он не понимал, да и не хотел разбираться. Даже ему, с его зп в 600 тысяч и то приходилось экономить.
Родился Виктор в очень небогатой семье и когда к 30 годам приобрёл эту работу, про экономию забыть не сумел. Машину имел среднюю — Тойота Корола, квартиру купил трехкомнатную, но ремонт в ней решил делать сам. Доверять такие простые дела всяким придуркам не хотелось. Платить им тем более. Поэтому уже 20 лет он жил с женой и дочерью в однушке, а квартиру ремонтировал под настроение и когда были силы. Жене он давал в месяц небольшую фиксированную сумму, за которую требовал подробный отчёт и, хотя Жанна никогда не жаловалась и не просила, ему почему-то казалось, что ей всё время мало.
Как-то так уже давно повелось: нормальное общение сошло на нет, и в поиске объяснения, почему им больше вместе не хорошо, он нашёл ответ сам. Виктору казалось очевидным: Жанна недовольна тем, как он организовал их жизнь. Её жизнь. Ей нужно больше развлечений, а он считает, что деньги нужны для серьезных вещей, а не вот эти вот детские и бабские шмотки, кружки, курсы и так далее.
Они перестали вместе смеяться, встречаться, а потом и вовсе разговаривать. Оставался, правда секс. Виктор брал жену молча, устало и зло, а потом отворачивался и делал вид что уснул. Лёжа спиной к той, кому когда-то доверял и любил, он силился вспомнить, как и когда случилось их разъединение. Он всего себя посвятил работе. Там от него требовалось максимум погружения и ответственности, и он был убежден, что дома все должны это понимать.
Но маленькая Аня хотела играть, а молодая жена разговаривать. Его подвиг, его самоотверженный труд маленькая женщина еще не могла осмыслить, а взрослая, видимо, уже не хотела. Когда он пытался им это объяснить, да, порой, довольно жестко, они уходили в другую комнату и продолжали там свою бабскую возню. И вот когда-то так и сложилось, что там, в другой комнате и стала жить без него его семья. А он, в коротких отпусках, недоумевал на своём диване, изнывая от обиды и одиночества: почему они такие неблагодарные?
К этой тоскливой теме добавилась ещё одна неприятность. Оказалось, что благосклонность шефов — штука переменчивая. И как подтверждение — недавно пришедший к ним новый человек. В небольшом коллективе Виктор сразу ощутил, как вдруг оказался вне круга тесного общения генерального директора, его заместителя и Филлипа Вахтина, нового сотрудника. Они смеялись и курили без него, обсуждали новости и дела без него. В сегодняшних реалиях, контора не нуждалась в прежнем количестве сотрудников и остаться предстояло одному. Виктор понял, что если он не вмешается, то окажется за бортом. Допустить этого было нельзя, потому что из страны, в которой уже творился полный бардак, надо было выбираться, а сделать это можно было только используя возможности его работы.
Виктор видел, что Филлип Вахтин делает вид, что дружит с ним и это только добавляло ему ненависти. Вахтин, как ни в чем не бывало болтал с ним на курилке и приглашал как нибудь вечером забежать на шашлычек. У него с супругой, видишь ли, уютный небольшой домик на Некрасова. Лицемерие псевдо-друга, заставляло Виктора всякий раз сжимать кулаки после этих идиотских кривляний.
«Никакой жалости», сказал себе Виктор. Он придумал схему небольшого скандала. Кристи, проститутка с которой он иногда проводил время, согласилась за 10 тысяч отыграть роль несчастной жены одного из сотрудников фирмы. Она пришла к матери Вахтина и рассказала, выдавливая слезу, какие бесчеловечные условия работы и отношение к людям в конторе, где работает её сын. Держа, дрожащими от горя, руками чашку с чаем, Кристи поведала, что умерший недавно от перенагрузок супруг не получил ни страховых выплат, ни простого человеческого сострадания от дирекции. Кроме того добавила, что знает о некоторых лазейках в трудовом договоре, которые можно использовать для того что бы подстраховаться и не повторить грустную историю единственной её, Кристины, любви.
Мать Вахтина была женщиной решительной и сына любила, потому на следующий день стояла в офисе компании сына, на КПП. Охрана, конечно, не пропустила шумную женщину к генеральному директору, но накричать в холле та успела достаточно, чтобы Вахтина уволили сразу же после инцидента. Гендиректор в принципе не любил шума, а в особенности того, который предназначался для его ушей и затрагивал интересы его бизнеса.
Пока Кристина отыгрывала свою партию, Виктор выехал из дома, кратко пояснив, что будет в командировке неделю. В спрятанном в плотяном шкафу сейфе он оставил незапертой дверцу. В сейфе лежало около пяти миллионов. Это были деньги, которые несколько месяцев назад передал Виктору отец Жанны. Старик почти год, как поругался с дочерью и однажды решил отдать ей всё, что имел. Денег он накопил немало, но слов, как и муж, что бы по-человечески попрощаться, у него не нашлось. Передав своё состояние и слова прощания через чужого человека, Виктора, он умер, сгорев за месяц от ковида.
Виктор знал, что должен отдать деньги Жанне, но не мог найти способ, как это делать. Не отдавать же просто так, такую сумму той, кто,во первых, уязвила его, а, во вторых, просто не знает что делать с такими деньгами. Способ нашелся внутри плана Виктора по избавлению себя от этой тягостной доли — жить в треснувшем браке. Через несколько часов к нему в квартиру позвонил друг Кристины, представившись курьером диагностического центра и посмотрев в глаза жене Виктора несколько дольше и грустнее, чем стоило бы делать карьеру, вручил ей конверт с лаконичным комментарием: результаты обследования. Конверт нарочно не был запечатан. Внутри лежало типовое заключение о раке простаты.
Для Виктора было очевидным, что Жанна сложит два плюс два и примет правильное решение. Нелюбимый муж обречён, а у неё на руках серьезная сумма. Двоюродная сестра Жанны уже дважды звала её переместится вместе к родственникам в Турцию. Пазл складывался недвусмысленно. А Виктору оставалось принять свою новую судьбу. Шефы тоже буквально на днях собирались покинуть страну, улетев на специально подготовленный остров близ Индонезии. Виктор догадывался, что это будет рейс в один конец и очень рассчитывал остаться в свите. Ведь он будет единственным пилотом при этой элите Норникеля.
Виктор заселился в Хайят и выключил личный телефон. Он пропал для своей семьи, потому что хотел дать всей каше правильно сварится. Через три мучительных дня ожидания зазвонил рабочий номер и ему сообщили, что послезавтра вылет и нужно подготовить борт к рейсу. Всё складывалось
