Она снова прильнула к нему. Они крепко держались за руки, разговаривая вполголоса, строили предположения, разрабатывали план. Наконец, они точно знали, что должны делать. План вырисовывался целиком. Той ночью, впервые за последние несколько недель, Анна заснула легко и спокойно. Дни до суда шли быстро. Майклу разрешили навестить их еще только один раз. Он вынул из кармана маленький сверток. Отдавая его Анне, он сказал:
— Я хотел принести тебе что-нибудь морское. Но все умирает без воды. Кроме этого. Это продолжает жить. Если она лишается одного щупальца, вырастает другое, сильнее и красивее, чем прежде. Она, как ты, Анна.
Женщина развернула платок. Это была морская звезда. Яркое оранжевое существо, растопырившее свои пальчики в разные стороны. Звезда была жива и пахла морем. Одно из ее щупалец было потеряно в схватке с себе подобными или, когда она спасалась от какого-нибудь хищника. Но на его месте уже начало расти новое, сильнее и ярче.
— В Чарльзтауне ее называли звездой моря.
— Это название подходит больше. Африканцы говорят, что звезды — дети луны, а морские звезды — дети, которые спустились на землю.
Анна завернула подарок в платок и вернула Майклу.
— Спасибо за напоминание о море, Майкл. Отпусти ее, чтобы сохранить ей жизнь, — она усмехнулась. — Когда я была маленькой, я всегда думала, что луна следует за мной.
Он рассмеялся и обнял ее.
— Возможно, так оно и есть.
***
28 ноября рассвет выдался ясным и теплым. Анна и Мэри тщательно отрепетировали свои роли, так же тщательно, как они готовились к бою. Изучали и отшлифовывали слова и жесты, как некогда пистолеты. Накануне вечером им выдали чистое белье, дабы не смущать благопристойность зрителей. Руки оставались связанными, но с лодыжек сняли кандалы, и Анне было весело оттого, что она снова может передвигаться свободно. Когда женщины пересекли тюремный двор, Анна взглянула на толпу. Сотни зевак собрались на площади: проститутки и добропорядочные леди, торговцы и плантаторы, черные, белые, арабы. Казалось, все население Ямайки и близлежащих островов, собралось у этой узкой дорожки. Они вытягивали шеи, чтобы получше рассмотреть пленниц, кричали, свистели, насмехались. Было брошено несколько наглых предложений, но Анна и Мэри шли молча, опустив головы. Они решили, что бравада на этом этапе только усугубит их положение, и поэтому они мастерски изображали униженных, молчаливых жертв. У края толпы Анна разглядела Майкла. Он подбадривающе улыбался ей. Она старалась не отвечать на его улыбку открыто.
Зал суда был переполнен. Анну и Мэри посадили на скамью подсудимых лицом к длинному низкому столу. Двенадцать мужчин в красных камзолах сурово смотрели на них; их напудренные парики и черные туфли с пряжками были не к месту в этой пыли и жаре. Протоколист призвал всех к порядку.
— Его Превосходительство сэр Николас Лоэс, рыцарь, губернатор Ямайки, присутствующий здесь, в Высоком Суде Адмиралтейства, Сантьяго де ла Вега, 28 ноября седьмого года правления монарха нашего — лорда Георга Первого, милостью Божьей, Великобритании, Франции и Ирландии, короля Ямайки, лорд и защитник веры и религии призывает арестованных к барьеру. Мэри Рид и Анна Бонни, выслушайте, обвинение.
Аудитория подалась вперед, стих даже шепот.
— Вы, Мэри Рид, и вы, Анна Бонни, 1 сентября, в открытом море, находясь на шлюпе без определенного названия, вступив в преступный сговор с Джеком Рэкхэмом, Георгом Фезерстоном, Томасом Эллом, Ричардом Корнером, Джоном Дэвисом, Джоном Хауэлзом, Патриком Карти, Джеймсом Доббинсом и Ноем Харвудом, отправились грабить суда, которые встретятся вам в открытом море. И по злонамеренному замыслу, с помощью силы и оружия у острова Харбор, который находится под юрисдикцией данного суда, вы, нарушив закон, преступно, во враждебной манере атаковали, вступили в бой и захватили семь рыбацких судов и находящихся на них рыбаков.
Анна сидела совершенно спокойно, с опущенной головой, хотя ей хотелось осмотреть зал и судей. Она уловила нетерпеливый жест, посланный Лоэсом клерку. Протоколист набрал воздуха в легкие и продолжил:
— Вы, Мэри Рид, и вы, Анна Бонни, 1 октября у острова Испаньола, который находится под юрисдикцией данного суда, силой и оружием, нарушив закон, преступно атаковали, обстреляли и захватили два торговых шлюпа стоимостью в одну тысячу фунтов в денежных единицах Ямайки.
По залу прошел ропот, и Лоэс призвал к спокойствию.
— Вы, Мэри Рид, и вы, Анна Бонни, 19 октября силой и оружием в открытом море у бухты Порт-Мария, что у острова Ямайка, находящегося под юрисдикцией данного суда, нарушив закон, преступно, во враждебной манере обстреляли, атаковали и захватили некую шхуну без определенного названия, принадлежащую Томасу Спенлоу разграбили ее и унесли имущества на сумму двадцать фунтов в денежных единицах Ямайки
Опять пронесся ропот, требование тишины и глубокий вздох измотанного протоколиста.
— И, наконец, вы, Мэри Рид, и вы, Анна Бонни, 20 октября силой и оружием в открытом море на расстоянии приблизительно одного лье от бухты Драй-Харбор у острова Ямайка, находящегося под юрисдикцией данного суда, преступив закон во враждебной манере захватили и высадились на борт торгового шлюпа «Мэри», принадлежащего Томасу Диллону и как свидетельствует мистер Диллон и все члены его команды, подвергли опасности их жизнь затем разграбили шлюп и присвоили его Ущерб составил триста фунтов в денежных единицах Ямайки.
После того, как протоколист закончил, тишина опять была нарушена, и Лоэс призвал к порядку.
— Миссис Анна Бонни и Мэри Рид, признаете ли вы себя виновными? — гаркнул Лоэс.
Анна рассудительно и четко заговорила, в то время, когда Мэри еще не успела пошевелиться.
— Милорды, мы невиновны.
Лоэс закатил глаза и терпеливо произнес.
— Именем короля, пригласите свидетелей!
Свидетелями были шесть мужчин и одна женщина. Они прошли мимо Анны и Мэри и заняли свои места. Протоколист привел их к присяге и вызвал
— Дороти Томас, выйдите вперед для дачи показаний.
Грузная женщина вскочила со своего места и энергично проследовала в центр зала. Ничуть не смутившись, она повернулась к Анне и Мэри и, видимо, под воздействием воспоминаний, яростно ткнула в них пальцем.
— Это та, из каноэ, — прошептала Мэри. Анна ничего не ответила, только уставилась прямо перед собой.
— Я встречала этих особ ранее, Ваша Светлость. Я возвращалась на своем каноэ из Орчидза с запасами на неделю. Вдруг они налетели, как гром среди ясного неба, забрали все до последней рыбешки и деньги.
