девица, − кстати, отряд вышел на позиции и готов начать подготовку к штурму.
− Сколько времени вам требуется на приведение систем залпового огня в готовность? – Спросил я её.
− Пять минут, лейтенант! – Четко отрапортовала она. Обернувшись, она прокричала в сторону колонны, − Готовсь к залпу!
Из машин высыпал народ, кто-то приводил в готовности минометы, также из кузовов доставались станковые пулемёты.
− Не беспокойтесь за меня и открывайте огонь по поместью, как будете готовы, − Сказал я, развернувшись в сторону поместья.
− А как же штурмовая группа, не будешь её ждать? − Проговорила она.
− Вы сами по себе, я - сам по себе. Вы действуете по приказу, а я потому, что по-иному не могу, − Я сорвался с места, в бешеном темпе приближаясь к видневшимся огням фонарей, горевших на территории особняка.
У входа на территорию особняка, окруженного четырехметровой стеной, стояла боевая машина пехоты. Около неё стояли около двух десятков человек, вооруженных тяжелыми ручными пулеметами. Клан Фасен не спал, и был готов к нападению, штурм даже с поддержкой мутного отряда, что выделила императорская семья, виделся мне очень непростым делом. Хоть я и жаждал крови, но самоубийство не входило в мои планы. Я уже собирался начать нападение на охрану входа и связать их боем, как практически бесшумно появился физик, на плечах которого сидело по бойцу.
− Лейтенант, не дури, ждем начала обстрела, после пуска ракет мы начнем штурм и зачистку, успех зависит от слаженного нападения по всему периметру особняка, а не от нападения в одной точке. Не беспокойся, отряд сделает всё как следует, и чтоб никто не смог избежать кары, сейчас все группы рассредоточатся по периметру и штурм начнется, − Я замер, ожидая начала штурма.
Минуту, я ждал целую минуту, во время неё я старался успокоиться и убрать все лишние мысли из головы, после боя я буду стенать по любимым, а сейчас время убивать без злости и жалости. Начали мы штурм одновременно со звуком влетающего снаряда системы залпового огня, бойцы, спрыгнувшие с плеч физика, оказались владеющими психокинетиками.
Мы рванули к воротам, мой пулемет начал стрельбу одновременно с пулемётом физика, который, прикрываясь щитом, пер наравне со мной, психокинетики, оставшиеся позади нас, отклоняли пули, не давая попасть им в нас, я видел это прекрасно внутренним зрением. Пустые были беспомощны словно дети, никакая обученность или вооружение не могло равняться с силой и скоростью реакции физика, мне надо было прицеливаться, я знал, куда полетит пуля, для меня все происходило как в замедленной съемке. Вот боец разворачивается и пытается поднять свое оружие, но пуля, разнесшая ему переносицу и практически лишив головы, оборвала его путь. Вот пулями отрывает ноги рядом стоящим бойцам и они, еще не осознав ничего, лежат и смотрят на свои культи, истекающие кровью. Башня бронированной машины пехоты только начала поворачиваться, как башню оторвало и в внутрь машины, ведомые силой психокинетиков, полетели гранаты. Владеющие не были под обстрелом, все внимание противника было сосредоточено на мне с физиком, а владеющие спокойно атаковали противника своей силой, вырезая обреченных на смерть защитников ворот. Когда последний из защитников упал, воздух наполнился гулом взлетающих реактивных снарядов из залповых установок, ночное небо осветилось светом летящего снаряда, и он как божественное копье правосудия устремился в центр поместья, неся смерть и разрушения клану Фасен.
Взрыв снаряда был огромной мощности, даже за стеной я ощутил силу ударной волны, и каждый последующий снаряд, упавший на поместье, давал понять, что с каждым снарядом клан Фасен прекращает своё существование. Я не стал ожидать прекращение обстрела, с лёгкостью преодолев стену, начал отстрел всего, что бегало и пыталось выжить в этом аду. Меня не замечали в этом аду, где постоянно взрывались дома от несущейся с неба смерти, а в том грохоте взрывов постоянно стреляющий пулемёт был незаметным, и я, двигаясь по территории клана, практически не имея сопротивления, забирал ежесекундно чью-то жизнь. Не все снаряды достигали своей цели, многие взрывались в воздухе, не долетев до земли, владеющие клана Фасен сбивали и уничтожали их своей силой. Огневики и владеющие силой молний прекрасно демаскировали себя в ночи, и я внутренним зрением видел, как слаженно на каждого из них летели десятки крупнокалиберных пуль и реактивных снарядов из ручных гранатометов. Я тоже не оставался в стороне, расстреливая всех и вся, и было без разницы кто стоит у меня на дороге. Несколько раз я схватывался в рукопашный бой, мне противостояли обычные пустые, которых я разрывал на куски или просто раздавливал руками их головы, несколько раз на меня нападали женщины с ножами в руках, которые надеялись защитить своих детей, но и они понесли от меня смерть. Никто из клана Фасен не выживет, один раз их пощадили, второго раза пощады им не будет, они сделали свой выбор, и он привел к смерти всех членов клана независимо от пола, возраста и положения. Огонь, молнии, взрывы, смерть. Повсюду была смерть, у меня давно кончились патроны, но я все равно продолжал свой кровавый путь. Отбирая оружие у защитников клана, я беспрестанно уничтожал клан Фасен. Когда обстрел прекратился, штурмовой отряд перебрался через стену и начал слаженно вырезать оставшихся в живых. Я видел, как владеющий распадом, проходя мимо, расщепил с пяток зданий вместе с укрывшимися в них людьми, огневики заливали все огнем, который сжигал заживо всех, кого встречали.
Бой длился всего час, за этот час мой бронежилет превратился в лохмотья, а клан Фасен перестал существовать. Никто не остался в живых, жалости не было ни к кому, дети, старики, женины, виновны или нет, всех постигла смерть. Мой вклад в уничтожение клана Хитаси был минимален, не знаю, кто скрывался под масками в отряде, и какой у них был «дан», но нигде такой силы я не видел. Оплавленными камнями, которые раньше были домами, была усеяна вся территория, да и само поместье перестало существовать, вместо неё местность стала похожа на жерло вулкана, где не осталось ничего живого. Одни только оплавленные фундаменты напоминали, что здесь когда-то жили люди. Мне не удалось добраться до главы клана, но смерть он понес не от меня, его уничтожил ядовик отряда, и увидел я только разлагающиеся тело главы клана, которое с трудом напоминало этого улыбающегося ублюдка, который был причастен к смерти моих родных. Когда отряд собрался у ворот в поместье, все начали осматривать свои раны, мне тоже помогли. Множество осколков и
