делом! — добавил незнакомец и вместе с главой семейства Сервантес, они пошли дальше.
Винсент поднялся на ноги и проводил их взглядом. Ему ужасно хотелось расправится с врагом его семьи прямо сейчас, но он понимал, что у него могут возникнуть проблемы.
Да, обычные моряки не смогли бы ему ничего сделать. Одним движением своей руки он обратил бы их в пепел, но помимо матросов, тут было еще и много магов и вот с ними могли возникнуть проблемы даже у такого сильного боевого чародея, как Багровый палач.
— Фуу-ух, — Рошфор сделал глубокий вдох, провожая аристократов взглядом, полным ненависти. Он уже знал, как расправится с ними.
Ему необходимо было, просто, подождать, когда иллерийские собаки поплывут обратно, а когда они окажутся больше чем на половину пути к материку, он просто спалит к чертям собачьим все эти корабли, а сам долетит до своей страны, благодаря своей магии.
При этом, Винсент был уверен, что даже несмотря на то, что здесь собрано много магов воздуха, им повторить его маневр, просто, не хватит сил.
Не говоря уже, что часть вообще не переживет его атаки.
Ну, и разумеется, Сервантес подохнет здесь же, и не спасут его магические артефакты.
Подумав над этим, Рошфор улыбнулся, так как настроение его заметно улучшилось.
Теперь, ему оставалось только ждать высадки на берег, и ждать оставалось недолго.
* * *
Соленый морской воздух я почувствовал, когда до самого пляжа было еще идти и идти.
— Я вижу море! — довольным голосом произнес Жумельяк, который снова совершал разведку своим Дозорным.
— А корабли? — поинтересовался я у Жозе.
— Пока нет, — покачал маг воздуха головой.
— Ну, значит прибудут позже, — ответил я сыну кардинала и закрыл глаза, подставляя лицо приятному прохладному ветерку.
— Что ты думаешь, насчет Сервантеса? — спросил меня Жумельяк.
— Ничего. Я видел его всего один раз, — честно ответил я. — И-то, пару секунд, пока мы вытаскивали Призрака из иллерийской тюрьмы, — добавил я. — А что?
— Да вот думаю, на что он готов ради своей дочери? — задумчиво ответил Жозе.
— Ты о чем? — решил уточнить я.
— О том, что будет ли он воевать на нашей стороне против Иных, — ответил Жумельяк. — Все, что я рассказал о стратегии войны против Иных Избраннику Угла, базируется на том, что нам будет оказана помощь с кораблей. Без поддержки артиллерии с кораблей, численный перевес сил врага может стать для нас фатальным, — добавил он и я кивнул.
— Знаю. Но я сделаю так, что у него не будет выбора, — ответил я сыну кардинала.
— Ты сам знаешь, что выбор есть всегда, — покачал головой мой собеседник.
— Не тогда, когда мы с шаманками проведем ритуал, который заставит его выполнить все обязательства, которые он нам даст, — ответил я Жозе и посмотрел на Багровую росу.
Все же хорошо, что я встретился с ее племенем, — подумал я, и вспомнил, что скоро мне вновь представиться случай увидеть ее отца.
И кто знает, что можно было ожидать от этой встречи…
— А ты не слишком сильно стал полагаться на магию Иных? — вопрос Жумельяка стал для меня неожиданным.
— Нет, — честно ответил я. — А что? Ты имеешь что-то против их магии? — задал я вопрос Жозе, ибо мне стало интересно послушать его мнение на этот счет.
— Не то, чтобы имею. Просто, мне она кажется какой-то сумбурной и непонятной, — ответил мой собеседник. — Я не понимаю, как они, вообще колдуют не используя форм. Они, как будто стараются использовать ману не плавно и гибко, как это делаем мы, а наоборот. Будто бы ломая, карёжа и пытаясь силой заставить ее подчиниться и заставить «работать» так, как им хочется, — добавил сын кардинала и наступила моя очередь задуматься.
Да, я понимал о чем он говорит, так как прочитал все книги по магии, которые дал мне Жозе, но которые не очень помогли мне разобраться в том, как «работает» магия в этом мире.
Вернее, не так. Как она «работает», я понимал, но вот с заклинаниями было все гораздо сложнее. Маги этого мира, во всяком случае те, что жили на материке использовали формулы, которые подкрепляли магическими жестами, придавая мане определенные формы, которые и назывались заклинаниями.
Я же использовал магию напрямую, усиляя ей свое тело, создавая защитный контур вокруг себя, или используя техники, которые по сути, были более сложным манипулированием магической энергии.
При этом, стоило мне попытаться создать магическую вязь и формулу, то есть придать магии форму, как я сразу же заходил в тупик, ибо просто, не понимал, как это делать.
Но и магию Иных, я повторить тоже не мог.
В отличии от людей, они пользовались магическими жезлами, но при этом могли обходиться и без них. И также как и я, они использовали ману напрямую, но не использовали формулы.
Когда же я просил объяснить Принявшую разложение или Багровую росу о том, как они создают свои заклинания, они не могли мне толком ответить.
Мол, «я так чувствую» был самый популярный ответ дочери Избранника Угла, который мне ни о чем не говорил.
Магические же жезлы Иные использовали для простоты творимой ими волшбы. Во всяком случае, так объяснила мне шаманка.
В общем, было мне не подходил ни один из вариантов использования магической энергии, и в какой-то момент я уже хотел было бросить эту затею, но услышав слова Жозе, вдруг задумался над тем, что не попробовать ли мне соединить приемы использования магии Иных и людей.
Такая идея, конечно, посещала меня и раньше, но почему-то именно сейчас, услышав аналогию Жумельяка, меня будто озарило.
Неужели у меня может получиться? — подумал я и улыбнулся.
Глава 20
К сожалению, опробовать свою теорию на практике у меня не было времени.
Спустя около получа, мы наконец, увидели линию горизонта Моря Древних, а спустя еще несколько минут, наши сапоги погрузились в мягкий и горячий песок.
И судя по моим счастливым и довольным лицам моих друзей, их вид моря очень даже радовал, что не сказать про Избранника Угла и его дочь.
Чувствовали себя «дети болот» здесь явно, как не в своей тарелке.
— Мы пришли первыми? — удивился я, когда оказалось, что пляж полностью пустой.
— Да, — кивнул вождь
