пожалуй, тоже лучше бы держаться от нас подальше.
— Я вовсе не это имела в виду, – возразила Эгвейн. – Конечно, она хотела уехать. И ты действительно не имел права ее удерживать. Но почему ты все-таки не попросил ее остаться? Не дал ей понять, что не хотел разлучаться с ней?
— Но она же хотела уехать, – повторил вконец сбитый с толку Ранд, заметив, что Эгвейн закатила глаза, будто он несет полнейшую чепуху. Если он не имел права удерживать Илэйн, то с какой стати должен был упрашивать ее остаться? И что толку говорить об этом, когда она давно в пути?
Неожиданно послышался голос Морейн:
— Ну что, ты готов поделиться со мной своим очередным секретом? Я давно поняла, что ты что-то утаиваешь. Ведь на худой конец я могла бы предостеречь тебя от рокового шага, ведущего к пропасти.
Ранд вздохнул. Он и не слышал, как приблизились Морейн и Лан. Подъехал поближе и Мэт, хотя он по-прежнему старался держаться поодаль от Айз Седай. Лицо Мэта было задумчивым; казалось, суровая решимость боролась в нем с сомнением и неохотой, что было особенно заметно всякий раз, когда он украдкой бросал взгляд на Айз Седай. При этом юноша ни разу не взглянул на Морейн прямо.
— Ты и вправду хочешь пойти со мной, Мэт? – спросил Ранд.
Мэт пожал плечами и ухмыльнулся, но как-то неуверенно:
— Кто же захочет упустить шанс взглянуть на этот проклятый Руидин?
Услышав это, Эгвейн подняла брови.
— О, прошу прощения за грубость, Айз Седай, но готов держать пари, что я слышал от тебя словечки покрепче и по менее серьезному поводу.
Эгвейн глянула на Мэта с негодованием, но покраснела – видно, удар угодил точно в цель.
— Радуйся тому, что Мэт здесь, – холодно заметила Морейн. – Ты совершил серьезный просчет, позволив Перрину уйти, да еще и скрыв его уход от меня. Мир покоится на твоих плечах, Ранд, но эти двое должны помогать тебе поддерживать его, иначе ты падешь, а вместе с тобой и весь мир.
Мэт моргнул. Ранду показалось, что он с трудом сдержал желание развернуть своего мерина и припустить вскачь.
— Я знаю свой долг, – промолвил Ранд. И участь свою знаю, подумал он, но вслух этого не сказал, ибо не хотел, чтобы его жалели. – Кому-то из нас надо было вернуться в Двуречье, Морейн, а Перрин желал этого. Ты хочешь, чтобы все только и думали о спасении мира. Пойми, я… делаю то… что должен.
Страж кивнул, хотя и промолчал. Лан не имел обыкновения спорить с Морейн при посторонних.
— Ну так в чем твой секрет? – допытывалась Айз Седай.
Ранд понял, что она не отстанет, пока не добьется своего, к тому же у него не было больше причин скрывать свои намерения.
— Портальные Камни, – просто ответил он. – Я воспользуюсь ими, если нам повезет.
— Портальные Камни! – воскликнул Мэт. – Чтоб распоганый Свет сжег меня со всеми потрохами! И нечего морщиться, Эгвейн. Повезет? Неужто тебе одного раза недостаточно, а, Ранд? Ты что, позабыл, что однажды чуть было не угробил нас при помощи этих проклятых камней? С меня хватит. Уж лучше я вернусь на какую-нибудь ферму, наймусь в батраки да всю оставшуюся жизнь буду накручивать хвосты свиньям.
— Мэт, тебя никто не неволит, – проговорил Ранд, – ты вправе выбирать свой путь.
Лицо Морейн выглядело спокойным, но под маской невозмутимости бушевала ярость. Однако Ранд не обращал внимания на ее ледяные взгляды. Даже Лан, хотя выражение его лица не изменилось, как видно, неодобрительно отнесся к услышанному. По убеждению Стража, долг превыше всего; и Ранд, безусловно, обязан исполнить свой долг, что же касается его друзей… Ранд вообще не любил принуждать людей против их воли, а уж близких – тем более. Особенно если этого можно избежать.
— У тебя нет причины идти со мной в Пустыню.
— Еще как есть! На худой конец… А, чтоб мне сгореть! Двум смертям не бывать, а одной не миновать. – У Мэта вырвался нервный смешок. – Проклятые Портальные Камни! О Свет!
Ранд нахмурился. Согласно Пророчеству, лишиться рассудка должен был он, но похоже, куда ближе к этому сейчас был именно Мэт.
Эгвейн встревожено взглянула на Мэта, но склонилась к Ранду и негромко произнесла:
— Ранд, Верин Седай кое-что рассказывала мне о Портальных Камнях. Говорила она и о… путешествии, которое ты предпринял. Неужели ты и вправду собрался это сделать?
— У меня нет другого выхода, Эгвейн. – Он должен был двигаться как можно скорее, а нет более быстрого способа перемещения, чем при помощи Портальных Камней, представляющих собой реликты Эпохи более древней, чем Эпоха Легенд. Даже Айз Седай Эпохи Легенд – не чета нынешним, – кажется, не понимали, как они действуют. Зато эти самый быстрый путь, если, конечно, все сработает, как задумано.
Морейн терпеливо прислушивалась к разговору, особенно к словам Мэта, хотя Ранд не мог понять почему. Наконец и она вмешалась в беседу:
— Верин и мне рассказывала о твоем путешествии с помощью Портальных Камней. Тогда с тобой было всего несколько человек, а не сотни людей и животных, как сейчас, и тем не менее твои спутники едва уцелели. Подобный опыт не очень-то хочется повторять. Все может обернуться не так, как ты замыслил. В прошлый раз ты направил такой мощный поток Силы, что чуть не погиб. И даже если ты оставишь здесь большую часть айильцев, стоит ли так рисковать?
— Придется, – отозвался Ранд, нащупывая в кошеле под письмами маленький твердый предмет. Морейн между тем продолжала:
— Откуда ты знаешь, что в Пустыне есть Портальный Камень? Верин знает о них побольше меня, но и она не слыхала ни о чем подобном. И даже если такой камень есть, сможем ли мы с его помощью оказаться к Руидину ближе, чем сейчас?
— Лет шестьсот назад, – промолвил юноша, – один бродячий торговец захотел взглянуть на Руидин. – В другое время Ранду доставило бы удовольствие поучить чему-нибудь Айз Седай, но не сейчас. Он сам знал ничтожно мало. – Так вот, этот малый заявил, что в Пустыне он видел золотой город, паривший в облаках над горами.
— В Пустыне нет городов, – заявил Лан, – ни на облаках, ни на земле. Я сражался с айильцами. Нет у них никаких городов. – Это верно, – поддержала Стража Эгвейн, – Авиенда рассказывала мне, что впервые в жизни увидела город, только когда покинула Пустыню.
— Может, и так, – сказал
