- Кар-рах! Вы все сделали хорошо. Мы войдем так же мягко, как влетело бы перышко, несомое ветром. Держитесь сзади и ждите моего сигнала.
Рэдволльцы мирно спали, не подозревая о том, что пернатая голова уже просунулась в их убежище. Когда Железноклюв крадучись пролезал в отверстие, свет ночного фонаря был уже совсем тусклым. Генерал занял удобную позицию с другой стороны баррикады, помогая пробраться остальным птицам. Грачи проходили друг за другом, по одному, пригнув головы, чтобы не удариться о верх арки. Железноклюв знаками показывал каждому, какое место тот должен занять. Он расставил грачей у входа в туннель, на двух лестницах в дальнем конце, ведущих одна - на кухню, другая - в винный подвал, и у основания баррикады, чтобы ее нельзя было отодвинуть для бегства.
Следующими проходили сороки - этих он поставил на вершине баррикады, на случай, если кто-то из земнолапых попытается перелезть через нее. Мангиз прошел последним. Вместе с Железноклювом они медленно спускались вниз, пока не встали твердой лапой на пол последнего бастиона Рэдволла.
Мангиз не мог не восхищаться Генералом. Железноклюв действительно был прирожденный завоеватель. Несмотря на ложные предсказания и на то, что его бойцы были напуганы до умопомрачения, ему удалось удержать их в подчинении и исполнить свои собственные пророческие замыслы. Краснокаменный дом должен был покориться его когтям и железному клюву.
Констанция с остервенением билась над дверью привратного дома, работая изогнутой и расплющенной кочергой. Мех на ее шее вставал дыбом от непередаваемого ужаса. Какое-то шестое чувство заставляло ее утроить усилия, когда она долбила неподдающиеся петли, дубасила по начинавшим расщепляться толстенным брусьям. Дверные балки гнулись и стонали под ее толчками, от ударов по металлическим частям веером летели искры. Упорная барсучиха не замечала, что лапы ее онемели и ноют от жесткой отдачи кочерги, и она продолжала без устали колошматить по двери. Она должна была разбить ее. Она должна как можно скорее вернуться в аббатство - спасти друзей от неведомой опасности, которая надвигалась на них.
Тяжелый коготь опустился на спину спящего аббата. Тот проснулся, закричав от боли.
- Йаг-га! Вставай, мой маленький земнолапый друг, настал день, когда я заставлю тебя исполнить пляску смерти! Теперь Железноклюв - хозяин в этом краснокаменном доме! Карра-гаах!
Триумфальный возглас Генерала и его бойцов разлетелся по всему Пещерному Залу, смешавшись с испуганными и недоумевающими возгласами пораженных обитателей аббатства.
Тим Черчмаус был ранен ударом пики в бок. Он упал, и две черные крысы набросились на него. Маттимео с Синтией Полевкинс, оглашавшей все вокруг звонким боевым кличем, прорвались к нему и, отбив крыс, помогли подняться.
- Тим, ты ранен? - озабоченно спросила Синтия.
- Да. То есть нет. Все в порядке. Дайте мне вон ту пику!
Орландо и Аума носились, словно смерч. Огромный барсук держал дверь одной лапой, прикрываясь ею, как щитом, его топор рубил направо и налево. Аума крушила все вокруг толстым ясеневым поленом, которое она использовала как дубину.
- Поставьте Тима за спиной у моего отца. Скорей! А ну, получи, черный паразит! - кричала она.
Орландо с беспокойством посмотрел на каменную лестницу:
- Вот идет еще волна. Послушай, они что-то кричат!
Бельчонок Сэм подпрыгнул, как акробат, и оказался на двери, которую Орландо держал стоймя.
- "Рэдволл"! Они кричат "Рэдволл"! Маттимео, это твой отец с армией рабов!
Орландо передал топор Ауме и поднял Маттимео высоко над головой.
- Ну-ка, скажи, это и впрямь твой отец там?
Маттимео, плача и смеясь, прокричал во весь голос:
- Да! Да! Рэдволл! Нет воина, который мог бы так владеть мечом Мартина, как он. Отец! Я зде-е-есь!
Поднимаясь по каменной лестнице, Матиас услыхал голос сына, ясно выделявшийся на фоне барабанного боя и шума сражения. Огромная волна радости нахлынула на него, он бился как древний витязь, бешено прорубая дорогу наверх через полчища крыс, разбегавшихся от одного его вида. Никто не мог устоять перед Защитником Рэдволла и его армией.
Заяц Бэзил вопил от радости, изо всех сил работая своими длинными ногами.
- Ур-ра! Щекач, старина. Давай покажем этой гнили, что такое настоящая битва. Эй вы, злобные твари, поглядите! Заяц вышел на вас!
Тэсс Черчмаус и Сэм вклинивались в гущу крыс, словно мельница вращающихся цепей.
- Вот вам за побои, за всю дорогу сюда, вот вам за кандалы, за то, что морили голодом!
Вжик! Фьють! Трах! Бум!
Лесные жители вступили в бой с новой надеждой и воодушевлением. Черные крысы разбегались от них по уступу, скатываясь вниз по лестнице и впервые за все время сражения пытаясь спастись бегством через туннель. Орландо поспешил перекрыть им путь. Он стоял спиной к арке прохода, потрясая своим страшным топором.
- Идите ко мне, ко мне, крысы! Еула-а-али-и-и-а-а-а!
Землеройки под командованием Флагга, их нового Лог-а-Лога, сражались как маленькие демоны. Верткие и прыгучие, они были везде одновременно, коля и рубя своими копьями и короткими мечами, оглашая воздух боевым кличем Гуосима:
- Логалогалогалогалог!
Надаз видел, что армия Малькарисса терпит поражение. Все было кончено. Облаченная в пурпур крыса тихо соскользнула с барабана. Бросив свой костяной скипетр, Надаз, прячась за спины черных крыс, добрался до статуи хоря. Только Тим Черчмаус заметил, как тот входит в статую. Он велел себе запомнить это, прежде чем вновь броситься в сражение.
Матиас и его армия рабов были уже близко к уступу. Лестница позади них оставалась усеянной телами черных крыс. Иные из них в страхе спрыгивали в бездну, чтобы избежать столкновения с бывшими рабами, с которыми они так жестоко обращались. Особенно пугал их вид предводителя рабов с горящими гневом глазами.
Бэзил и Маттимео расчищали себе путь вниз, пока наконец не встретились с Матиасом. Старый заяц придал своим ушам самый нелепый вид.
- Хо, Воин! Я вижу, ты захватил эту лестницу, чтобы помочь нам, каково?
Боевой огонь угас в глазах Матиаса, когда он глядел на своего так давно потерянного сына. Он обнял его и горячо прижал к себе. Слезы навернулись на глаза Воина, он уткнул морду в обветшавшую одежду сына.
- Матти, ты здесь, ты жив, клянусь камнями Рэдволла!
Маттимео припал к отцу, всхлипывая и смеясь от радости:
- Я знал, что ты найдешь меня! Я знал!
Бэзил кивнул головой в сторону уступа:
- Идем, ребята. Нам надо закончить сражение. Некоторые из этих душегубов не хотят сдаваться. Банда чертовых фанатиков, если вы спросите меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
