– Вы же говорили, что вас будет четверо с маленькой девочкой? – встретила их на крыльце невысокая женщина лет тридцати, державшая в руках масляный светильник, сильно коптивший и почти не дававший света, из-за чего её лицо практически невозможно было разглядеть.
– Милая, Лаура, – немедленно подскочил к ней Джером. – Я сейчас все объясню. Так получилось, что к нам присоединились еще трое. Не оставлять же высокородную даму с дочерью?
Женщина приподняла светильник повыше и огляделась.
– Прошу прощения, господа… леди, дело не в том, что я не хочу вас принять, но у нас всего две более-менее приличные комнаты, и они рассчитаны на одного человека каждая. У нас ведь редко останавливаются по двое или трое.
– Позвольте, нам взглянуть? – попросил Володя. – Уверен, мы как-нибудь устроимся.
Комнаты оказались настоящими клетушками. Похоже, строители задались целью сделать как можно больше комнат на как можно меньшем пространстве. Кровать, одежный шкаф у стены, мимо которого приходилось буквально протискиваться и небольшая тумбочка у окна. О том, чтобы разместиться в комнате вдвоем нечего и думать.
– Мда-а… – озадаченно протянул Володя.
– Я тут не останусь! – брезгливо заметила графиня.
– Уверены? – поинтересовался Володя.
– Тут?! Ни минуты!
– Отлично. Тогда в одной комнате можно поселить Аливию, а в другой Генриетту. А мы с вами разместимся во дворе. Хозяйка, у вас есть какой-нибудь сарай?
– Дровяной склад, но там не очень удобно…
– Пустяки. Мы привычные…
– Стойте! Милорд, что вы хотите этим сказать? А как же я?
– Вы? – Володя обернулся и удивленно вскинул бровь. – Мне кажется, вы сказали, что не останетесь здесь? Или я неправильно понял?
– Вы… вы прогоняете меня? – графиня замерла, не понимая, то ли ей сердиться, то ли бояться.
– Я? Помилуйте, графиня. Это же вы сказали, что не останетесь здесь. Я так подумал, что у вас есть какой-то другой вариант. Но поскольку ночью в городе опасно, как вы могли уже убедиться, дочь я вам все же посоветую оставить тут… если пожелаете, можете даже телохранителя с ней оставить, однако вам, полагаю, он будет нужнее, а о вашей дочери мы позаботимся, обещаю. Только скажите, куда её отвезти в случае вашей преждевременной смерти. Мало ли что может случиться на ночных улицах.
– Вы… вы издеваетесь?
– Как вы могли подумать, графиня?! Я сама предупредительность и только иду навстречу вашим пожеланием. – Тут Володя разом изменил тон с вежливого безразличия на командный с нотками гневами. – Графиня, если вы еще не поняли, у вас только два варианта: либо заночевать здесь, либо идти искать место, которое вас утроит. Поскольку лично я устал и хочу спать, к тому же не вижу причины потакать вашим капризам, я провожать вас не собираюсь. От самого разумного варианта остаться до утра на корабле вы отказались сами. Так что, выбирайте из тех возможностей, что есть. Если вздумаете ночью отправиться искать более достойное для вас место, вперед, но вашу дочь с вами я не отпущу – на улицах опасно!
– Да вы… Да вы… Да я вас…
Володя отвернулся. Рокерт укоризненно покачал головой, но мальчику было абсолютно безразлично, что о нем подумают.
– Если я займу комнату, где ляжет Генриетта? – холодным как лед голосом поинтересовалась она.
– Девочки вполне поместятся в одной. Будет не совсем удобно, но вполне терпимо. Либо ложитесь вместе с дочерью.
Графиня наградила Аливию убийственным взглядом, но Володя шагнул вперед и встал между ними.
– Она тоже устала, как все мы. И ей точно нечего делать с нами в дровяном складе.
Особого выбора ей князь не оставил, а разного рода взгляды: гневный, презрительный, испепеляющий и прочие из арсенала графини на него совершенно не действовали. С таким же равнодушно скучающим видом он выслушал и её эпитеты в свой адрес.
– Рокерт! – взвизгнула Лорниэль Лурдская, прибегая к последнему аргументу.
Володя даже не шелохнулся, а вот Филипп чуть сдвинулся, перехватывая поудобнее копьё.
– Аливия, Генриетта, в комнату живо и спать!
Аливия тут же послушалась. Генриетта вопросительно посмотрела на мать, испуганно на Володю, потом несмело отправилась следом за Аливией. Мальчик заглянул в комнату.
– Слуг нет, так что постарайтесь устроиться самостоятельно. Кнопка, помоги Генриетте. – Осторожно прикрыв дверь, он обернулся к Рокерту. – Ты идешь, или останешься ночевать тут?
Ситуация глупейшая. Устраивать драку ночью в коридоре, когда в комнатах спят уставшие за день люди – гарантировано нарваться на серьезную драку. Тут ведь сначала побьют, а потом будут разбираться, кто высокородный, а кто нет.
– Но оставить здесь дам… – неуверенно возразил он.
– Никто и не оставляет. Я останусь пока тут, потом меня сменит Филипп, а под утро вы. Будем дежурить.
Судя по тому, что Лаура так ни разу и не вмешалась в их разговор, либо она была привычна к подобным сценам, либо не рискнула вступать в спор с выскородными. Скорее всего, последнее, ибо, судя по её виду, ей ужасно хотелось спать и она чуть ли не открыто говорила «да когда же вы закончите тут, болваны». А еще можно было смело утверждать, что Джерому тут ничего не светит, кроме неприятностей – такую «свинью» в виде идиотов-постояльцев, которые никак комнаты поделить не могут, прощать она ему явно не собиралась.
Утром Володю разбудил Джером, который осторожно пытался пробраться к выходу со склада, где они все спали с разной степенью удобства. Лучшее место как дворянину и герцогу досталось Володе, хотя он, честно говоря, смог бы спать где угодно и когда угодно – тренировки на Базе приучили его выкраивать для сна любое подходящее время и место.
– Вот и хорошо, что ты встал. – Володя тоже поднялся, не обращая внимания на недовольство во взгляде слуги, и вышел следом, присмотрел подходящее место, достал листы. – Давай продолжим, а то в последнее время я совсем мало занимался.
– Милорд, вы делаете поразительные успехи в грамоте.
– Я вообще умный, не отвлекайся.
Джером вздохнул и сел рядом. Вскоре из сарая выбрался Филипп. Удивленно взглянув на занимающихся, пожал плечами, а потом принялся за разминку. Спустилась, позевывая, Аливия.
– А Генриетта еще спит, – сообщила она. – Такая неженка: и это не так, и то не этак.
– Не жалуйся.
– Не буду. – Аливия еще раз сладко зевнула, глянула в записи, потом немного понаблюдала за Филиппом и зашла в сарай. – Не заходите, я переодеваюсь! – высунулась она из-за двери и снова скрылась.
– Где Рокерт? – поинтересовался Володя.
Голова Аливии снова на мгновение показалась из сарая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
