«Так это ты ввела новые правила?»
«Отчасти да. Глубокое чувство адепта к своему Отворяющему возникало и раньше, это был просто сопутствующий эффект овладения Силой. Я воспользовалась этим, чтобы создать программу контроля за адептами. А потом позволила Бронвен убить меня».
«Но почему, Диана...»
«Я не Диана, а суть бывшей Хозяйки. Ты получил ответ, Артур, теперь уходи. Твоё присутствие пробуждает во мне Диану, и если это случится, она заберёт тебя к себе. А тебе ещё рано умирать».
«Диана... то есть суть. Ты причастна к похищению Дейдры и убийству ее отца?»
«Пути Источника неисповедимы, — туманно ответствовала суть. — Но не вини в этом Диану. Её карма чиста».
«Но...»
«Наш разговор закончен, я ухожу. Прощай, мы встретимся нескоро».
«Диана! — крикнул я. — Диана, подожди!»
Ответа не последовало. В недрах Источника царила могильная тишина.
— АРТУР, — послышался зов Бренды. — НЕМЕДЛЕННО ВОЗВРАЩАЙСЯ! ОБРАЗ НАКРЫВАЕТ ТЕБЯ. Я НЕ МОГУ НИЧЕГО ПОДЕЛАТЬ.
— Сейчас, — ответил я и в последний раз обратился к недрам Источника, где обитали сути умерших адептов: «Если кто-нибудь слышит меня, пусть передаст той, которая раньше была Дианой, что она подарила мне прекрасную дочь. И пусть она знает, что я никогда ее не забуду».
К счастью, мне хватило сил и выдержки не сорваться в последний момент, я благополучно возвратил Источнику всю энергию, которую взял у него, и лишь затем позволил себе такую роскошь, как потерять сознание...
*
Я очнулся под тем же зеленым небом Безвременья, измученный и разбитый. Рядом со мной сидела Бренда и грустно смотрела на меня. Она была одета уже не в праздничный наряд с пышными многослойными юбками и множеством драгоценных украшений, а в легкое, не сковывающее движений платье, из чего я заключил, что провалялся без чувств довольно долго.
— Сестричка, — с робкой надеждой произнес я. — Мне это приснилось?
Она медленно покачала головой:
— Нет, Артур. Все было на самом деле.
Я положил голову ей на колени и заплакал.
— Боже, что я наделал! Зачем я это узнал?! Как теперь я смогу жить с такой тяжестью на душе?!
— Ты сможешь, — сказала Бренда. — Ты должен. Ради Пенелопы, ради всех нас. Ты очень нужен нам, мы все тебя любим.
— Я тоже люблю вас, — ответил я, утирая слезы подолом платья сестры. — Но если Пенелопа узнает...
— Она не узнает, Артур. Никто ничего не узнает. Это будет нашим секретом, нашей страшной тайной.
— Страшной тайной, — повторил я. — Да, страшной... Ужасной...
Я попытался встать, и мне это удалось — правда, ноги держали меня не очень уверенно. Опираясь на плечо Бренды, я подошёл к парапету и посмотрел на спокойную гладь Источника. Где-то там, глубоко, в бездне...
— Бренда, ты знаешь, что я хочу сделать?
— Догадываюсь.
Спустя мгновение в её руках появился большой букет сумеречных роз с голубыми лепестками. Я молча взял у неё цветы, нежно прикоснулся губами к самому большому и самому красивому бутону, а затем с размаху бросил весь букет в Источник.
Прими мой прощальный подарок, Диана. Тебе мой прощальный поцелуй.
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ. ХОЗЯЙКА ИСТОЧНИКА
Глава 1. Бренда
Сегодня я проводила в путь Артура, Брендона и Дану. Сначала я хотела отправиться вместе с ними, но потом передумала — надо же кому-то управлять Морганом, которого Артур оставил управлять королевством на время своего отсутствия. Так я сказала братьям, а они сделали вид, что принимают мои доводы, хотя было ясно как день, что это лишь отмазка, а не действительная причина, по которой я решила остаться в Авалоне. Даже самые разумные и здравомыслящие люди (к коим я отношу себя) порой вынуждены прибегать к самообману. Это не признание собственной слабости, а скорее ярчайший образец безграничной хитрости человеческой — умение солгать самому себе ради своего же блага. И блага ближнего своего.
Собственно говоря, мы с Брендоном обманывались на пару. Ему было легче расставаться со мной, тешась надеждой на нашу скорую встречу в Солнечном Граде, а я, в свою очередь, страстно убеждала себя в том, что когда угодно могу вернуться в Экватор и снова быть подле брата, с которым связана неразрывными узами — то ли по капризу природы, то ли по воле Божьей... Мы, колдуны и ведьмы, обладающие огромным могуществом, которое делает нас в глазах простых смертных равными богам, вместе с тем просто помешаны на богоискательстве. Здесь я не представляю какого-то исключения, однако мой интерес к личности Творца всего сущего весьма специфический. У меня с ним особые счёты, и если он есть, то тем хуже для него. Когда-нибудь я разыщу его, где бы он ни прятался, и тогда он у меня попляшет...
При нашем прощании я увидела в глазах Артура невысказанный вопрос: «В чём проблема, сестричка? Если вы так тесно связаны друг с другом, то какое значение имеет для вас расстояние, пусть даже равное бесконечности?..» В принципе, он прав, вот только беда в том, что мы слишком тесно связаны. Представьте себе, что вас разрезали пополам и одну вашу половину поместили за тысячи миль от другой. Это, конечно, грубая и неудачная аналогия, но ничего лучшего я придумать не могу.
К счастью, мыслим мы самостоятельно. И я, и Брендон — две отдельные личности, уникальные, неповторимые. Мы часто спорим, иногда ссоримся, лжём друг другу, у нас разные вкусы, интересы, взгляды на жизнь — но по-разному жить у нас не получается. Всему виной наша тесная эмоциональная связь.
Моя первая попытка начать самостоятельную жизнь закончилась полным фиаско. Мне очень больно вспоминать об этом; тогда мы с Брендоном были на грани сумасшествия, и только случайность, авиакатастрофа, в которой погиб мой муж, положила конец нашим мучениям. Моя единственная горькая любовь ранила меня в самое сердце, и с тех пор оно загрубело, ожесточилось. Правда, Артур считает меня редкостной душечкой, но он ошибается. На самом деле я злюка, а вся моя доброта — от Брендона. Я получаю садистское удовольствие от каждого своего хорошего поступка, ибо делаю это в пику Богу, который создал человечество только затем, чтобы оно страдало. А я, по мере своих сил, ставлю ему палки в колёса и этим отвожу душу.
И вот я предпринимаю вторую попытку обрести самостоятельность. Я решила остаться с Артуром и помочь ему строить новый Дом — тогда как Брендон отправился в Экватор, чтобы взойти на престол в Царстве Света. Вместе с Даной, своей женой.
Я от всей души желаю им счастья, но боюсь, что одного моего желания будет мало. Чем дальше, тем милее Брендону Дейдра и тем больше он убеждается, что явно поспешил с женитьбой на Дане. Всё чаще его посещают мысли (я их не слышу, но чувствую), что лучше бы он попытался увести у Артура жену. Кстати, сам Артур был бы только рад этому. В последнее время он окончательно охладел к Дейдре и так и пасёт глазами Дану. Мне жаль его. Мне жаль Дейдру и Дану. Также я жалею Брендона и жалею себя — ибо мучения брата эхом отзываются во мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
