перемены в вашей душе, а не в вашем окружении? Я думала, что, избавившись от проклятия, вы станете добрее. Ведь оно пало только потому, что вы совершили хороший бескорыстный поступок…
— Так зачем совершать еще один, если проклятия больше нет?! — с искренним удивлением вопросил принц, изящно разведя руками.
— Ну, Ваше Цветочество!.. — Джунипер от возмущения едва не потеряла дар речи и теперь с трудом подбирала слова. — Ушам своим не верю! Вы стали еще хуже, чем были!.. Хотите сбежать, даже не попытавшись исправить свою ошибку! Мне показалось, что в вас есть что-то хорошее, раз вы горюете о Пейли Молочай и страдаете от мысли, что она вас не простит, а вы… вы…
— Ты говоришь слова, которые очень неприятны моему королевскому слуху! — отчеканил Ноа, и свирепо посмотрел на Джуп. — Моя милость не безгранична, Джунипер Скиптон! Не смей больше произносить имя молочайной девы! Это не твоего ума дело. Я сам разберусь, важно ли теперь для меня ее прощение или же нет!.. — он резко повернулся к Мимулусу. — А ты, волшебник?.. Тоже отказываешь мне в праве повидать миры, которые ты сам видел? С чего бы это я, принц крови, был обделен в том, что положено рядовому росендальскому законнику?!
— Боюсь, Ваше Цветочество, обычаи Лесного Края неприемлемы во многих иных мирах, и особенно — в Росендале, — произнес Мимулус, безуспешно пытаясь скрыть нарастающую тревогу за светскими интонациями. — Ваши славные сородичи крайне редко путешествуют, оттого жители Росендаля и прочих цивилизованных миров не имели чести близко познакомиться с их манерами и свыкнуться с… э-э-э… своеобразием. А сам Лесной Край благодаря некоторой обособленности сохранил великое множество традиций, — и это замечательно! — но это крайне усложняет… делает невозможным… — мэтр Абревиль, окончательно запутавшись, тоскливо вздохнул и смолк, подбирая самые любезные слова из возможных. — Словом, родовитым жителям Лесов путешествия сулят одни только огорчения, как и существам, которые повстречаются на их пути.
— Чепуха! — презрительно ответил на это Ноа. — Мои манеры безукоризненны! Я умею располагать к себе новых знакомых как никто другой. До проклятия я слыл самым веселым и изобретательным принцем Лесного Края!..
— Ничуть не сомневаюсь! — поспешил согласиться мэтр Абревиль, но вид при этом у него был совершенно обреченным.
Гоблин Заразиха оказался храбрее волшебника — быть может, оттого, что планы Мимулуса уже обратились в прах, а планы господина домоправителя все еще было возможно воплотить в жизнь.
— Я протестую! — объявил он, с вызовом вздернув кверху свой бородавчатый нос. — И весь королевский совет вместе со мной! Ваше Цветочество, вы не можете пренебрегать своими обязанностями. Не знаю, чего вы наслушались от человеческой девчонки, но разве можно полагаться на этот вздор в делах столь великой важности? Самой судьбой вы были предназначены для Ирисового трона, и раз уж от него вас отстранила мачеха — примите бой! Обвините ее в преступлениях на лучшем из судов — на суде зеленого холма!
— Не хочу, — кратко ответствовал принц.
— Хотя бы поговорите с молочайной девой! — умоляюще произнесла Джуп, которой ужасно не хотелось разочаровываться в Ноа.
— Не хочу, — повторил несносный Ноа.
— Чего же вы хотите? — осторожно спросил Мимулус.
— Я же все сказал! — недовольно промолвил принц. — Я собираюсь отправиться в путешествие, и мне нужны сопровождающие — все-таки принц крови не должен странствовать без свиты! Заразиха, так и быть, пусть остается здесь и улаживает скучные королевские дела, раз ему так хочется. А волшебник и сударыня Джунипер будут меня сопровождать. У них отлично получается охранять меня от невзгод и находить веселые приключения. Сегодняшняя ночь была самой восхитительной за всю мою жизнь — и все это благодаря Джуп и чародею. Поначалу мне показалось, что все это было слишком опасно и суматошно, но теперь я вспоминаю, сколько захватывающих дух событий произошло… и хочу побывать на других праздниках других миров!..
Глаза принца горели от нетерпения и радостного волнения, он действительно был в восторге от ночной проделки, и вел себя как большой ребенок, не желающий, чтобы веселье заканчивалось. На мгновение Джуп стало его жаль: хоть Ноа и не сознавал этого, однако более всего он нуждался в дружеском участии, в близких отношениях. Танцы, бегство, взрывающиеся змеи — все это, разумеется, было удивительно и прекрасно, — но главное, что получил Ноа в подарок от Гостеприимной ночи, сам того не заметив — так это избавление от одиночества. Даже этого мимолетного тепла хватило, чтобы побудить его к совершению доброго поступка!.. И что же случится с капризным сердцем принца, если его тут же ранить? Наверняка он лишится даже той малости добрых задатков, которыми обладал!
Но Джунипер Скиптон не могла пойти против совести.
— Ваше Цветочество, — сказала она, чувствуя, как замирает сердце. — Я не стану вас сопровождать, если вы откажетесь извиниться перед Пейли Молочай!
— Шантаж! — вскричал принц гневно. — Да разве ты не знаешь, Джуп Скиптон, что подданным строжайше запрещено шантажировать повелителя?!
— Вы сами объявили на королевском суде, что мы с Мимму больше не ваши подданные, — кротко ответила Джуп, заслужив восхищенный взгляд мэтра Абревиля, более всего прочего ценившего в людях умение толковать язык права и правосудия.
— Тогда я изгоняю вас и из королевского совета! — мстительно объявил принц.
— Ну и пожалуйста! — ответила Джунипер, чья обида на Ноа была сейчас куда сильнее, чем та, что она испытывала, будучи подсудимой. Нет, ей и тогда казалось, что Его Цветочество идет на поводу злых капризов, однако она сама до того обманывала принца и ощущала некую вину. Жалость к незнакомой ей Пейли Молочай была куда более простым и однозначным чувством: молочайную деву обманули, насмеялись над ней, а теперь даже отказывают в праве получить за все это извинение, способное спасти ее цветочную жизнь!..
— Тогда я, как единственный полномочный советник Его Цветочества, еще раз повторю: никаких путешествий! — с некоторым злорадством пророкотал господин Заразиха. — Запретить что-либо особе королевской крови я не могу, однако даже покойный Фламме Ирис не шел против своего совета, когда его желания противоречили воле собрания. Довольно ребячеств, принц! Отдохните, придите в себя после волнений, и выбросьте из головы всякую чушь. Вам вскружили голову россказни этих человеческих прохвостов!.. Что волшебник, что его девчонка — жулики, да к тому же ничего не смыслящие в
