё предложенное и уставилась на некроманта умильным взором… Впрочем, ненадолго. Кожистые веки смежились, закрывая глубокие карие, пока ещё совершенно человеческие глаза. Дракончик спала.

Вздохнув, Фесс аккуратно посадил спящую в сумку и тронулся в дальнейший путь.

Одиночество мага кончилось.

Прошла весна, и наступило лето. Медленно тянутся долгие-долгие северные дни в окрестностях Северного Клыка. Гудят бесчисленные птичьи базары, воздух наполнен хлопаньем крыльев и неумолчным гамом.

И молча высится на новосотворённом островке неподалёку от берега иссиня-чёрная башня. Гладкие блестящие антрацитовые стены. Узкие прорези бойниц. Изящная арка входа. В самой башне нет ничего странного или страшного, но ни одно живое существо не дерзнуло ни пролететь над ней, ни хотя бы даже приблизиться к островку.

Торчит не так уж далеко, на красноватом материковом утёсе, та самая знаменитая башня Сим, где некогда коротал долгие дни и ещё более долгие ночи бедняга Парри. Чёрная башня презирает конкурентку, хотя та и превосходит её по высоте.

В начале июня к берегу залива подошел измученный долгой дорогой, исхудавший и обносившийся путник. Он был не один. Вокруг него беззаботно носился туда-сюда маленький дракон, или, точнее сказать, драконица, озорничала, пугая пичуг тонкими язычками пламени, время от времени вырывавшимися из её небольшой пока пасти.

– Мы пришли, Рыся, – устало сказал человек.

– Уже пришли, папа? – на чистом языке Долины Магов откликнулась драконица. – Тут весело. Мне тут нравится. Й-а-а-ха! Туда и сюда! Вверх и вниз!

– Идём, Рыся. – В голосе мужчины звучали тоска и боль. – Нам туда. – И он махнул рукой в сторону Чёрной башни.

– Красивая, – безапелляционно заявила драконица. – Папа, а мне можно будет сделать чешую такого цвета?

– Конечно. Ты ведь можешь сделать себе чешую какой хочешь, – улыбнулся Фесс. – Только давай сперва переправимся. Ты не видишь случайно лодки?.. – Он усмехнулся, давая понять, что это не более чем шутка. Откуда ж возьмётся тут лодка, в этих диких краях?

– Да как же, папа, вижу, конечно, – отозвалась драконица Рыся, подлетев повыше. – У берега стоит. Во-он там.

– Всё предусмотрела, – проворчал некромант.

– Что ты сказал, папа?

– Нет, ничего, дорогая. Идём.

За спиной Фесс нёс небольшой тюк вещей – то, что сумел добыть в пути. Им, как говорится, пришлось хлебнуть Инквизиция безумствовала, перекрывая все мыслимые и немыслимые тропы. Без Рыси некромант бы, наверное, пропал. Маленькая драконица родилась уже совершенно разумной, примерно как семи-восьмилетний человеческий ребёнок. Она мигом выучилась летать на разведку, выведывать пути, а если надо – так и притащить с той стороны реки, к примеру, лодку.

И так же естественно, как говорить на языке Долины Магов, который она, судя по всему, позаимствовала прямо из головы Фесса, она выучилась творить несложное чародейство – в частности, прикинуться летящей вороной, отводя глаза солдатам святых братьев.

И так же непринуждённо, как-то само собой получилось, что она стала называть некроманта «папой».

И с непреклонностью истинной женщины она заявила, глядя на Пик Судеб, что не собирается тут оставаться. Никогда и ни за что. Надо сказать, что к тому времени Фесс сам скорее прыгнул бы в пропасть, чем согласился расстаться со своей неожиданной находкой. Но самый большой шок некромант испытал, когда Рыся впервые обратилась в человека. Это было вечером, когда они уже добрались до северной границы Аркина,

благополучно миновав все заставы и засады. За Бурной уже лежал Нарн, и Фесс решил, что игры в кошки-мышки с инквизиторами ему хватит. Он свернёт к Тёмным Эльфам. Не убьют же они его, в самом деле! Пусть не помогают, но хотя бы он без помех доберётся до Железного Хребта.

Ночь была весенняя, но уже тёплая. Как всегда, Рыся разожгла костёр – своим огненным дыханием, как всегда, закружилась, затанцевала вокруг, трепеща тонкими, почти что прозрачными крыльями. Она была диво как красива.

Фесс отвернулся, возясь с мешком. А когда поднял глаза, прекрасная маленькая драконица уже не плясала над пламенем. Поджав тонкие, изящные ножки, по другую сторону костра сидела, в некотором изумлении разглядывая собственные руки и пальцы, худенькая большеглазая девочка с длинными волосами цвета чистого жемчуга, каких никогда не встретишь ни у кого из живых. Если, конечно, они не пользуются краской. Девочка была нага. На вид ей можно было дать лет девять – Рыся-драконица росла быстро, особенно в первые недели, потом – всё медленнее и медленнее.

– Как здорово-оо… – протянула Рыся-девочка. – Как интерееесно…

Фесс только и смог, что поскорее закутать её в свой плащ, хотя не похоже было, чтобы она страдала от холода.

После этого ему пришлось отвечать на её бесчисленные вопросы, касающиеся человеческого тела, причём порой настолько наивно-простодушные, что Фесс краснел и терялся, не находя слов. Рыся мигом, как и положено нормальной девочке, почувствовала вкус к красивым платьям и башмачкам. Она могла соорудить себе магическим образом любой наряд, но предпочитала, как она говорила, «настоящие». Много им пришлось пережить, пока они не добрались сюда, к тому самому месту, где много месяцев назад началось странствие Кэра Лаэды по градам и весям Эвиала.

На пути пришлось хлебнуть немало. Столько, что хватило бы на долгую книгу. Может, я ещё и напишу её, думал про себя некромант. Может быть, напишу – неведомо зачем и для чего, но… Как горел под нами висячий мост через Бурную, подожжённый инквизиторами, как прорывались мы через бесчисленные заслоны и заставы, как… да разве всё упомнишь?

И вот они здесь, на краю мира, и впереди – только льдистые моря. И Чёрная башня, словно вбитый тут гвоздь.

– Папа, нам обязательно туда идти? – вдруг с некоторой озабоченностью проговорила Рыся, подлетев почти вплотную к некроманту.

– Тебе – не обязательно, – с усилием проговорил он. – Ты свободна, Рыся. Я рассказывал тебе, где ты сможешь найти своих родичей… своего настоящего отца…

– Папа! – возмутилась Рыся. – Я хочу с тобой. Только с тобой. Ну, пойдём! Мне интересно. Хотя… там… что-то такое…

– Не бойся, – вновь через силу проговорил некромант. – Туда должен идти только я. С тобой ничего не случится. Обещаю.

Рыся, нормальный ребенок, тотчас успокоилась. Своему папе она верила безоглядно и не рассуждая.

Они переправились на островок. Невольно Фесс ждал каких-то ужасов, груд человеческих костей, прикованных цепями скелетов, однако островок был самым обыкновенным островком. Только там отчего-то ничего не росло. Под ногами расстилалась голая каменистая земля.

В тёмной арке входа что-то шевельнулось. Бесшумно раскрылись двустворчатые широкие двери. За ними сгустился мрак.