Успокоившись после визита светляка, я уже решила, что теперь-то буду спать спокойно, не просыпаясь от каждого подозрительного скрипа. Но ничего подобного: если раньше я вздрагивала при виде каждого прохожего, подозревая в нем охотящегося на меня светляка, то теперь я точно так же вздрагивала, подозревая одного очень темного мага. А он не спешил объявляться и похищать меня, я уже ждать устала. Тем не менее его явление все же оказалось для меня неожиданностью.
Темноволосого мальчика, объявившегося утром очередного дня у дверей моего дома с объемной корзиной в руках, я приняла за разносчика и впустила, удостоив одного мимолетного взгляда. К моему немалому удивлению, он не стал торопиться выгружать из корзины молоко и хлеб. Поставил корзину у двери, прошел в комнату и спокойно обосновался в том самом кресле у окна, в котором двумя седмицами раньше сидел светляк. Я опешила. Мальчик почесал подбородок и выжидающе посмотрел на меня:
– Ну?
– Чего «ну»? – вышла я из ступора. – Ты кто такой?
– Правильный вопрос. – Паренек осклабился. – А кого вы ждете?
– Уж не тебя, – сказала я быстро, но задумалась. В истинном зрении мальчик оставался мальчиком, ни малейшего следа магии на нем не наблюдалось, но вот только… – Дети так не делают, – сказала я, проводя согнутым указательным пальцем по щеке, – они не знают, что такое борода.
Мальчик прищурился с усмешкой:
– А может, я своему отцу подражаю? А? Но вообще – хвалю. Рад, что долгое прозябание не лишило вас наблюдательности.
Я вздохнула и села в кресло.
– К чему этот маскарад?
– А это не маскарад. Это теперь мой истинный облик.
Я пожала плечами. Истинный так истинный. Считается, правда, что невозможно морфировать свой собственный мозг, ну так мало ли что считается.
– И что ты собираешься делать?
– Забрать вас с собой.
– Вот как. И зачем я вам?
Услышав мое обращение на «вы», паренек радостно заулыбался. Подмигнул:
– Ну, не говорите мне, что не знаете.
Я вздохнула.
– Что произошло с моей кровью?
Мальчик посерьезнел.
– Не только с кровью. С телом – тоже. Что произошло – пока не могу сказать, мне потребуется некоторое время на исследования. Несомненно одно: в вас теперь очень большой потенциал, который орден умудрился не заметить. Баша новоявленная сила вполне может оказаться той самой секретной фишкой, которая коренным образом изменит ход нашей с ОСС чересчур затянувшейся игры.
Я кивнула.
– Бы меня налегке утащите или мне можно собрать сумочку?
Мальчик (я все никак не могла назвать его Урсом Ахмой, хотя уже и ясно было, что это именно он) хмыкнул.
– У ворот стоит карета. Я буду править, так что оставьте внутри место для самой себя, а все остальное можете завалить вещами. Вам придется некоторое время пожить у меня, так что будет только лучше, если вы возьмете все необходимое для комфортного существования.
Я посмотрела на клетку:
– У вас там магра растет?
– Не растет, но если вам нужна не сама магра, а ее плоды, с этим проблем не предвижу. Любите магровые яблоки?
– Нет. Ан… птицу кормить. – Я махнула рукой. – Он только их ест. Хотя я и сама их люблю.
Мальчик удивленно посмотрел на клетку, покачал головой, но комментировать не стал. Я поднялась:
– Тогда, с вашего разрешения, я буду собираться.
Кивок. Я встала и направилась к двери в спальню.
– Ах да, – догнал меня его оклик, – у вас нет какого-нибудь средства от головной боли? Что-то голова разболелась, а магией пользоваться я не хочу, дабы не привлечь к себе внимания.
Я замерла. Надо же, какое стечение обстоятельств. Может, прямо сейчас напоить его светляковой микстурой? Хотя я уже твердо решила, что повременю с выполнением орденского задания, на пару мгновений я все же серьезно задумалась – уж больно случай удобный. Но только на пару мгновений.
– Конечно, есть, – сказала я, прошла к шкафчику в прихожей, взяла обычную микстуру и вернулась к окну. – Вот, пожалуйста, очень хорошее средство. Боль как рукой снимает.
Урс Ахма взял бутылочку, покрутил ее в руках, потом рассмеялся и протянул обратно:
– Нет, благодарю. Я предпочитаю микстуры, производимые исключительно орденом.
Я пожала плечами, взяла бутылочку, потом до меня дошло.
– Э-э-э, – сказала я, – вы имеете в виду…
– Именно. Наблюдать за наблюдателем всегда было одним из моих любимых занятий. Ничто так не выдает сущность человека, как его поведение в момент, когда он следит за другим человеком. И, непонятно почему, уверен, что за ним самим в этот момент никто не следит.
Я хмыкнула.
– И давно вы следили… за наблюдателями?
– Достаточно давно. С тех самых пор, как обнаружил вас здесь.
Ну и ну. Я покачала головой. А светляки-то – хороши гуси. Тоже мне: планы строят, интриги плетут. Вот Урс Ахма над ними, наверное, смеялся. Я залезла рукой под платье, в секретный кармашек. Вытащила его содержимое и протянула собеседнику:
– Вот, заберите. Мне оно, я думаю, все равно не понадобится.
Мальчик качнул головой:
– Мне тоже. Оставьте на столе, пусть Серые Плащи сами свои капли пьют. А собственное любопытство насчет их замысла я уже удовлетворил.
– И что же они задумали? – спросила я, кладя бутылочку и орех на стол. – Мне светляк говорил, что магии в микстуре нет и яда – тоже.
– Именно так. Ни яда, ни магии. Одна химия. Надо сказать, ваши алхимики действительно хороши. В мое время никто бы не поверил, что такого эффекта можно достичь без магии. Эта жидкость – большей частью действительно лекарство от головной боли. А меньшей частью – это некоторое вещество, которое, соединяясь с желудочным соком, образует второе вещество. Оно, хоть и легко проникает через межклеточные мембраны, тоже ядом не является. Более того, ядом не является даже третье вещество, которое начинают производить клетки кровеносных сосудов после контакта со вторым веществом. Зато это третье вещество очень хорошо горит, а при определенных условиях может и взорваться, подобно гремучей воде. Но если гремучая вода взрывается при ударе, то это вещество взрывается при определенных колебаниях мирового эфира. Рассказать вам, что находится внутри этого деревянного футляра, – Урс Ахма махнул рукой в сторону стола, – или сами догадаетесь?
Я задумалась.
– Излучатель?
– Именно. Неплохо, правда? Что касается меня, я был просто в восхищении. Пожалуй, стоит мне пересмотреть свое отношение к алхимии.
– Но… – не сказать, что я удивилась, но какое-то неприятное чувство возникло, – но светляк говорил мне, что я сама могу его пить, если голова заболит…
Урс Ахма прищурился:
– Вы полагаете, он был бы сильно опечален, разлетись вдруг ваше тело на мириады микроскопических кусочков?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
