— Обезьяна, — выдавил водитель. — Человекообразная обезьяна.
— Да? — Ната с трудом переводила дыхание. Горло саднило, слюна наполняла рот, мешая говорить. Она сплюнула, брезгливо вытерла повисшую на губе дорожку. — А на этой планете разве существуют человекообразные обезьяны? Если уж на то пошло, здесь вообще есть высшие млекопитающие, не говоря уже о приматах?
— Я не знаю, — водитель попятился от женщины. — Я не биолог.
— Их нет, — выдала Ната. — По крайней мере, мы не нашли…
— Нашли, — кивнул Георг. — Вот их.
— Может быть, — Ната выпрямилась наконец, бросила взгляд вдаль. Убегавшее стадо пропало за кустами. — Но это не повод их убивать.
— Почему? Вы видели, что они сделали? Имирес Понго…
Ната оцепенела. Она ведь пробегала мимо геолога, и та не подавала признаков жизни.
— А до этого были и другие жертвы.
— Карликане, — напомнила Ната, намекая на ксенофобию командира охранного отряда.
— Да, карликане. А до них — может быть, и другие.
— Колонисты с «Мола Северного»?
Их взгляды встретились, и Ната похолодела. А ведь это могло быть правдой. Разгромленный лагерь. Скелет землянина без обеих ног. Тот, второй скелет, который они выкопали… Всего этого более, чем достаточно, чтобы оправдать убийство хищника. И чего ее потянуло защищать его?
Тихий стон заставил ее вздрогнуть. Оглушенный хищник приходил в себя. Тело его слегка дрогнуло, шевельнулись губы, наползая на оскаленные десны, дрогнули глазные яблоки. Медленно, очень медленно он повернул голову и тихо застонал. И было в этом стоне что-то такое, отчего Ната решительно положила руку на ствол автомата в руках Георга:
— Оставьте его…
— Отпустить? Ты сошла с ума! Он зверь!
— Вот и не ведите себя также! Будьте человеком, в конце концов!
Георг расхохотался. И это говорят ему! Ему, Кушнишскому палачу, который лично расстреливал пленных аборигенов! Правда, положа руку на сердце, у тех мартышек с людьми было меньше сходства, чем у этого парня с ним. Что оглушенный в себя хищник был самцом, было заметно невооруженным глазом, несмотря на то, что гениталии скрывались в светло-коричневой мягкой шерстке внизу живота.
— Да. Человеком, — прошипела Ната. — У вас есть наручники?
— Вы хотите забрать его с собой? — догадался Георг. — Для исследований? Но там, кажется, уже есть подходящий «материал»!
Да, она видела. Видела, как луч лазера сперва превратил в живой факел одного из нападавших, а потом преследователи подпалили подранка. Оба валялись где-то в траве, и место их падения отмечали клубы дыма.
— Этот «материал», по крайней мере, целый, — огрызнулась она. — И потом…вы разве не видели, что он сделал?
— Что сделал, что сделал, — сердито проворчал водитель. — Метнул в меня свое копье, а потом чуть не загрыз!
— Вот именно! Он метнул в вас копье! А перед этим? Вы не заметили, что он сделал перед этим?
— Была охота смотреть, — скривился мужчина.
— Он пытался защитить самку! Беременную самку! Все просто разбегались, а он… он думал не только о себе! Да живее! Пока не начался пожар!
Это последнее замечания подхлестнуло мужчин, заставив их действовать быстро. Огонь, зажженный лазерниками, действительно распространялся во все стороны, грозя подобраться и к людям.
Вернувшись на корабль, Георг сразу отправился к капитану Тимменсу. Еще с полдороги он отправил ему сообщение на общую частоту, поэтому не только сам капитан, но и добрая половина экипажа оказалась в курсе происходящего. Тело Нонны Понго было немедленно доставлено в медотсек, куда на помощь врачу устремилась и Диана Рудная, немного смыслившая в медицине катастроф. Остальные либо рассредоточились по лабораториям, либо набились в кают-компанию, перекрывая выход из рубки управления, где командира отряда охранников ждал капитан.
Переступив порог, тот сразу взял быка за рога:
— Господин капитан, я требую, чтобы мне немедленно были даны полномочия на проведение акции зачистки территории.
— Вот как? Зачистка? По какой причине?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Причина — угроза жизни людям.
— И вы предлагаете…
— Устранить угрозу. Некоторые формы жизни здесь представляют опасность для человека. И отнюдь не потенциальную опасность. Есть жертвы…
— Знаю, — капитан посмотрел на пульт, где горели, переливаясь, огни внутренней связи. С каждым отсеком можно было связаться, не сходя с места. Один из огней обозначал медицинскую часть. — Насколько все серьезно…
— … скажет врач. Но я предпочел бы…
— Форсировать события?
— Да. Я там был. И все видел. Эти животные… они активно нападали. С нашей стороны была только самозащита. Но лично я считаю, что мы должны — обязаны! — ответить ударом на удар.
— И ликвидировать угрозу?
— Да, ликвидировать угрозу, пока жертв не стало еще больше.
— То есть…
— Да. У меня есть опыт проведения подобных мероприятий.
Капитан снова посмотрел на пульт. Некоторые огоньки горели ровно, другие — пульсировали. В любом случае, это значило, что пока все под контролем. Вот если рисунок изменится…
— Знаете, командир Ортс, я ведь знаком с вашим досье, — негромко промолвил он.
— Я тоже, — нахмурился Георг, уже понимая, к чему тот клонит. Уж если на гражданке люди знают кличку «Кушнишский палач», то капитану, ответственному за жизни пассажиров и экипажа, она непременно должна быть известна. — И что это меняет?
— Многое. Я знаю, что вы неоднократно участвовали именно в операциях по зачистке территорий на других планетах, а также в подавлении восстаний. У вас большой послужной список… для своего возраста. И, несомненно, есть огромный опыт. Но есть и еще кое-что, что не дает мне права брать ответственность целиком на себя.
— У нас есть доказательства.
— Вот как?
— Да. И вы о них прекрасно осведомлены, капитан.
Тот выразительно поиграл бровями, демонстрируя вежливый интерес.
— Карликане, — Георгу очень не хотелось произносить этого слова, но пришлось. Едва они выбрались из вездеходов, как два карликанина буквально упали им в ноги. Они ломали руки, чуть ли не рвали на себе волосы — вернее, покрывавшую черепа растительность — и причитали на два голоса так, что понять их вопли можно было лишь по смыслу. Смысл же сводился к тому, что теперь и люди пострадали от нападения опасных местных тварей и просто обязаны ответить ударом на удар.
— Карликане? — переспросил капитан Тимменс, помнивший, как Георг относится к представителям этой расы.
Георг хмыкнул. Он недолюбливал краснокожих карликов, но работа требовала забыть про эмоции.
— Карликане. У нас есть сведения, подтвержденные палеонтологическими находками, что некоторое время назад карликане подверглись нападению тех же самых хищников, которые сегодня напали на наш лагерь. Этих же хищников мы видели в записи, когда один из них во время охоты сбил наш исследовательский дрон. Их агрессивность и… слаженность действий дают основания считать, что эти твари представляют потенциальную угрозу для всех животных, не говоря уже о людях. И, — он помедлил, вспомнив разговор в кабине вездехода, — это далеко не единственный случай, когда эти хищники нападали на людей.
— Вот как?
— Экипаж «Мола Северного», — произнес Георг. — Вы в курсе, что базовый лагерь землян был кем-то разрушен, а некоторые предметы обстановки сломаны или разбиты. Кроме того, найдено два трупа… кхм… два скелета землян с явными признаками насильственной смерти — тот безногий скелет, который отыскали возле разрушенного лагеря и еще один, найденный сегодня и еще не до конца изученный.
— То есть, — капитан Тимменс ухватился за поданную мысль, — вы считаете, что колонисты с «Мола Северного» подверглись нападению этих…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хищников. И, если бы не они, история колонизации этой планеты пошла бы по другому пути.
Капитан какое-то время молчал, раздумывая. Казалось, он был убежден. Во всяком случае, в голосе его звучала неуверенность, когда он сказал:
