Уровень поддержки политики “тэтчеризма” с течением времени менялся. Первоначально ее победа была скорее результатом голосования против правительства Каллагана. В начале 1980-х годов в стране все чаще стало проявляться общественное несогласие с политикой Тэтчер, проходили марши протеста и демонстрации против безработицы. В этот период авторитет консервативной партии существенно упал, однако после того, как правительство продемонстрировало силу и твердость своей позиции во время фолклендского кризиса, что было встречено всеобщим одобрением, консерваторы снова получили поддержку населения, и это послужило основной причиной их победы на выборах 1983 года. Во время забастовки шахтеров в 1984 году над кабинетом нависла угроза отставки, но поскольку забастовка не увенчалась успехом, правительство вышло из этой ситуации еще более популярным, чем прежде.
Нет никакого сомнения в том, что правительство Тэтчер в целом находило широкую поддержку среди населения. Эта поддержка охватила даже те слои, которые ранее были сторонниками лейбористов. Стюарт Холл считает, что Маргарет Тэтчер создала некую разновидность авторитарного популизма, что находило выражение в ее апелляции к народному мнению[281]. Многим пришлись по душе ее выступления против государственного коллективизма, а также ее активная поддержка частной инициативы и взаимопомощи. В этом проявилась популистская сторона ее политики. Широкой поддержкой были также встречены попытки дисциплинировать профсоюзы, ее “горькое экономическое лекарство”, а также твердая приверженность идее государства “закона и порядка”. Это вносило в общественные настроения нотку авторитарности.
Несмотря на решительную победу на выборах 1987 года популярность миссис Тэтчер среди электората начала резко снижаться. Ключевыми факторами этого стали непопулярность подушного налога, непримиримость ее позиции в оценке роли Британии в Европейском сообществе и наступление периода спада в экономике. Уровень недовольства ее политикой достиг таких размеров, что, когда Майкл Хезелтайн бросил ей вызов в ноябре 1990 года, ему для полной победы не хватило лишь незначительного количества голосов. В этой ситуации старшие коллеги убедили ее далее не участвовать в борьбе, и, как следствие, на политической арене появился Джон Мэйджор, ставший новым лидером консерваторов и премьер-министром[282].
Политика партий: разрушение стереотипов в конце двадцатого века?
Несмотря на долгий срок своего правления, Маргарет Тэтчер никогда не пользовалась поддержкой абсолютного большинства населения. В действительности в Великобритании и в других странах Запада наблюдаются рост скептицизма и разочарования политикой традиционных партий, что сопровождается нестабильностью их поддержки. Это совпадает с периодом (с начала 70-х годов до сегодняшнего дня), когда процесс постоянного расширения социальных прав дал обратный ход. Партии с правым уклоном, такие, как возглавлявшаяся Маргарет Тэтчер в Великобритании или Гельмутом Колем в Западной Германии, совместно с администрацией Рональда Рейгана сделали попытки сократить расходы на социальные нужды[283]. Даже в тех государствах, где к власти пришли социалистические партии, например, во Франции при президенте Миттеране, с 1981 по 1986 год, наблюдалось сокращение ассигнований на социальные нужды. Одной из причин этого было снижение правительственных доходов в результате общеэкономического спада, который начался в 1970-х годах. В этот период существенно возрос скептицизм в отношении эффективности государственных социальных программ, причем этот скептицизм разделялся не только самими членами правительств, но и многими рядовыми гражданами. Эти взгляды оказали непосредственное влияние на изменение характера поддержки партий.
Теории перегрузки государства и кризиса легитимности
Следствием изменения политической ситуации стало появление двух противоположных теорий. Одной из них была теория перегрузки государства[284]. Согласно этой теории, по мере того, как правительства расширяют свои задачи, принимая на себя государственное управление промышленностью, коммунальными службами и транспортом, а также обязательства по социальному обеспечению, выясняется, что это существенно больше, чем государства могут реально финансировать и контролировать. Со времени окончания второй мировой войны политические партии, стремясь добиться поддержки избирателей, обещали им все новое и новое увеличение разнообразных льгот и пособий, однако после выборов выяснялось, что они не в состоянии выполнить свои обещания, так как уровень государственных расходов повысился настолько, что превысил уровень доходов от налогов, от которого зависит вся деятельность правительств. Крупные правительственные структуры стали обслуживать только самих себя; кроме того, они становились все менее управляемыми и не отвечали тем нуждам, ради которых были созданы[285].
Как следствие этого, избиратели стали все более скептически относиться к заявлениям правительств и политических партий. Партии левого толка, а также демократическая партия в Соединенных Штатах, частично лишились традиционной поддержки со стороны рабочего класса, поскольку стало ясно, что расходы государства в отношении благ, которыми эти группы реально пользуются, вышли из-под контроля. Появление политического курса “новых правых” объясняется как попытка справиться с такой ситуацией путем ограничения расходов государства и оказания поддержки частному предпринимательству.
Противоположная теория, получившая название теории кризиса легитимности, была разработана немецким социологом Юргеном Хабермасом и его последователями[286]. Исходным положением этой теории является утверждение, что современные правительства в целом испытывают трудности в получении необходимых средств для выполнения возложенных на них задач. Для поддержания стабильности экономики вмешательство государства в экономическую жизнь и социальное обеспечение является необходимым, поскольку там, где общество в основе своей зависит от товаров и услуг, предоставляемых частным капиталистическим производством, экономическая жизнь имеет ярко выраженную тенденцию к изменчивости и неопределенности. Правительства вынуждены обеспечивать многие виды услуг, которые частные компании не желают финансировать из-за их недостаточной прибыльности. В то время как государство вынуждено брать на себя все больше обязательств, правительству все труднее получать необходимые для их реализации средства, поскольку налоги взимаются с частных лиц и деловых структур, что встречает сопротивление. Правительства не в состоянии адекватно реагировать на эти противоречивые требования. Давление с каждым годом становится все более заметным, так как диапазон обязательств, которые вынуждены брать на себя правительства, постоянно расширяется. Возможности партий, особенно выступающих за увеличение роли государства, выполнить свои обещания, значительно уменьшились. Именно это привело к частичной потере поддержки общественности и к общему разочарованию в возможностях политиков, то есть к “кризису легитимности”. Новые формы политического курса правых возникли в результате сопротивления высоким уровням налогов со стороны высокодоходных групп населения.
Оценка теорий
Обе рассмотренные теории исходят из ряда общих положений. В них утверждается, что авторитет власти, а также сложившиеся формы поддержки партий подорваны в результате растущих к ним претензий. Обе теории сходятся на том, что правительствам трудно контролировать те аспекты социальной и экономической жизни, на которые они в своих программах обещали оказывать влияние. Однако предложения по практическому исправлению сложившейся ситуации у них разнятся. Теория “перегрузки государства” выдвигает тезис о том, что попытки сокращения уровня государственных расходов могут принести плоды. Альтернативная теория предполагает, что такие попытки могут вызвать скорее ухудшение положения и обострение социальных конфликтов, так как у государства не будет достаточно средств, чтобы удовлетворить нужды здравоохранения, социального обеспечения или разрушающейся инфраструктуры городов.
Теория “перегрузки” выглядит менее привлекательной. Она содержит ряд насильственных моментов в обеспечении и распределении средств между правительствами и частными структурами, и Ю. Хабермас последовательно анализирует эти проблемы. Те слои населения, которые больше платят за услуги, — как правило, более богатые — полагают, что они получают их в меньшем объеме. Поэтому во многих странах постоянно идут дебаты о том, в какой степени нужды здравоохранения должны финансироваться за счет налогов и обеспечиваться государством, а какую часть должен непосредственно вносить тот, кто нуждается в таких услугах. Эти моменты являются причиной многих современных социальных конфликтов.
