выполненной работы. Когда выпускать клип в свет, решать ХёнСоку. И тормозить он точно не будет, агентство не в том положении, чтобы терять даже мелкие выгоды и возможности.
На втором плане опять мелькают ДжиСу, Дженни и Рози, которую раньше я знала под именем ЧэЁн. Короткие, как вспышки, кадры репетиций — мы намекаем, что это не обычная подтанцовка, а будущая гёрлз-группа. Я тоже с ними, но всегда в маске. Меня видеть и узнавать не должны. С моей персоной нетизенов ждёт огромный интригующий сюрприз.
Мой голос они слышали в «Плохом мальчике», голос ЧэЁн, то есть, уже Рози, услышат в «Потерять себя». Но знать, кто и что, никому не дано. Позже скажем. Сюрприз будет.
— Слушай, Лалиса, — когда СонМи ко мне обращается, я уже сползла с кровати. Теперь сижу опёршись на неё спиной.
— Всё думаю, что СынМину подарить и никаких идей.
— На день всех влюблённых? — проявляю вежливое любопытство и лениво приступаю к неторопливым размышлениям. Вслух.
— Купить кружевной полупрозрачный бюстгальтер и… дебак! Кажется, я говорила тебе о твоих замечательных сиськах?
СонМи свирепо грозит мне кулаком.
— Считаешь, что рано? — невинное лицо и ресницами хлоп-хлоп. — Холь! Короткая юбка? Нет, в ней на тебя чужие парни будут пялиться. Хотя смысл есть, ценить тебя будет. Да, понимаю, в такой день не надо его нервировать…
СонМи готовится напасть, я этого «не замечаю».
— А что он любит? Хобби у него есть?
Хобей у сына Мина не нашлось. Или СонМи не знает.
— Знаешь, что? Купи ему какую-нибудь мелочь, типа мужского дезодоранта. Выберешь его на свой вкус, чтоб тебе нравилось.
— Хорошая идея, — СонМи обкатывает поданную мысль в голове. — Так и сделаю. Но за сиськи ты мне сейчас ответишь.
Онни набрасывается на меня и начинается страшная и бескомпромиссная битва. Сначала с переменным успехом, — родители на наши визги внимания уже не обращают, — потом гимнастка, танцовщица и композитор в моём лице одерживают верх. Куда ей сразу с тремя моими ипостасями справиться?
Сижу на обессиленной онни, зажав коленями её руки по бокам, и бесцеремонно упираюсь в её груди. Был бы рядом Евгений, порадовался бы. А так, я просто завидую.
— Вот ведь счастье сыну Мина привалит, — выдыхая остатки скопившейся углекислоты, рассуждаю я. — Была бы парнем, прямо обзавидовалась бы.
Онни и Юри прекратили меня доставать с продой. Приучила их за последний месяц, что очередное продолжение, порядка двадцати страниц, выходит строго в тринадцать ноль-ноль по воскресеньям. Плюс-минус двадцать страниц, логически завершённых. Плюс бывает очень сильным, до десятка страниц сверх нормы. Если получается, очередная глава целиком выпускается. Сильно длинную дроблю на части.
Организовать это легко. Прода уже есть и стоит на таймере, наступит момент — откроется.
Слезаю с охающей онни.
— Как ты смеешь так обращаться со старшей сестрой? — СонМи бурчит, поправляя волосы.
— А почему ты не заботишься обо мне? — выдвигаю ей жуткое для Кореи обвинение. СонМи ошарашенно вылупляется на меня. Объясняю.
— Вот смотри: я зашла в твою комнату с твоего разрешения и вместе с тобой. Пока ты работала, я даже шороха не издавала, чтобы не мешать. А как ты себя ведёшь? Зная, что я пишу книгу, врываешься ко мне без стука, орёшь чего-то над ухом, сбиваешь мне концентрацию. И тут же требуешь продолжения, которое я как раз пишу, и которое ты мне писать мешаешь.
Онни молчит. Слегка розовеет.
— Может, ты и называешь это заботой о младшей сестре, а я считаю это пренебрежением ко мне и даже издевательством.
Лицо онни меняет розовые тона на более яркие. Гляди-ка, совесть ещё имеется!
— Когда ты заходишь к родителям, ты же стучишься? А почему? Потому что уважаешь их. Ко мне заходишь, как в туалет или ванную, когда там никого нет.
— Я должна уважать тебя и потому стучать в твою дверь? — ещё багровая онни сужает глаза. Корейцам делать так очень не рекомендую, но мы с ней не совсем кореянки.
— Ты должна любить меня и бережно ко мне относиться. Поэтому должна стучаться. Ты даже можешь не дожидаться, пока я отвечу. Стук — пауза — заходишь.
Молчит. Смотрит.
— Знаешь, как я к тебе захожу? Не знаешь. Я сначала прикладываю ухо к двери. Если слышу твой голос, тут же отхожу на цыпочках. Ты работаешь, и мешать тебе даже открыванием двери нельзя. Я и не мешаю.
— Тебе же открытая дверь не мешает!
— Не мешает. А твои вопли над ухом очень мешают.
Что-то я застоялась. Начинаю гимнастику для ног, начиная с пальцев. СонМи смотрит внимательно и с какой-то ревнивостью во взгляде. Пусть смотрит.
— Дебак! — лаконично сестрица комментирует мои разнообразные шпагаты и мостики. Завидуй молча, сестра!
Место действия: квартира семьи Лалисы.
Время действия: 27 февраля, 20:40.
Сижу за компом, но уже не по поводу книги, как многие предыдущие часы. Просматриваю на сайтах статистику моих книг, весьма убедительную, кстати. На родном корейском число покупок суммарно в текстовом виде и аудио превысило десять тысяч. Значит, двадцать тысяч долларов я заработала.
На американском сайте до такого уровня ещё далеко, но судя по динамике, это продлится не очень долго. Продажи первого тома уверенно штурмуют планку в две с половиной тысячи. Не сегодня, так завтра очередная высота уже взята. Книга попадает в топ-100.
Мигает почтовая сигналка. Опять мистер Кавендиш меня беспокоит? Переписка с ним пошла бойкая. Примерно в таком виде:
М-р Кавендиш:
— Мисс Ким, издательство согласно напечатать ваш второй том тиражом пять тысяч экземпляров. Но есть одна огромная просьба. Задержите, пожалуйста, продажи «Гарри Поттер и тайная комната» на Амазоне. До тех пор пока не будет распродана хотя бы половина тиража.
(Понятненько. Если хочет выпустить вторую книгу, то продажи первой идут бойко. Рискну предположить: неожиданно бойко. Зачем притормаживать электронную публикацию, тоже понятно. Боится конкуренции. Если электронной версии не будет, все кинутся покупать бумажную.)
Я:
— Хорошо, мистер Кавендиш. Но если мои книги не залёживаются, то я хочу больший процент авторских. 20 % вместо десяти.
(Далее искромётный торг. Да, я запросила много больше, чем реально рассчитывала)
М-р Кавендиш:
— Мисс Ким, таких авторских не бывает. Самые популярные и знаменитые получают 15 %.
Я:
— Хорошо, мистер Кавендиш. Согласна на 15 %.
М-р Кавендиш:
— Простите, мисс Ким, я твёрдо верю, что вы станете знаменитой и популярной, но пока это не так. 12,5 %.
Я:
— Согласна. Присылайте договор на второй том. Если он будет отличаться от предыдущего только размером роялти, то я его сразу подпишу.
(Томов впереди много, решила я, так что будет ещё возможность увеличить свою долю)
