Произнеся эти слова, Кассандра с победоносным видом посмотрела на меня и профессора, ожидая, наверное, что мы сейчас начнем рукоплескать ей.
— Извините меня, сеньорита, — сказал профессор, явно не собиравшийся хвалить ее, — но вы упомянули так много всяких богов, что я в них просто запутался.
— Ой, нет, это вы меня извините. Я иногда забываю о том, что вы не так хорошо знакомы с мифологией майя, как, скажем, я. — Касси на мгновение замолчала, собираясь с мыслями. — Видите ли, вот этот украсивший себя перьями дядечка, как я вам уже сказала, является жрецом, а змей справа от него — это самое главное божество в религии майя. Оно более широко известно по его ацтекскому наименованию — Кетцалькоатль…
— Один момент! — перебил Кассандру профессор. — Это божество, по-моему, знакомо мне. Не тот ли это бог, с которым ацтеки спутали испанских конкистадоров?
— Именно так! — оживившись, подтвердила Касси. — Существует легенда, что за много веков до прибытия испанцев бородатый светлокожий бог приплыл сюда по морю с той стороны, откуда восходит солнце, и правил на этих землях в течение нескольких лет. Затем он, не давая никаких объяснений, отправился туда, откуда приплыл, однако пообещал, что когда-нибудь вернется, чтобы править всеми народами майя.
— Думаешь, это мог быть тамплиер? — спросил я, чувствуя, как меня охватывает волнение.
— Вряд ли, — отрицательно покачала головой Кассандра. — Эта легенда повествует о гораздо более древних событиях. Возможно, этим «богом» был какой-нибудь финикийский или греческий мореплаватель, попытавшийся определить, где же находится граница мира. Существует даже предположение, что им был человек, ставший главным героем «Одиссеи» Гомера и что именно он вдохновил знаменитого древнегреческого сказителя на создание поэмы о таком невероятном путешествии.
— Ты имеешь в виду…
— Да, Улисс, твоего тезку[48]. Так или иначе, но с тех пор все светлокожие бородачи, которые высаживались на побережье Центральной Америки, воспринимались местными жителями как потомки легендарного Кетцалькоатля, который вернулся, чтобы выполнить свое обещание.
— Именно так здесь и были восприняты испанцы, — подтвердил профессор, который внимательно слушал Кассандру.
— А возможно, и тамплиеры, — добавил я.
— Я к этому и веду, — сказала Кассандра. — Вы теперь знаете, что у майя была страсть к датированию всех происходивших в их жизни событий: войн, рождений, смертей, жертвоприношений, прочих религиозных церемоний. И конечно же, изображенные на этой стеле события не являются исключением.
Мы с профессором молча уставились на Кассандру, подозревая, что она сейчас сообщит нам нечто сногсшибательное.
— Если говорить более конкретно, — продолжила Касси, — то на данной стеле, посвященной подношению, сделанному Кукульканом-Кетцалькоатлем, фигурирует следующая дата: восьмой тун четвертого катуна одиннадцатого бактуна первого длинного счета. Это соответствует четыре тысячи четыреста двадцать второму году с момента создания календаря майя.
— А нельзя ли перевести это на более понятное для нас христианское летоисчисление? — пробурчал я.
Кассандра, довольная тем, что ей удалось запутать меня, улыбнулась.
— Нулевой год майя соответствует по григорианскому календарю три тысячи сто четырнадцатому году до нашей эры, а поэтому, если мы отсчитаем от него упомянутые мною четыре тысячи четыреста двадцать два года, то получим…
— …тысяча триста восьмой год от Рождества Христова! — воскликнул профессор. — Получается, что это произошло на следующий год после того, как суда тамплиеров выплыли из Ла-Рошель!
Кассандра сделала паузу, чтобы перевести дыхание, а заодно этой паузой придать весомость своему умозаключению, о котором она собиралась сообщить.
— Вы правы, профессор, но это еще не все, — с торжествующей улыбкой заявила Касси. — После того как я тщательно изучила возможные переводы высеченных на этой стеле иероглифов, — она снова сделала паузу, а затем голосом академика, выступающего на научном конгрессе, продолжила: — я пришла к выводу, что бог-солнце может означать большое подношение в виде золота. Что касается Кетцалькоатля, то, по всей видимости, он символизирует светлокожих людей, явившихся в Яшчилан в тысяча триста восьмом году. Ну а под Ах-Пучем, исходя из мифологии майя, здесь подразумевается так называемый сенот — большой природный колодец, образовавшийся в известняковой породе под воздействием подземной реки.
— Это означает…
— Это означает, что я ни минуты не сомневаюсь в том, что наши друзья-тамплиеры прибыли сюда и решили — с благословения местных жрецов! — замаскировать привезенные ими сокровища ордена Храма под видом подношения богам майя. Для этого они опустили их на дно сенота, который, если я, конечно, не ошибаюсь, должен находиться где-то поблизости.
Разложив подробную военно-топографическую карту местности на большой каменной плите, которая, по словам Касси, когда-то использовалась для совершения человеческих жертвоприношений, мы стали искать предполагаемое местонахождение сенота.
— Судя по карте, ближайший сенот находится от нас более чем в ста километрах, — разочарованно сказал профессор.
Кассандра выпрямилась и окинула нас сердитым взглядом.
— А я думаю, что данная карта недостаточно подробная или, возможно, этот колодец пока еще не обнаружили, — возразила она. — Могу вас заверить, что выводы, которые я сделала на основе анализа иероглифов, — правильные. Ошибка исключена.
— Я в этом не сомневаюсь, — спокойно произнес я. — Тем не менее, если я правильно понял, упомянутый тобой сенот необязательно должен находиться именно здесь. — Это всего лишь твое предположение.
Кассандра недовольно поморщилась.
— По-твоему, они понесли на своих спинах несколько тонн золота дальше в сельву, а эти иероглифы были высечены на стеле просто для отвода глаз?
— Касси, ну чего ты злишься? Нам необходимо учитывать все допустимые в этой ситуации варианты.
— В таком случае мой вариант, который ты считаешь ошибочным, можешь прямо сейчас выкинуть из головы, — в сердцах выпалила Кассандра.
— Да ладно, не кипятитесь, — примирительным тоном сказал профессор. — Давайте будем исходить из того, что сенот все-таки находится где-то поблизости, однако его по какой-то причине не обозначили на карте. Почему, по-вашему, такое могло произойти?
Мы с Кассандрой переглянулись.
— Возможно, он просто очень маленький и его в этом густом тропическом лесу еще не обнаружили, — неуверенно произнеся.
