Здание церкви просуществовало в продолжение почти века, в 1790 г. его "за ветхостью" разобрали и стали строить новое. Строил церковь с 1790 г. сам Матвей Федорович Казаков - лучший московский архитектор того времени. Строительство, начатое на средства прихожан, было закончено в наступившем столетии - освятили церковь 20 октября 1801 г. Рядом с новым зданием еще стояла древняя колокольня, выстроенная около 1659 г.
Достопримечательностью церкви был величественной пятиярусной иконостас. Настоятелем Воскресенской церкви в продолжение многих лет был образованный священнослужитель Александр Иванович Беликов (умерший в 1848 г.), который давал уроки и маленькому Пушкину.
Исследователь истории разрушения московских храмов В. Ф. Козлов пишет: "...поводом для разрушения Воскресенской церкви, так же как и в случае со Знаменским храмом, была необходимость по маниакальному замыслу хозяев города устроить автоматическую телефонную станцию непременно на месте храма". Как ни удивительно, но реставраторы согласились на "разборку здания церкви, хотя и считавшегося постройкой архитектора Казакова, но не принадлежавшего к числу его лучших произведений", правда, при условии предварительного "зафотографирова-ния и обмеров". Только один П. Д. Барановский возвысил свой голос против варварства. Он считал снос церкви недопустимым, указывая на то, что храм "был построен на рубеже XVIII и XIX веков выдающимся русским зодчим Матвеем Казаковым, а шатровая колокольня 1659 года имеет "особо стройные и вытянутые пропорции". Кроме того, в стену его вмурованы плиты, надписи на которых свидетельствуют о том, что здесь был погребен староста и подмастерье Каменного приказа Дмитрий Старцев - один из самых замечательных зодчих XVII века, построивший гостиный двор в Архангельске, отдельные памятники Московского Кремля. Захоронение Старцева, утверждал П. Д. Барановский, является единственным сохранившимся погребением художника Древней Руси.
Воскресенскую церковь разрушили в 1930 - 1931 гг., а вот вторая - во имя святого Николая Чудотворца - жива и находится на углу с Гендриковым переулком. Она называлась "что на Студенце", то есть у колодца со студеной водой; "здесь был обширный и глубокий колодец с чрезвычайно холодной водою, единственный в этом околодке", - писал исследователь московских названий А. А. Мартынов. Главная церковь, освященная во имя иконы Казанской Божьей Матери, относится примерно к 1702 г., а вот Никольский придел значительно старше - 1672 г., но он был перестроен в 1749 г., как и другой придел - Трехсвятительский - в 1756 г.; колокольня же, выстроенная во второй половине XVIII в., разобрана в 1934 г.
Переулок носил название Студенецкого, а также Гендрикова - по одному из домовладельцев, купцу Михаилу Петровичу Гендрикову; с 1935 г. переулок назывался именем В. В. Маяковского, который жил в 1926 - 1930 гг. в доме N 15/13, построенном в 1891 г. по проекту В, Ф. Жигардловича для купца Петра Толкова. Маяковский поселился этом доме в апреле 1926 г. вместе с Лилей Брик и ее мужем, когда Брики переехали из Водопьянова переулка. Занимали все они квартиру из четырех комнат на втором этаже. В этой квартире бывали многие советские и иностранные деятели искусства, и здесь Маяковский читал свои произведения. Одновременно с этой квартирой он сохранял за собой небольшую комнату в проезде Серова, где он покончил с собой 14 апреля 1930 г. После его смерти в Гендриковом переулке устроили музей, позднее переехавший в проезд Серова.
Точно напротив переулка на Таганской улице находится протяженное здание с мезонином (N 13), поставленное как-то боком к линии улицы. Такая его постановка обусловливается тем, что границы участка шли от улицы под углом, а дом поставили перпендикулярно к боковой границе участка. Существующий дом показан на плане 1821 г., когда он принадлежал "малолетним детям купца Кузьмы Сычкова", но он был выстроен, вероятно, в середине XVIII в. В 1780 г. дом приобрел Николай Яковлевич Аршеневский, один из братьев Аршеневских, бывших видными администраторами в царствования Екатерины, Павла и Александра: владелец дома служил смоленским и астраханским губернатором, его брат Петр - московским, а третий брат Илья был председателем мануфактур-коллегии. После кончины Н. Я. Аршеневского опекуны сдавали дом, и, в частности, в 1804 г. московский городской голова нанял его вместе с садом, оранжереей и "со всякою к саду принадлежностию и урожаемым плодом... под заводимое здешним купечеством для детей коммерческое училище". Это был дом, в котором родилось училище, имевшее славную многолетнюю историю, переехавшее через два года в собственное помещение на Остоженке, в котором находилось в продолжение более 100 лет.
После пожара 1812 г. дом на Таганской улице отремонтировали и надстроили на нем деревянный мезонин.
У перекрестка с Дурным (Товарищеским) переулком находятся несколько зданий, типичных для купеческих небогатых домов. Это дома NN 5 и 7, построенные в первой трети XIX в. (хотя в составе дома N 7 могут быть и более ранние части).
Почти вся Таганская улица теперь застроена новыми жилыми зданиями, и только у самого ее конца, у заставы сохранились несколько строений Покровского монастыря; у тротуара сиротливо стоят бывшие монастырские ворота, а поодаль виднеются остатки стены, кельи, хозяйственные постройки и две монастырские церкви.
Покровский монастырь официально именовался "что на убогих домах, миссионерский, заштатный, необщежительный". Исстари находились тут убогие дома - кладбище бродяг, неимущих, убитых, умерших без покаяния, куда их свозили и погребали, а в России такие место еще назывались "скудельницами" или "жальниками" - каждый год на Покров совершалась поминальная служба над ними.
Сюда, в такой дом привезли тело Лжедимитрия 1 после того, как разъяренная толпа убила самозванца в Кремле. Загадочным образом труп его исчез, но через некоторое время его, к немалому удивлению, нашли на другом кладбище и туг уж решили избавиться от него более радикальным способом - сожгли, пепел зарядили в пушку, направили ее в сторону запада, откуда он явился, и выстрелили. После этого, надо думать, более чудес не происходило.
Что тут было до основания монастыря, - неизвестно: возможно, что стояла небольшая деревянная церквушка в память Покрова. Монастырь основал царь Михаил Федорович, пожаловав в 1635 г. землю на его строение: сохранились сведения, что в 1655 г. монастырь уже существовал. Когда первоначально было построено каменное здание соборной Всехсвятской церкви, известий нет, но возможно, что оно уже стояло в 1682 г. Вместо него возвели в конце XVIII в. новое, которое к середине XIX в. оказалось тесным. Тогда была, по словам автора очерка о монастыре историка И. М. Снегирева, "... искусным архитектором М. Д. Быковским сооружена обширнейшая о пяти куполах церковь, вместившая в себе часть старой". Перестройка производилась в 1854 - 1856 гг.; главный престол освятили во имя Воскресения Словущего, а приделы - Тихвинской иконы и мученицы Александры.
На месте же старой - 1655 г. - Поповской церкви в 1806 - 1810 гг. выстроили и в 1814 г. освятили новое здание с несколькими придельными храмами; в одном из них - св. Ионы - находились погребения членов грузинского царствующего дома - детей царя Георгия XIII, дочери царя Имеретии Соломона, грузинского митрополита Ионы.
Перед апсидами Покровской церкви была красивая колокольня "в Немецком стиле, вышиною со шпилем и крестом 15 сажен", построенная в конце XVIII в. и снесенная в 1928 г.
При монастыре существовало большое кладбище с множеством богатых памятников - это была "главная усыпальница" московского купечества "с надгробными памятниками изящной работы и дорогой цены", как писал в 1844 г. автор "Панорамы, или взгляда на Москву с Кремлевской горы". Тут были могилы известного собирателя и знатока старопечатной книги А. И. Хлудова, членов славной семьи Боткиных, в том числе писателя Василия Петровича Боткина, их друга доктора Н. А. Белоголового и еще многих других. Все они, можно было бы написать, нашли упокоение на монастырском кладбище, однако нет, этого они как раз-то не нашли: большевики уничтожили кладбище, выкинули или использовали для чего-то другого памятники и устроили тут парк культуры с футбольным полем.
Недалеко от Покровского монастыря в уже исчезнувшем Новоселенском переулке после позволения старообрядцам молиться открыто ими была выстроена Успенская церковь "на Апухтинке" (1906 - 1908 г., архитектор Н. Д. Поликарпов). В пятиглавой церкви, возведенной по подобию кремлевского Успенского собора, находились замечательные образцы прикладного искусства - предметы церковного обихода, старинные иконы, царские двери XVI в. Здание церкви сохранилось, но в очень перестроенном виде: бывшую церковь можно узнать теперь только по выступу апсиды дома N 6 (строение 3) по Абельмановской улице.
От Таганской площади к Спасской заставе Камер-коллежского вала идет Воронцовская улица, которая еще в прошлом веке была застроена скромными небольшими домами.
