дай мне одну секунду!
— Да мне бы просто положить его куда-нибудь, пока я не уйду.
Как только я закончила фразу, приятель быстро подошёл, выхватил из моих рук небесно-голубой наряд и вопросительно вскинул бровь.
— Ты уверена, что хочешь его оставить? Не думаю, что химчистка спасёт это.
— Да, — твёрдо ответила я. — Это подарок, и я хочу сохранить его в любом виде.
Дмитрий, казалось, был удивлён моими словами. Он поморщился.
— Подарок? От кого? — я промолчала, поэтому парень продолжил. — Не каждый подарит девушке красивое платье, — ухмыльнулся он.
— От друга, — ответила я, стараясь понять, к чему эти вопросы.
— Ааа, — протянул Дмитрий — слышал я о твоём друге. Сплетни в школе быстро расходятся.
— Тебе-то откуда знать, ты же в неё не ходишь.
— И то верно. Можно задать вопрос? Ты это от него такая «красивая»? — с сарказмом произнёс парень, а я увидела азартные искорки в его глазах.
Это навеяло воспоминания. Я уже видела их раньше. Дмитрий словно участвует в соревновании, главный приз которого — я. Своими словами он пытается выставить Алека в дурном свете и показать, что сам он — лучше. Будто говоря: «Со мной ты бы не оказалась в такой ситуации. Я бы никогда тебя не отпустил». Только вот он отпустил. Он сделал это несколько месяцев назад.
От этой внезапной демонстрации силы и превосходства мне стало не по себе. Первый раз за вечер я пожалела, что приехала в этот дом. Может, я ошиблась, и не стоило доверять Дмитрию Милкейну?
— Моя личная жизнь тебя не касается, ты уже давно не являешься её частью, — нахмурившись, отрезала я.
Дмитрий ошеломлённо выпучил глаза и поднял бровь.
— Ладно, не хочешь рассказывать — не надо. Но я навсегда останусь частью твоей личной жизни. И если я буду не здесь, — он дотронулся ладонью до моего виска — то всегда буду здесь, — парень ткнул пальцем мне в сердце. — Пусть ты и не признаёшь этого.
Я опустила глаза в пол. Мне не хотелось обсуждать эту тему. Я знала, что когда-то любила Дмитрия. Как любит девушка своего лучшего друга, парня и мужчину в одном лице. Дмитрий Милкейн был моей первой любовью, был моими первыми серьёзными отношениями, был первым, кому я доверила себя всю. Но это время прошло, и мне необходимо жить дальше. Я думала, что смогу жить дальше с Алеком. С ним я снова почувствовала себя свободной. С ним я почувствовала себя собой. Но я ошибалась… Какая же я дура!
Внезапно слёзы подкатили к глазам. Я не выдержала, и предательская слезинка скатилась по моей щеке. Я быстро развернулась и убежала по длинному коридору в дальнюю комнату. Вбежав в неё, захлопнула за собой дверь и села на пол. А затем, притянув колени к груди, опустила на них голову.
Слёзы текли ручьём. Когда я убегала, то краем уха услышала, как Дмитрий окликнул меня. Но даже не подумала обернуться. Вместо этого я заливала слезами его чистую футболку.
Через секунду послышался стук. Реакции с моей стороны не последовало. Я услышала, как открывается дверь, и почувствовала, как Дмитрий опускается передо мной на колени. В следующий миг я ощутила на себе его крепкие, мускулистые руки. Он прижал меня к своей груди и, поцеловав в макушку, произнёс:
— Прости меня. Я дурак, лезу не в своё дело. Прошу тебя, перестань плакать.
Дмитрий нежно гладил мои волосы. Так мы и сидели на полу, пока я не успокоилась.
— Прости, это не из-за тебя, — всхлипнула я. — Ты же мне помог.
— Вытрем слёзы, — улыбнулся Дмитрий, глядя мне прямо в глаза. После чего он стёр большим пальцем слезу с моей щеки. — Так, нам нужно что-то сделать с твоими ссадинами. Давай-ка ты сядешь на кровать, а я схожу за аптечкой?
— Ладно, — шмыгнув носом, ответила я.
Дмитрий помог мне подняться, посадил на мягкий матрац и вышел из комнаты. Я услышала шум за стеной. Вот хлопнула дверца шкафа, а вот слышны и обратные шаги. Парень вернулся в комнату с маленьким чёрным чемоданчиком. Он подошёл ко мне, и сел на колени прямо перед кроватью.
— Можно? — спросил Дмитрий, потянувшись к моей ноге. Я осторожно кивнула. Внутри меня притаился стыд за собственные слёзы. А я ведь говорила себе, что не нужно плакать, что нужно быть стойкой, но при первом упоминании Алека я не смогла сдержаться.
Возможно, мне еще рано быть сильной и я могу хоть немножко побыть маленькой слабой девочкой? Нет. Не могу. Такое поведение допустимо лишь наедине с самой собой, и уж точно не рядом с бывшим парнем.
Дмитрий аккуратно взял мою ногу и предупредил:
— Сейчас будет щипать.
Он вытащил из аптечки пузырёк с какой-то жидкостью и вылил немного на мою изодранную коленку. Ногу пронзила боль, я поморщилась, сдерживая шипение, а Дмитрий начал медленно дуть на рану.
В эту секунду я вспомнила, как в детстве папа залечивал мои царапины, когда я падала с велосипеда и получала свои первые шрамы. Этого никогда не вернуть. И, кажется, это была совсем другая девочка и совсем другой мужчина. Их больше нет.
Я посмотрела на приятеля. Было приятно осознавать, что после всего, через что мы прошли, Дмитрий по-прежнему обо мне заботился.
После того, как парень удалил всю грязь и помазал ранку антибактериальной мазью, его руки принялись за перевязки.
Ту же операцию он проделал со второй коленкой и локтем.
Дмитрий залечил не только мои физические, но, отчасти, и душевные раны. Он рассказал мне несколько забавных историй, за которыми я совсем забыла о своих слезах и проблемах, за что я была ему безумно благодарна.
Стоило завязаться последнему узелку, как я улыбнулась.
— Вот и всё! Спасибо тебе большое.
В ответ губы приятеля расплылись в такой же, как у меня, довольной ухмылке. Я увидела улыбку даже в его глазах. Они смеялись.
— Ой, нет, еще не всё, — произнёс Дмитрий и выдавил каплю мази на свой большой палец. — Наклонись, — он поманил меня к себе.
Я оторопела от удивления, но через долю секунды повиновалась. Дмитрий дотронулся пальцем до моей щеки, а точнее, до ссадины, о которой я совсем забыла. Он нежно провёл по ней пальцем и пристально посмотрел на меня. Возникла пауза.
Его чистые светлые глаза источали добро и заботу. А его прикосновения были лёгкими и нежными. С ним я ощущала себя в безопасности, и мне было нужно это чувство. Очень нужно! Внутри меня возникла тяга, как будто сердце превратилось в огромный магнит. Оно стало биться
