— Что?
— ВСТАВАЙ!
Нокс встал, его ноги стали словно деревянными. Его била дрожь от страха и холода одновременно…
— Ты уведешь их оттуда, Нокс. Ты слышишь меня? У тебя нет права позволить убить их, как Эстер. Это на твоей совести… — последовала небольшая пауза, во время которой у Нокса вырвалось сдавленное рыдание, — … и на моей. Я вел их к этому так же, как и ты. Выведи их. А потом можешь умереть. Я могу даже помочь тебе умереть, ты, глупый мерзавец.
Опять возникла пауза, пока Нокс осмысливал слова Даниэля. Во мраке его души вдруг вспыхнул неожиданный лучик надежды.
— А ты… ты будешь со мной, Дэнни?
— Разве это имеет значение?
— Да.
— Хорошо. И, Нокс, с тобой также будет Бог.
— Меня больше не волнует Бог… Давай пойдем вместе и выведем их оттуда.
— Подожди, не сейчас. Прежде чем вернуться туда, ты должен кое-что узнать.
Нокс ожидал, что Даниэль что-то расскажет, но вместо этого его подняла какая-то невидимая сила.
— Что за… — ахнул он.
— Закрой глаза на минуту.
Нокс сделал, что ему было сказано, и почувствовал, как какая-то сила мягко поднимает его все выше и выше по воздуху. Но с ним что-то еще происходило. Он от чего-то избавлялся.
Может, я умираю? Может, Дэнни пожалел меня все-таки и разрешил уйти? Он ведь ангел…
— Можешь открыть глаза, — приказал Даниэль.
Нокс выполнил приказ.
— О боже…
Внизу он видел разрушенный город, прекрасный даже в своем бедственном положении. В небо до сих пор тянулись языки пламени от горевших старых зданий, соединенных в одну линию, как нитка бриллиантов. Снег уже успел покрыть некоторые развалины, словно чья-то милосердная рука пыталась перевязать рану. Отчаянно мигали огоньки, судя по их цвету, это были машины «скорой помощи» и пожарные. Но не это вызвало удивление Нокса.
Ему казалось, что он может сейчас видеть нечто необыкновенное, что существует не физически, а в каком-то другом качестве. Над городом путешествовала масса сверкающих огоньков, будто души умерших, не желающих уходить отсюда, кружились в прекрасном медленном танце. Это было восхитительное зрелище, но под огоньками, гораздо ниже, может быть даже под землей, Нокс увидел, что город находится в гораздо большей опасности, чем подозревает.
Это было огромное чудовище. Существо Апокалипсиса. Нокс почувствовал, как его сердце сделало скачок. Чудовище свернулось кольцом вокруг города, будто Эдинбург был сокровищем. Красная чешуйчатая рептилия, глаза как огромные черные ямы зла. Вдоль тела двигались ликующие языки пламени.
— Это… это…
— Да, — сказал Даниэль. — Это дракон. Теперь ты видишь, Нокс? Речь уже идет не только о Детях.
ГЛАВА 17
Девушка пребывала в глубоком холодном сне уже три дня. Тристан все это время находился рядом, предполагая самое худшее. Сиды-шаманы окружили ее постель, тихо колдуя. От низкого монотонного звука у Талискера после нескольких минут пребывания в комнате разболелась голова. Кроме того, воздух там был наполнен запахом горящих трав.
— Кто она, сынок? — спросил он Тристана, когда они только вернулись в Лис.
Тристан горько улыбнулся:
— Просто служанка, папа. Ты можешь сказать, что она не стоит внимания.
Он пошел от него прочь, но Талискер успел схватить сына за руку.
— Я никогда бы такого не сказал, Трис. Почему ты на меня сердишься? Ведь не я сделал это с ней.
— Прости меня, отец. — Трис нервно оглянулся вокруг и слегка понизил голос. — Честно говоря, я чувствую себя абсолютно беспомощным, а она относилась ко мне по-особенному…
— Любила тебя?
— Да. Джал или Риган пытали ее. У нее вырван язык, тело в ранах, кости переломаны. Произошло это, видимо, довольно давно, потому что раны уже затянулись, а кости в правой ноге неправильно срослись. Если она выживет, то будет в лучшем случае хромать. — Он покачал головой. — Из нас бы получилась прекрасная пара, не так ли?
— Не сомневаюсь, сынок, что так оно и будет.
Талискер предпочел не обращать внимания на сарказм Тристана, но гнев сына не утих.
— Хотелось бы мне, чтобы Ри была здесь сейчас, — проговорил он сквозь зубы.
А рука сжала рукоять меча.
— Тан Тристан, — окликнул его принц Текумсех. — Ваша подруга очнулась. В сознание она пришла, но ей еще долго придется лечиться и… — Тристан, не говоря ни слова, выскочил из комнаты. — И она не может говорить, — пробормотал Текумсех.
Он улыбался, глядя на убегавшего Тристана.
— Она выживет, Текумсех? — спросил Талискер.
— Да, Дункан Талискер. Но жить ей придется не дольше, чем нам всем.
— Что ты имеешь в виду?
— Чудовище. Думаю, Великие назвали бы его драконом. Сиды пытались установить контакт с его разумом. — Он показал в сторону самой высокой точки горы, где красные скалы в форме колонн устремлялись в небеса. Между ними курился белый дым, а холодный воздух уносил его прочь. — Шаманы там уже два дня…
— Я не совсем понимаю, что они там делают, — пробормотал Талискер.
— Занимаются магией. Чудовище зажато между двумя мирами. Кто-то, возможно, Джал, применил заклинание, которое извлекло дракона из «пустоты» и трансформировало в физическую сущность. Мы не можем его убить. Но чудовище наращивает свою мощь и размеры. Через некоторое время оно выйдет из-под земли, и его появление принесет полное опустошение в Сутру. — Талискер кивнул, вспомнив размер глаза дракона. — Все, что нам удалось узнать, это имя чудовища — Хеммек. Этот дракон несет жуткий холод, так что, даже если Великим удастся выжить, все равно Сутра станет бесплодной ледяной пустыней. Немногие переживут такие перемены.
— Сколько у нас в запасе времени, прежде чем это случится, Текумсех?
Принц неуверенно пожал плечами:
— Шаманы не знают точно. Пока баланс силы между двумя мирами распределяется поровну, но как только в какой-то части он станет больше, тогда несчастье и может произойти. Никому не известно, когда это случится.
Талискер нахмурился:
— Сюда двигаются армии южных кланов. Их надо бы предупредить.
— Конечно. Но это входит в обязанности тана Тристана, а он сейчас очень озабочен.
— Я поговорю с ним, — пообещал Талискер. Он посмотрел на вход в пещеру, где исчез Тристан, чтобы побыть со своей раненой служанкой. — Но десять минут вряд ли что-то решат.
Тристан озабоченно смотрел на лицо спящей Грейс. Как только он появился, все остальные вышли, оставив их наедине. Когда она полностью очнется, он будет первым человеком, которого девушка увидит, а у Триса не было уверенности, что Грейс обрадуется. В конце концов, он оставил ее и свое королевство, не догадываясь, насколько злобной окажется его сестра. Останься он тогда, все было бы по-другому не только с Грейс, но и с остальными людьми его клана, многие из которых остались в Сулис Море. Теперь их души в ледяном плену. Можно ли будет вернуть их к жизни? Кто даст ответ?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
