никакого договора не было. Всё сыро, только намерения. Если хочешь, можешь поучаствовать, оплата шикарная, есть перспективы. — И он добавил: — Возможно, будут.
Колька придвинул книгу, полистал, разглядывая картинки.
— Прикольно, только я таким никогда не занимался, да и времени особо нет. Только в выходной если.
— Ну, смотри, здесь всё написано. По инструкции собрать легко. Если откажешься — не проблема, но сам же говорил: деньги нужны. Кредиты и всё такое. Сколько, кстати, платят сейчас на Севке?
— Обещают до шестидесяти тысяч поднять в этом году, — уклончиво ответил Колян.
— Я понял, — Виктор прикидывал что-то в уме. — Здесь я заплачу десять тысяч за полный рабочий день. Если желание есть, то ты первый в списке. Может, покормить тебя, Колян? Правда, у меня тут по-холостяцки, пельмени могу сварить.
— От пельменей не откажусь, — оживился Колян. — Десять тысяч за день? А чего, так бывает? Ну, хотя ты же геолог щедрый. А сколько дней работать?
Виктор зажёг газ, поставил воду, доставая из морозилки пакет с пельменями.
— Колян, пока не сделаете. Я сам не знаю, сколько там дней понадобится. У меня первый такой объект, но чем быстрее сделаем, тем быстрее появится чего-нибудь другое. Я не знаю, что будет дальше по зарплате, но однозначно больше, чем ты сейчас получаешь. Но давай не будем пока так далеко заглядывать, может, ещё и не сработаемся. Пока вот такое предложение. За неделю если сделаете — хорошо, если дольше — значит, дольше, я торопить не буду. Главное, чтобы всё было качественно.
Колян кивнул, чего-то подумал, потом спросил:
— А вдруг ты, того, опять на стакан присядешь?
— Насчёт этого не волнуйся, это было разовое явление. Я так стресс снимал. Отвечаю, на тебе это никак не отразится.
— Это хорошо, — расслабился Колян. — А то я как тебя тогда увидел таким… ну, пропитым… У меня чуть у самого стресс не случился. Вроде нормальный чел был, а тут полный отстой.
— Машина ещё будет нужна, — продолжил Виктор. — Газель длинная или ещё чего побольше. Вся эта лабуда лежит в гараже на фанере, возить придётся частями. Кого-то бы знакомого лучше, чтоб всегда на подхвате был. Подумай, если есть кто. И бригада будет — ещё три или четыре человека. Таджики, я тебя с ними познакомлю. Ты завтра как?
— Выходной, а послезавтра — с трёх, — сказал Колян, уплетая пельмени.
Когда Колян ушёл, Виктор завалился на диван, обдумывая новую для него ситуацию. Было интересно. Немного непонятно, как всё разрулить, в плане если возникнут ненужные вопросы. Больше всего нравилось то, что на душе реально стало полегче. Он, конечно, продолжал ежесекундно думать о Насте, но уже более отвлечённо — боль поутихла, а мозг по большей части был занят организационными вопросами.
На следующий день встретились с Афшином. Колян тоже подъехал. Оба были на машинах, поэтому сразу решили прокатиться в гараж, чтобы посмотреть на месте. Ещё раз объяснил обоим суть дела, показав свой талмуд. На удивление Афшин прекрасно владел русским, хоть и говорил с сильным акцентом. По деньгам Виктор предложил ему получить все четыреста тысяч и заплатить налог шесть процентов. Афшин сначала не поверил своим ушам от такой щедрости, потом немного расстроился, узнав, что ему придётся заплатить Коляну по десятке за день работы. Виктор специально говорил, чтобы оба слышали, о чём речь, и потом не было никаких недомолвок.
— Ну, или тогда бери себе двести тысяч, — сказал Виктор — а Коляну я сам заплачу.
— Нет-нет, четыреста лучше, — тут же согласился Афшин. — Сам буду всем платить, но тогда будем работать с утра до вечера, чтобы быстрее сделать.
— Пойдёт, — сказал Виктор. — Ну и парням тоже с этих денег заплатишь. Там уж как договоритесь, я этого пока не касаюсь.
Афшин кивнул, что-то подсчитывая в уме. Потом проехали к Тамаре Львовне. Виктор предусмотрительно зашёл один, оставив парней ждать в машине.
У начальницы в кабинете был посетитель. Лощёный мужчина невысокого роста, лет этак сорока. Он был в идеально покроенном дорогом костюме, из которого торчали рукава не менее дорогой рубахи с запонками на манжетах, а широкий галстук держался на жёлтой блестящей заколке. На ногах блестели лакированные полуботинки.
— Егор Львович, — представила его начальница. — Он будет решать финансовые вопросы.
Поручкались. Мужичок оказался приветливым, быстро расположив к себе парочкой ненавязчивых шуток, потом уже серьёзно спросил:
— Можно визиточку вашу, Виктор?
— А у меня и нет визитки, — улыбнулся Виктор. — Я же человек маленький, не обзавёлся как-то.
— Хорошо, — не расстроился лощёный товарищ. — У меня для вас хорошая новость. Я вам ситуацию обрисую, чтобы понятно было. Вы сделаете работу и получите свои четыреста тысяч наличными. Вам даже налог платить не надо, мы за вас всё заплатим.
— А почему так? — не сразу понял Виктор.
— Потому что, — Егор Львович положил руку с идеальным маникюром Виктору на плечо. — Потому что с вами город договор не заключит, а у нас есть проверенная компания. Она получит деньги и рассчитается с вами, как с субподрядчиком. Всё просто.
— А, теперь понял, — улыбнулся Виктор, борясь с желанием снять руку лощёного со своего плеча.
Но тот уже сам убрал руку и, взяв со стола бумаги, протянул их Виктору:
— Вот ознакомьтесь, типовой договор субподрядчика, заключим — и вперёд, можете начинать. Как только закончите, в тот же день получите оплату полностью.
Виктор взял договор.
— Схема примерно понятна: вы заключаете договор с городом, к примеру, на два миллиона, нам платите четыреста, остальное себе. Так?
Егор Львович развёл руками: мол, шаришь. Посмотрел на Виктора и, взяв в руки лист с картинкой детской площадки, сказал:
— Вы вчера предложили услугу Тамаре Львовне. Она согласилась. Вы озвучили цену, она так же согласилась. В конце концов вы озвучили, что готовы принять оплату по факту окончания работы. Мы согласны на все три условия. Какие-то проблемы?
— Нет никаких проблем, — сказал Виктор.
Действительно, товарищ как-то всё грамотно аргументировал. Коротко, но доходчиво.
— Мы можем хоть сегодня приступить, — спокойно сказал Виктор.
— Вот и славно, — Егор Львович протянул руку. — Договор можете заполнить позже — и на стол Тамаре Львовне.
Когда Виктор, попрощавшись, вышел, начальница закрыла дверь и посмотрела на Егора:
— Ну, что скажешь, братик? Как тебе предложение? Продолжает казаться нереальным?
— Мы посмотрим, Томочка. Персонаж непонятный этот Виктор. С виду — лошковатый чудак, но ведёт себя уверенно, как будто реально собрался сделать всё это, — он ткнул пальцем в рисунок. — Себестоимость одного только изделия, думаю, больше миллиона. Демонтаж старой рухляди, работа по установке. Потом всё облагородить. Как-то очень уж фантастично. Мне непонятно,
