пьянящие. Все сомнения забылись, и я просто отдавалась моменту. Потому что знала, он не повторится, он особенный для нас обоих, ведь происходит впервые.
Со шнуровкой было покончено, и Итан потянул платье вниз. А я больше на рефлексах удержала его.
— Не бойся, Джослин, — прошептал он в мои губы.
— Не бояться? — усмехнулась я, заставляя себя опустить руки.
Платье соскользнуло с плеч, чтобы стараниями мужа упасть к моим ногам. Я осталась в одном белье. Не том смущающем, что мне сотворила Меган. И теперь этот факт даже немного расстроил.
— Если верить книгам, — пробормотала я наигранно менторским тоном, — первый раз у девушки болезненный.
— Тебе сейчас больно? — он чуть отстранил меня, чтобы скользнуть взглядом по моему телу.
— Нет, — качнула я головой, чуть прикусив нижнюю губу.
Впервые представала перед мужчиной в таком виде. Но смущение мелькало лишь на краю сознания, мной владела волнительная эйфория.
— Сохрани этот настрой, и будет проще, — он вновь приблизился, чтобы припасть поцелуем к моему плечу и потянуть лямку лифа вниз. — Что ещё пишут в книгах? — спросил чуть шутливо.
— Что от этого появляются дети.
Итан вздрогнул, усмехнувшись.
— И об этом тоже не стоит переживать, — заверил он меня серьёзно, опуская и вторую бретель. — Это всё, что тебя тревожит?
— Ещё… справедливость.
Кажется, моё замечание сумело его удивить, он оторвался от своего занятия и сосредоточил взгляд на моём лице.
— Раздета только я.
Мы хрипло рассмеялись, но вновь забылись в поцелуе. На этот раз искристо-лёгком, воздушном, чуть смешливом. Но этот немного глупый диалог помог отбросить прочь смущение. Я почувствовала себя смелее и потянулась к пуговицам рубашки Итана. О мужской физиологии тоже знала только по книгам, но сегодня предстояло познакомиться с ней на практике. А муж замер, припав губами к моему лбу, и ждал, позволяя мне справиться с его одеждой. Пальцы чуть дрожали, потому разоблачение проходило не так быстро. Но вскоре я достигла желаемого, осторожно провела ладонями по мускулистой груди, отодвигая полы рубашки. Пальцы коснулись шрама на плече, укуса порождения, что когда-то привёл Итана на порог моего дома. Тогда он был для меня пугающим незнакомцем, а теперь стал близким и особенным.
— Не бойся, — вновь повторил он, подхватывая меня на руки, и положил на кровать, а там избавил от остатков одежды.
Снова накатило смущение, но оно истлело. Ведь Итан так посмотрел: восхищённо, голодно, страстно. И тоже начал раздеваться. Я замерла, зачарованная представшим зрелищем. Рельефностью мускулов, их игрой под светлой кожей и уверенностью движений. И когда он склонился ко мне, уперев руки в матрац с обеих сторон от моей талии, я приподнялась и потянулась за новым поцелуем. Губы Итана порывисто коснулись моих губ, и мы были больше не в состоянии прерваться. Вся сдержанность рассеялась. Мы отчаянно прижимались друг к другу, задыхаясь в водовороте ощущений.
— Всё хорошо, — прошептал он, когда наступил главный момент.
Ногти впились в кожу его плеч. Я часто задышала, смаргивая слёзы с глаз. И вновь отыскала губы Итана. Чтобы снова забыться, чтобы раствориться в этих ощущениях и как можно дольше не возвращаться разумом в наши проблемы. Сегодня наш брак стал настоящим, но не перестал быть временным.
Глава 21
Джослин Вуд
— Спишь? — отведя разметавшиеся волосы в сторону, Итан коснулся моей шеи в лёгком поцелуе.
Улыбка появилась на губах сама собой. Я сильнее зажмурилась, поёжившись от пробежавших по телу мурашек. Страстные моменты прошли, мы успели успокоиться, восстановить дыхание и теперь просто лежали. Я на боку, он обнимал меня со спины. Одеяло скрывало наготу. Так проще, ведь напомнило о себе смущение. От него легче отмахнуться в страстном порыве, но, думаю, со временем оно уйдёт. Ведь невозможно постоянно стесняться того, с кем проводишь ночи.
— Не сплю, — шепнула я тихо.
Не смогла бы заснуть, даже если бы постаралась. Не знаю, что владело мыслями мужа, а я просто пыталась уложить в голове то, что произошло. Не жалела, само собой, скорее наоборот. Просто медленно осознавала то, как сильно изменилась моя жизнь всего за месяц.
— Пошли в купальню, — предложил он, проведя рукой по моему бедру, и приподнялся на кровати.
— Хорошо, — я тоже села, подавив глупое желание удержать одеяло на груди.
Итан проследил за тем, как оно соскальзывает с моего тела. В синих глазах блеснул знакомый мне голод, и внизу живота сладко ёкнуло от воспоминаний. Сегодня мне удалось заглянуть за ледяную броню мужа, и в полной мере прочувствовать, какая страсть кипит за морозной маской невозмутимости.
Мы поднялись с кровати. Взгляд опустился к бурым пятнам на светлой ткани простыни.
— Потом поменяем бельё, не переживай, — Итан взял меня за руку и потянул в сторону купальни.
Похоже, совершенно не волновался по поводу таких вещей, когда я про себя прикинула десяток способов отстирать кровь.
Свет мы не зажигали, так и ограничивались сиянием магического огонька. Мне кажется, Итан специально давал мне возможность привыкнуть к изменениям в наших отношениях. Прикрытие полутьмы придавало ощущение интимности, скрадывало наготу, навевало иллюзию тайны.
— Джослин, в плане… защиты от беременности, — Итан прошёл к ванне, запустил воду. — Ты справишься сама или мне взять этот вопрос на себя?
Он действительно контролировал процесс, и после сегодняшнего я не боялась забеременеть. Но тут он прав, если мы перешли к близким отношениям, надо быть ответственными. Не знаю, как он относится к детям во временном браке, но я пока не готова познать радости материнства. У меня свои цели, свои стремления, учёба. Не стоит так усложнять наши и так сложные жизни.
— Сама, — нервно усмехнулась я.
Никогда не задумывалась, что однажды придётся варить противозачаточный настой для себя.
— Хорошо, — он протянул мне руку, чтобы помочь забраться в ванну.
— Тёплые. Твои ладони леденеют только после использования магии?
— Не совсем, влияние моих духов будто усилилось после… — он замолчал, коснувшись щеки под тронутым мглой глазом. Даже не помню, когда он снял повязку, кажется, как только мы попали в квартиру. — Но это вряд ли опасно.
— Итан, ты же понимаешь, что возможно уже ничего не сделать? — я боялась поднимать эту тему, он болезненно отреагировал на моё утверждение о том, что мгла стала его частью.
— Я намерен попробовать все возможные способы, — ответил он понизившимся от мелькнувшей злости голосом. — Но не
