Дальше я не читаю. Точнее, не читаю сразу же. У меня в груди распускается что‑то настолько теплое, даже горячее, что я вынужден перевести взгляд на стену и сделать несколько вдохов‑выдохов.
Глупо. Очень глупо.
Разумеется, я радуюсь шкатулке с алмазами, которую я все же получил, и росту вознаграждения на семь процентов! Это значит, что я не только рассчитался с долгом, но и заработал по крайней мере на полмодуля!
Деньги
Счет станции: 345 602 кредита
Личный счет: 160 300 кредитов
Характеристики капитана:
Репутация – 2025
Харизма – 95 (Уверенный Лидер)
Дипломатичность – 152
Предприимчивость – 100
Глава 17 (без правок)
Например, я и думать не думал, что из меня получится успешный делец от изобразительного искусства!
В смысле, когда я сгоряча выпалил управляющему комитету саргов, что, мол, дам им для работы холст невиданных масштабов, я даже не близко не представлял, насколько удачной в итоге окажется вся эта затея.
В смысле, разумеется, проблемы в процессе возникали не раз и не два, но и результат вышел отменный: кольцо, преобразованное саргами, выглядит потрясающе.
Всего колец у газового гиганта несколько – я никогда не давал себе труд их сосчитать, но в официальных документах, которые мы с саргами подписывали перед началом работы, значится восемь штук. На самом деле цифра не бесспорная: восемь колец – это только те, что разделены достаточно широкими промежутками, сравнимыми с шириной самого кольца. Некоторые кольца, более широкие, состоят из колец поуже.
В общем, по договору сарги должны были обработать только третье от планеты кольцо. Я тогда пытался пропихнуть вариант, чтобы сделали все (мне казалось, что это будет более масштабно), но Бриа меня отговорила. Как потом выяснилось, и правильно сделала: даже перепрограммирование того числа фабрикаторов, которое требовалось для переделки одного кольца, уже потребовало от меня нехилых вложений. И счастье, что отступной Терса Шивака позволил нанять квалифицированных инженеров на роль обслуживающих техников, раз уж заблокированные из‑за моей более раннее ошибки фонды для этого использовать было нельзя.
Так вот, сейчас третье кольцо наконец завершено, и должен сказать: все мои хлопоты и головняки того стоили!
Третье от гиганта кольцо изменило цвет. Прежде оно казалось тусклым серебристо‑коричневатым, словно кольца привычного мне Сатурна, а теперь сделалось непроницаемо‑черным, словно черный бархат. Спросите, как оно после этого различимо на фоне космической ночи? Все просто: по краю кольцо очерчивают сверкающие сине‑голубые линии. И такие же сине‑голубые линии, словно сабельные удары, прорезают кольцо, образуя сложные и переменчивые геометрические узоры. Такой вот эффект мерцания.
Вдобавок на моих глазах эта мерцающая синева становится розово‑алой – когда центральная звезда этой планетной системы показывается над боком местного Сатурна, зажигая его газы розовыми и сиреневыми оттенками.
– Великолепно, – говорит Нирс Раал. – Капитан, приношу свои извинения задним числом: мне жаль, что я вас отговаривал.
Мы с ним наблюдаем это зрелище из окна рубки.
Я с удивлением смотрю на своего завхоза. У него на губах бродит мечтательная улыбка, которую я не ждал бы от него ни в режиме непися, ни даже когда его сменяет живой оператор. В том смысле, что, насколько я успел познакомиться с характером «живого» Раала, он тот еще практичный нерд и патриот станции… но уж никак не чувствительный любитель красот.
– Это не я сделал, – говорю, испытывая неловкость.
– Да нет, – качает головой Превосходный. – Не преуменьшайте свои заслуги. Именно вам пришла в голову эта идея.
Смотрю на него по‑новому. Мне уже приходило это в голову, и теперь я думаю – неужели только из‑за меня запустили эту сюжетную линию и дали дизайнерам задачу отрисовать еще и такую фишку?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Может быть, с этим и была связана задержка и постепенный ввод в строй фабрикаторов…
Хм, тогда прямо удивительно, что всего за две недели справились. Внедрение изменений такого масштаба в почти готовую игру… Ну, я даже не рискну предположить, сколько времени это может потребовать. Не одного месяца, вероятно.
Или супер‑совершенная местная нейросеть позволяет очень быстро решать и такие задачи?
Нет, чепуха! Скорее уж, те намеки на возможность преобразования колец в соответствии с художественным видением саргов, которые были рассыпаны по сюжету игры, были вовсе не такими неуловимыми, как мне представлялось. Наверняка игра сама подводила меня к этому, иначе просто не может быть.
А Нирс Раал сейчас все‑таки не настоящий, а непись, и отыгрывает свою сюжетную роль. Надо же кому‑то меня поддержать и похвалить за успешное разрешение этой авантюры.
Показать, что твоя затея вызвала в благодарных зрителях чувство благоговейного трепета – отнюдь не худшее эмоциональное вознаграждение. Наоборот, едва ли не лучшее из тех, которые я могу придумать.
– Ну вот, – говорю я, – окончательно переведенной суммы, плюс то, что я получил от три‑четырнадцать, должно хватить на строительство модуля.
Нирс Раал пристально смотрит на меня.
– Капитан, вы понимаете, что новый модуль почти не будет приносить дохода?
– Что? – удивляюсь я. – Почему это?
– По плану новый модуль предназначен для Парящих, – поясняет мой завхоз. – Они потеряли свою главную планету во время Катастрофы, в этом модуле должна проживать их наиболее крупная диаспора, и оплачивается их проживание субсидиями Межзвездного содружества.
– И? – не понимаю я. – Они ведь будут переводить их на наш счет…
– Не совсем, – качает головой Нирс Раал. – Предполагается, что станция будет содержать модуль самостоятельно… Но, правда, за это мы освобождаемся от части налогов, поэтому средства на нашем счету будут убывать медленнее. И все‑таки если построим модуль для Парящих сейчас, на новый еще не скоро наскребем.
– А не строить, конечно, нельзя? – вздыхаю я.
Насколько я помню, неустойка там не такая уж большая, но она растет. И, пожалуй, я ее не потяну.
– Нельзя, – сурово кивает Нирс. – Если я не запутался в цифрах, неустойка сожрет наши фонды менее чем за три недели.
Расчетам Нирса, безусловно, можно доверять, а в цифрах он запутаться просто не может – как‑никак, программная функция. Разве что игра усложнилась и намеренно пытается ввести меня в заблуждение. Но это было бы слишком.
Хотя… Надо спросить Георгия, возможно ли такое. Только как‑нибудь аккуратнее спросить, чтобы не подать ему разных идей. Мне очень нравится играть здесь, но такое ощущение, что если обстановка на Узле осложнится еще хоть немного, тут меня и похоронят. Возможно, не только виртуально. Всякие там сердечные приступы, неврозы и кишечные кровотечения от напрягов еще никто не отменял.
Вздыхаю. Блин! А я‑то думал, что сейчас с легким сердцем буду наслаждаться процессом постройки нового модуля – давненько мне не приходилось этого делать, по субъективным впечатлениям, целую вечность. А так придется вместо этого раздумывать над дополнительными источниками финансирования.
Хотел бы я знать, к чему все‑таки омикра кинули мне аптечный пузырек…
* * *
Процесс строительства новых модулей даже в шлеме не успел стать для меня рутиной, а уж в капсуле я вообще этого еще не пробовал. К счастью, в новом варианте исключили порядком поднадоевший мне сбор космического мусора. То есть он остался как мини‑игра, но теперь административно‑управленческая, а не на «поработать джойстиком».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Конкретно: мне нужно выбрать из подчиненных с подходящими навыками и биографиями тех, кто лучше всего справится с задачей по сбору мусора, причем выбрать так, чтобы не пострадали их текущие задачи, и вдобавок – не заставить никого перерабатывать. Ну или повысить оплату за переработку и дать лишний выходной потом… что особенно сложно, поскольку персонала у меня, как выясняется, впритык.
