Все воины, стоявшие вокруг, кланялись великому князю.
— Неужто правда, князь? — удивился Андрей, всё ещё не веря.
— Правда, Андрей, правда, — ответил Дмитрий Иванович.
Андрей поклонился ему:
— Прости, князь, меня, неразумного, коли я давеча чего не так болтал.
— Тогда вы с Николой всё правильно сказали: воевать с умом надо. А для вражьей стрелы всё едино, что смерд, что князь. Рядом биться будем за землю нашу, за веру Православную, за народ русский.
— Будь уверен, князь, костьми ляжем, но не отступим. Богородица поможет нам, сегодня ведь её день, — сказал Никола и перекрестился.
— Помоги нам, Пресвятая Богородица, — повторяли вокруг воины и крестились.
Впереди послышался шум, воины расступились, князь и охрана поехали вперёд.
Туман рассеялся, время подходило к полудню. Лишь небольшое расстояние отделяло русские передовые полки от полчищ Мамая.
Русские полки сверкали блестящими доспехами, островерхими шлемами, красными щитами. Легко колыхались бесчисленные знамёна. В первых рядах стояли пешие воины. Впереди войска у своих полков возвышались на конях Глеб Брянский, Тимофей Вельяминов, князья Белозерские, воевода Микула Васильевич. Все князья и воеводы были в красных плащах.
В центре первого ряда войска, недалеко друг от друга, стояли Пересвет и Ослябя — посланники игумена Сергия Радонежского.
Войско Мамая сгрудилось хмурой тучей — серые доспехи и щиты, кругловерхие шлемы. В центре стояла генуэзская пехота в железных латах, с длинными копьями, на флангах — конница.
Наступал решающий момент.
Обитель Пресвятой ТроицыПриближался полдень. В осенней тишине леса настойчиво и протяжно прозвучали три удара в било. Повинуясь его призыву, насельники обители непрерывной цепочкой потянулись в церковь. Они молча входили в храм и опускались на колени позади игумена Сергия, сосредоточенно молившегося перед образами Христа и Богородицы.
Когда в храм вошёл последний послушник, Сергий, окончив молитву, перекрестился, совершил земной поклон, поднялся с колен и обратился ко всем:
— Братья мои, наступил решающий час — час испытания для земли и веры нашей. Начинается великая битва за сохранение нашей веры Православной и единой Державы Русской. Посему, братья, вознесём Богу молитвы сердечные за успех великого дела. Соединим молитвы наши и сообща просить будем силы небесные помогать воинам нашим. Не может возрастать сила воина в битве, но Господь Бог услышит молитвы наши и укрепит дух воинов наших.
Повернувшись к иконам Господа Вседержителя и Пресвятой Богородицы, Сергий стал молиться:
— Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, Пресвятая Богородица, помогите воинам в решающей битве, дайте им силы и укрепите им дух в справедливой борьбе за святое дело, за спасение веры Православной и Родины нашей.
Все иноки повторяли за Сергием молитву, совершая земные поклоны.
Поле КуликовоНачиналась великая битва.
Воины Мамая расступились, и вперёд выехал на крепком коне печенег грозного вида, роста огромного, широкий в плечах, в доспехах и с копьём. Проскакав половину пути до русского войска, он поднял коня на дыбы и зычным голосом закричал:
— Рус воин! Выходи, биться будем!
Некоторое время русские воины молчали, угрюмо глядя на печенега. На левом фланге князь Дмитрий с трудом пытался проехать сквозь ряды воинов.
— Рус! Выходи, биться будем, — повторил печенег, гарцуя на коне, — не выходи, я один твой орда бить буду.
Вперёд выступил Александр Пересвет — без кольчуги и шлема, на нём только схима с крестом, по завету игумена Сергия. Повернулся к воеводам:
— Я пойду, — сказал он твёрдым, уверенным голосом. — Коня мне и копьё. Гордый басурман не мнит найти среди нас равного себе, но я желаю с ним встретиться. Выхожу против него во имя Господа Сил! Готов воспринять венец Царствия Небесного. Не смущайтесь этим нисколько. Велик Бог наш и велика крепость Его!
Из рядов вышел воин и подвел ему коня, другой подал копьё. Пересвет сел на коня, взял копьё, мысленно простился с духовным отцом своим Сергием, с великим князем и, повернувшись к воинам, громко произнёс:
— Отцы и братья, простите меня, грешного. Брат Андрей Ослябя, моли Бога за меня, сыну моему Иакову мир и благоденствие.
— Бог простит и благословит тебя, и да поможет тебе! — дружно ответили все.
Пересвет повернулся в сторону врага и тихо произнёс:
— Игумен Сергий, помогай мне молитвою, — перекрестился и поскакал навстречу бессмертию.
Воины крестились, глядя ему вслед.
Обитель Пресвятой ТроицыВ церкви продолжалась служба. Все иноки коленопреклонённо и Сергий перед иконами горячо молились:
— Господи, помоги рабу Твоему, иноку Александру. Совершает он подвиг свой не ради славы земной, а ради спасения веры Православной, народа Русского и земли Русской. Дай ему силы, Господи!
Поле КуликовоОслябя перекрестился и громко произнёс:
— Боже, помоги рабу Твоему Александру!
Все вокруг повторяли его слова. На левом краю князь Дмитрий, пробившись сквозь ряды воинов, увидел летящего на врага Пересвета, перекрестился и прошептал ту же мольбу:
— Боже, помоги рабу Твоему!
Пересвет и печенег всё быстрее скакали навстречу друг другу. Наконец они сблизились и пронзили друг друга копьями.
Не выдержав стремительного удара схимника, вражеский богатырь рухнул на землю, своим тяжёлым телом увлекая за собой крепкого коня. Земля под ними дрогнула. Со стороны мамаева войска раздался многоголосый стон.
Пронзённый вражеским копьём, Пересвет удержался в седле. Ещё некоторое время конь нёс его навстречу врагам, наводя на них ужас. Почувствовав, что всадник им больше не управляет, конь остановился. Пересвет медленно, как бы нехотя опустился на землю, и его могучее тело с обломком копья в груди, простившись с душой, распласталось у ног коня. В русском войске крестились, шепча молитву.
Стоявший впереди всех Андрей Ослябя осенил себя крестным знамением и прошептал:
— Господи! прими душу славного воина Александра, отдал он жизнь свою за Русь великую и веру нашу Православную. Даруй, Господи, ему Царствие Небесное. Низкий поклон тебе, брат Александр.
Ослябя опустился на колени и склонился до земли.
Поднявшись, он взял свой тяжёлый обоюдоострый меч, червонный щит, похожий на перевёрнутую падающую каплю. Слегка одёрнул легкую кольчугу, надетую вместо тяжёлых лат. Поправил схиму, вручённую ему игуменом Сергием. Сделав несколько шагов навстречу врагу, остановился, так что теперь его видели почти все воины, стоявшие в первых рядах, поднял меч и громко провозгласил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
