это не значит, что я все время спокойна или вдвойне счастлива.
Я была счастлива с Джоном. Так чертовски счастлива, что все остальные проблемы казались незначительными. А теперь мой мир превратился в сплошную темноту. И, черт побери, не следовало из-за мужчины позволять себе пасть так низко.
Бренна делает глоток из шейкера, затем добавляет еще немного рома.
— Думаю, никто из нас никогда не сможет сказать, что все в нашей жизни идеально.
Джон как-то сказал почти то же самое. Боже, он заполонил всю мою жизнь. Каждая мысль в моей голове каким-то образом связана с ним. Раздраженно бью руками по воде и сосредотачиваюсь на разговоре.
— Я люблю работать с людьми. Люблю им помогать. Только не знаю, где это применить. Хочу стабильности в жизни. В современном мире медицинская страховка и соцпакет звучат очень заманчиво.
— Хм…
Подошедшая Бренна обновляет наши коктейли. Такими темпами мы проведем выходные в пьяном угаре. Впрочем, я не жалуюсь.
Она садится на край бассейна и опускает ноги в воду.
— «Килл-Джон» спонсирует кучу благотворительных организаций. До недавнего времени Скотти поручал управлять такими делами стажерам, но тех больше интересовала музыкальная сторона бизнеса, поэтому много важных моментов ускользало от их внимания. Мы уже обсуждали необходимость найти человека, который отвечал бы за организацию рекламных кампаний. По сути, нам нужен координатор мероприятий, который также будет заниматься развитием новых проектов. — Ее янтарные глаза встречаются с моими. — Ты бы справилась с этой работой.
— Я? — взвизгиваю. — У меня нет никакого опыта в таких делах.
Бренна пожимает плечами.
— У меня тоже не было опыта, когда я начала заниматься пиаром. Нам нужен человек, знающий, как организовать подобные мероприятия так, чтобы для благотворительных организаций все прошло весело и в непринужденной обстановке. Я говорю не о скучных гала-концертах, а о жизненном опыте, который поможет придумать, как собрать побольше денег, пока присутствующие пребывают в состоянии блаженства. Я знаю, ты справишься.
Ком подступает к горлу.
— Бренна… это… было бы… — Чудесно. Ужасно. — Но я не могу. Не могу устроиться на работу, где в итоге буду контактировать с… ним.
По тому, как Софи смотрит на Бренну, а Либби внезапно становится слишком заинтересованной своим напитком, я понимаю, что они согласны со мной. Только вот Бренна не разрывает со мной зрительного контакта.
— Я не безмозглая дура. Знаю, что будет чертовски сложно и неловко. Но, черт возьми, не позволяй ему управлять своей жизнью. Если ты хочешь эту работу, она твоя. Или я помогу тебе найти другую.
У меня дрожит нижняя губа, когда я ей улыбаюсь, смаргивая слезы.
— Ты просто потрясающая, Бренна.
— Да, я такая, — усмехается она. — Серьезно, Стелла, поразмысли над моим предложением. Ладно? Тебе стоит думать в первую очередь о себе.
Я не смогу взяться за эту работу. Я не так сильна духом. Но Бренна права: мне нужно разобраться, как жить без Джона. К тому же он присутствовал в моей жизни не так долго. Вряд ли будет так уж сложно вернуться к привычной жизни, когда Джакс Блэквуд был просто голосом, который я периодически слышала на «Пандоре»26.
Впрочем, я лгу сама себе. Сожаление и печаль тянут меня вниз, пока я иду ко дну. Я, как и всегда, буду скрывать чувства за фальшивой улыбкой и притворяться, что счастлива. Но это конец, и я не знаю, как мне все преодолеть.
Глава 32
ДЖОН
Я снова начал бегать. Жгучая боль, сосредоточенная только в мышцах и легких, приводит меня в чувство. Если делаю забег на длинные дистанции, разум словно очищается. Люблю такие моменты. Ощущаю себя живым, лишь когда голова не забита всякой дурью. А если вдруг начинает закрадываться какая-то посторонняя мысль, просто ускоряю бег. И это работает. Все дело в том, что я умело переключаю внимание.
Однако после пробежки все равно приходится возвращаться домой. А там начинает щемить в груди при виде каменной лестницы, ведущей к тем самым чертовым резным деревянным дверям. И когда ввожу код на цифровой панели. И даже от проклятого запаха дезинфицирующих средств в лифте. Она повсюду, поэтому прятаться в квартире — не вариант. Так что я бегаю до изнеможения, только бы меньше времени проводить дома.
Факт остается фактом: следует перестать накручивать себя. Мне нужно жить дальше. Убраться из Нью-Йорка. А лучше за пределы США.
Поеду в Англию. Нет, к черту все. Съезжу к Киллиану в Австралию. Он как раз остановился в доме Скотти; там найдется место и для меня.
В наушниках начинает играть «Steady, as She Goes» группы The Raconteur's. Обычно мне нравится эта песня, но сейчас от нее мурашки по коже. Рывком выдергиваю наушники из ушей, сворачиваю вниз по улице и бегу к дому. На грудь словно положили тяжелый камень. Я бы забеспокоился, что у меня сердечный приступ, но этот груз лежит на сердце с тех пор, как… ладно, хватит об этом.
Из-за усталости едва стою на ногах и чуть не падаю, когда добираюсь до лестницы. На крыльце, раскинув ноги, вальяжно сидит парень. В какой-то момент в моем затуманенном разуме мелькает мысль, что у меня, наверное, галлюцинации. Я жутко измотан, и мне вполне могло померещиться. Но затем парень переводит на меня взгляд и одаривает знакомой надменной ухмылкой, которую я наблюдал на протяжении более половины своей жизни. Теперь понимаю, что мне не привиделось.
— Дерьмово выглядишь, — заявляет Киллиан. Как всегда к месту.
Беру предложенную мне бутылку лимонада и выпиваю залпом. От освежающего и сладкого напитка голова снова начинает работать. Вытираю рот тыльной стороной ладони и пытаюсь отдышаться.
— Ты вернулся. — Очевидно же.
— Да ладно… — улыбается он. — Ты заметил.
— Придурок.
Я бросаю в него пустую бутылку, и он ловит ее, явно предвидя мой ход. Мы всегда без слов понимали друг друга. Он — часть меня. Или это в прошлом. Когда я попытался свести счеты с жизнью, наша дружба оказалась под ударом. Теперь она напоминала плохо зажившую рану, превратившуюся в толстый и кривой келоидный рубец.
Однако, несмотря на ту боль, что мы причинили друг другу, я скучал по этому парню. У меня возникает странный порыв дать волю эмоциям. Глаза жжет от непролитых слез, поэтому я отворачиваюсь, чтобы Киллиан ничего не увидел.
— Мне нужно принять душ.
— Ага, и побыстрее. — Киллиан встает и отряхивает свою задницу. — От тебя воняет.
Я наконец осознаю, что Киллиан вернулся. А это значит, Стелла ушла. Внезапная слабость в коленях вынуждает меня схватиться рукой за каменную балюстраду.
