— Говори тише, — резко промолвил Галад вполголоса. — Не забывай, где находишься.
Илэйн залилась густым румянцем, но Найнив не взялась бы утверждать это краска гнева или смущения.
Вдруг до нее дошло, что сам он говорит так же тихо, как девушки, и с не меньшей осторожностью. Галад ни разу не упомянул ни Башню, ни Айз Седай.
— Эгвейн с вами? — продолжал Галад.
— Нет, — ответила Найнив, и он глубоко вздохнул:
— Я надеялся… Когда она пропала, Гавин места себе от тревоги не находил. Он тоже о ней волнуется. Не скажете мне, где она?
Найнив отметила про себя это «тоже». Стал, видите ли, Белоплащником, а сам волнуется за женщину, которая стремится стать Айз Седай. Мужчины такие странные, что их иногда и людьми-то назвать трудно.
— Нет, не скажем, — твердо заявила Илэйн. Багровые пятна исчезали с лица девушки. — Гавин тоже тут? Ни за что не поверю, чтобы он стал… — У нее хватило ума не повышать голоса, но тем не менее девушка презрительно сказала: — Белоплащником!
— Он остался на севере, Илэйн. — Найнив предположила, что Галад имеет в виду Тар Валон, но наверняка Гавин ушел оттуда. Неужели он поддержал бы Элайду? — Ты представить себе не в состоянии, Илэйн, что там случилось, продолжал Галад. — Как и следовало ожидать, вся мерзость и разложение грязной пеной вырвались наружу. Женщина, которая отослала вас, ныне низложена. — Он оглянулся и, хотя рядом никого не было и подслушать никто не мог, проговорил быстрым шепотом: — Усмирена и казнена. — Глубоко вздохнув, он с сожалением заметил: — Там не место для вас. И для Эгвейн. С Чадами Света я не очень долго, но уверен: мой капитан позволит мне сопроводить мою сестру домой. Тебе надо быть дома, при матушке. Скажи, где Эгвейн, и я позабочусь, чтобы ее тоже привезли в Кэймлин. Там вы обе будете в безопасности.
Найнив окаменела. Усмирена. И казнена. Не несчастный случай и не болезнь. Она рассматривала в мыслях подобную возможность, но услышанное потрясло ее до глубины души. Должно быть, все дело в Ранде. Даже если и существовала слабая надежда, что Башня не выступит против Ранда, после такого оглушающего известия она растаяла бесследно. Лицо Илэйн ничего не выражало, взор ее был устремлен в никуда.
— Вижу, эти известия вас потрясли, — тихим голосом промолвил Галад. — Не знаю, как глубоко та женщина втянула вас в свои козни, но теперь вы свободны от ее сетей. Позвольте мне обеспечить ваше безопасное возвращение в Кэймлин. Никому не надо знать, что вы были как-то с ней связаны. Вы, как и остальные девушки, просто отправились туда для обучения. Все вы.
Найнив растянула губы — она надеялась, что эта гримаса сойдет за улыбку. Ну наконец-то и ей тоже уделили внимание! Ее так и подмывало врезать этому молодцу по уху. Не будь он таким красавчиком…
— Я подумаю об этом, — медленно проговорила Илэйн. — То, что ты сказал, весьма разумно, но мне нужно время. Мне надо подумать.
Найнив воззрилась на девушку. Весьма разумно? Что за чушь она лопочет?
— Немного времени у тебя есть, — сказал Галад. — Но тянуть нельзя — мне еще надо испросить разрешения на отлучку. Нам могут приказать…
Неожиданно Галада хлопнул по плечу черноволосый Белоплащник с квадратным лицом. Он был старше, но на плаще посверкивали те же два банта.
Широко осклабясь, он произнес:
— Ну, молодой Галад, ты же не можешь всех хорошеньких женщин себе оставить! В городке каждая девушка вздыхает, когда он мимо проходит, да и мамаши от них не отстают. Представь меня.
Галад со скрипом отодвинул скамью и встал:
— Мне показалось, я узнал их, когда они спустились Тром. Но как бы обаятелен я, по-твоему, ни был, мои чары бессильны перед этой леди. Я ей не нравлюсь, и по-моему, мои друзья ей тоже не по вкусу. Но если ты потренируешься со мной во владении мечом после полудня, то, может быть, тебе удастся завлечь красотку-другую.
— Если ты будешь рядом — никогда, — весьма натурально забрюзжал Тром. — И я скорей позволю кузнецу молотом меня по голове стукнуть, чем соглашусь против тебя фехтовать.
Однако он позволил Галаду увести себя. Правда, шагнув к двери, он бросил на двух женщин полный сожаления взгляд. Когда два Белоплащника уходили, Галад метнул на Илэйн взор, полный недовольства и колебаний.
Едва эта парочка скрылась из виду, Илэйн встала:
— Нана, ты мне нужна наверху. — Возле столика тотчас же материализовалась госпожа Джарен с вопросом, как миледи понравилась трапеза. Илэйн ответила: — Мне немедленно нужны мои кучер и лакей. Счет оплатит Нана. — Едва договорив, девушка зашагала к лестнице.
Найнив уставилась вслед Илэйн, потом вытащила кошелек и заплатила хозяйке, уверяя, что ее госпоже все понравилось, и стараясь не особенно морщиться, услышав цены. Отделавшись наконец от хозяйки, Найнив поспешила по лестнице наверх. В комнате Илэйн развила бурную деятельность, без разбору распихивая по сундукам их пожитки, в том числе и влажные сорочки, которые девушки развесили на спинках кроватей для просушки.
— В чем дело, Илэйн?
— Найнив, нам нужно немедля убираться отсюда. Ни одной лишней минуты. — Девушка не подняла головы, пока не затолкала в сундук последнюю вещь. — Где бы Галад ни был, он в эту минуту ломает голову над загадкой, с какой, может, еще ни разу в жизни не сталкивался. Есть два правильных поступка, но они абсолютно разные. Один — навьючить меня на лошадь, если понадобится, связав по рукам и ногам, и отволочь к матери, дабы утешить ее страдания и спасти меня от судьбы Айз Седай. А каковы мои желания, его не интересует. И не менее правильный поступок — выдать нас, Белоплащникам ли, армии ли, а то и тем и другим. Таков закон Амадиции и закон Белоплащников. Айз Седай в этой стране вне закона, как и всякая женщина, когда-либо обучавшаяся в Башне. Когда-то матушка встречалась с Айлроном — требовалось подписать торговое соглашение. Так вот, им для этого пришлось отправиться в Алтару, потому что матери нельзя было пересекать границу Амадиции — это против их закона. Едва я увидела Галада, в тот же миг обняла саидар и не отпущу его, пока мы не окажемся от Галада подальше.
— Илэйн, ты преувеличиваешь! Он ведь твой брат.
— Он мне не брат! — Илэйн глубоко вздохнула и медленно выпустила воздух. — Да, отец у нас один, — произнесла она поспокойнее, — но он не брат мне. Я его не признаю. Найнив, я тебе не раз и не два твердила, но ты, видно, не воспринимаешь. Галад делает то, что правильно. Всегда. Он никогда не врет. Ты слышала, что он говорил этому Трому? Он ему не сказал, что не знает, кто мы такие. Каждое сказанное им слово — правда. Он делает то, что правильно, не важно, кому от этого будет хуже, пусть даже ему. Или мне. Обычно он ябедничал на Гавина и на меня, обо всем докладывал! И про себя тоже рассказывал. Если он решит нас выдать, то мы и до околицы добраться не успеем, а нас уже будут поджидать в засаде Белоплащники.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
